Утром — начальник, от которого сотрудники прячутся в туалете. Вечером — мультикультурный няня-клоун, который поёт коту серенады и жонглирует сосисками на кухне. Два разных человека? Нет, один. Просто в разных декорациях.
Признаться, я тоже ловила себя на этом. На совещании — собранная и резкая, дома — в носках с утками и рефлексирую над хлебом.
Так вот. Это не раздвоение личности. Это — норма. Но норма весьма подозрительная: если вы так легко переобуваетесь с одного «я» на другое, то, простите, а где это самое «я»?
И главное: было ли оно вообще? Или всё это — качественный стендап под названием «жизнь»?
Гофман: все мы немного актёры (и не немного).
Ирвинг Гофман, человек, который наверняка был тем, кто раскладывал людей на типажи на вечеринке, утверждал: личность — это театр.
Сцен много, костюмов ещё больше, сценариев — не перечесть. Главная сцена — это ваш публичный облик. В офисе вы улыбаетесь клиенту, даже если он пытается расплатиться ксерокопией паспорта. Закулисье — это то, где вы орёте в подушку, обсуждая в голос, как «всё достало».
Разница между сценами колоссальна, но есть подвох: маску вы не снимаете никогда. Просто надеваете другую. Даже перед зеркалом — акт. Просто без зрителей. Или вы думаете, что ваш «самый настоящий» момент — это когда вы поёте в душе «Ранеток»?
Если вы всё ещё сомневаетесь, давайте вспомним эксперимент Зимбардо: обычных студентов закинули в тюремные роли — охранников и заключённых. Через пару дней "охранники" уже начинали ломать психику "зэкам", словно родились с дубинкой в руках. А вы говорите — характер…
«Я — такой человек»: а вы уверены?
«Я просто такая — интроверт, не лезу на рожон». Милая отговорка. Я сама её использовала, чтобы не ходить на дни рождения, где обязательно будет один человек в галстуке-бабочке и один, кто рассказывает про биткоин.
Но давайте откровенно: очень многое из нашего «я» — это реакция на то, как нас воспринимают другие. Социолог Джордж Мид называл это «обобщённым другим»: вы буквально собираете себя по кусочкам из чужих взглядов, оценок и реакций.
В детстве вас хвалили за «мудрую серьёзность» — и теперь вы не умеете быть спонтанными. Вас ругали за эмоции — и теперь вы «холодные, как айсберг». Не характер — дрессировка.
А если хотите доказательств по жёстче — вспомните эксперимент Милгрэма. Люди нажимали кнопки с якобы смертельным током только потому, что «так велел человек в халате». Это был не садизм — это была роль «исполнителя». Так что нет, вы не "просто такой человек". Вы — просто в подходящем (или нет) сценарии.
Синдром отличника и другие ролевые залипания.
Некоторые роли примеряются легко, как летнее платье. А некоторые — как бронежилет, который вам выдали в детстве и забыли снять.
Пример? Синдром отличника. Это когда вы делаете максимум — потому что иначе тревожно. Или, скажем, "незаменимый сотрудник" — роль, за которую вы платите бессонницей и гастритом.
Я однажды поймала себя на том, что даже во сне уговариваю кого-то подписать отчёт. Диагноз: ролевой захват. Вы уже не играете роль — вы ею стали. Потому что за неё дают что-то важное: любовь, стабильность, видимость смысла. Вот только цена — вы сами.
Как в сериале «Breaking Bad»: Уолтер Уайт стал наркобароном не потому, что всегда мечтал, а потому что однажды поверил в роль того, кто контролирует ситуацию. Ну и понеслось.
А что, если убрать все роли?
А теперь внимание, вопрос без правильного ответа. Кто вы, если убрать все роли? Не «мать двоих» и не «адекватный аналитик», не «хипстер» и даже не «тот, кто всегда вовремя сдаёт отчёты». А просто вы. Тишина, да? Страшно. И неудобно.
Я как-то села выписать всё, кем "являюсь", и когда добралась до строчки «способна на глубину», внезапно поняла, что в этой глубине — пустота.
Восточные философии говорят: «нет фиксированного я» — и не врут. Уж простите. Мы не сущность, а процесс. И это не катастрофа. Это освобождение. Пустота — не тупик, а старт.
Побочные эффекты: тревога, сценарии и кризисы.
Система не любит, когда вы отказываетесь от роли. Она начинает тревожиться, а с ней и вы. Внутри зудит: «это я так решила жить или кто-то мне это навязал?».
И правда — откуда все эти «надо»? Быть полезным, быть сильным, быть успешным, быть нормальным. Сценарии написаны давно и не вами.
Я, например, годами пыталась быть "понятной" — пока не поняла, что никому это не нужно. Даже мне.
И вот вы стоите между декорациями, не зная, кого сыграть дальше. Кризис идентичности? Скорее — момент истины. И знаете, что хуже всего? Что большинство даже не догадывается, что они играют. Как в «Шоу Трумана»: вы не просто в декорациях — вы думаете, что это всё по-настоящему.
•••
Современная суперспособность — это не успешный успех. Это способность не застревать в чужих образах.
Сегодня вы молчите и наблюдаете. Завтра — спорите с баристой о смысле жизни. Послезавтра — рыдаете под рекламу кошачьего корма. Всё это — вы. Или, точнее, движения внутри вас. Пугает? Отлично. Свобода — всегда на ощупь. Как сказал один бородатый, не будем показывать пальцем (Кьеркегор, конечно): «Выбирай».
Так вот. Отказ от постоянного «я» — это не потеря. Это побег из тюрьмы, где вы и надзиратель, и заключённый. Отбросьте ярлыки. Забудьте, «кем вы должны быть». Спросите себя: «А что, если я — ещё не написанная история?» И вот когда вы начнёте писать её сами — не по чужим черновикам — вот тогда вы и начнёте быть.
Не кем-то. А собой. Кто бы это ни был.
Автор: Татьяна (GingerUnicorn)