Бывают такие дни, когда ты не просто устаёшь. Истощаешься до состояния сквозняка внутри — до такой степени, что даже звук упавшей чашки с чаем кажется оскорблением.
И именно в такие моменты особенно остро понимаешь: не выдерживаешь больше не детей, не быта, не даже себя — а его.
Он лежит на диване, смотрит в телефон, и, кажется, ему всё равно, что ты в этот момент дерёшься с макаронами и истерикой младшего.
Ты хочешь сказать:
— Я устала. Я больше не могу.
А вместо этого говоришь:
— Ну чего ты лежишь? Заняться больше нечем?
И начинается.
Сначала скандал о том, как ты с ним разговариваешь. Потом — тишина. Обидчивая. Тяжёлая. Та, в которой даже чайник не свистит. В голове уже прокручены варианты: как собрать вещи, куда уехать, кто поможет.
На душе — горечь, боль и крошечная надежда, что, может быть, он поймёт. Но он не понимает.
Потому что он тоже устал. Только по-мужски: тихо, без слов. И вместо того чтобы подойти и сказать: «Тебе тяжело?» — он уходит курить. А ты — в ванную, плакать. С закрытым замком. С полотенцем под дверью, чтобы никто не услышал.
В такие вечера ты мысленно пишешь заявление. Прокручиваешь речи. Фантазируешь о новой жизни — без него. Где никто не роняет носки рядом с корзиной для белья. Где ты ешь тёплую еду, а не за чужими спинами. Где никто не говорит: «Ты сама все это придумала, а теперь страдаешь».
А потом наступает утро.
Он молча ставит перед тобой кружку кофе. Не спрашивает. Просто ставит. И не смотрит в глаза. Ты не знаешь, зачем он это делает. Из вины? Из любви? По привычке? Ты не знаешь. Но кофе - горячий. И ты, чёрт возьми, не можешь не выпить его.
Я не знаю, чем заканчиваются такие истории у других. Кто-то действительно уходит — и правильно делает, если спасает себя. Но чаще остаются.
Потому что под слоями обид, молчания, усталости и бытовых войн всё ещё живы те двое:
Те, что когда-то смеялись в электричке. Ели наггетсы из одной тарелки. Хотели вместе детей.
И я всё ещё верю: пока ты помнишь, за что когда-то полюбила — шанс есть. Но если не помнишь — уходи. Не потому что предала. А потому что выбрала жить.
И, может быть, в этом выборе — тоже любовь. К себе. К детям. К жизни, которая ещё будет. И в которой обязательно будет свет. Пусть не рядом с ним. Но рядом с собой.