Здесь я буду опираться на книгу доктора философских наук профессора Н.С. Гордиенко "Крещение Руси. Факты против легенд.", изданной уже в далеком 1986 году, де рецензентами были доктор философских наук А.Н.Ипатов и доктор исторических наук Л.И. Емелях, чтобы читатель не подумал, что все написанное здесь моя личная выдумка. Здесь также будут ссылки и на другие источники, в той частности и дореволюционные.
На момент опубликования книги в 1986 году авторы пишут, что редко кто из современных православных богословов упоминает о наличии противоречивых объяснений начала "крещения Руси", а проповедники вообще обходят эту щекотливую тему. Сейчас же богословы вообще умалчивают, восхваляя величие веры.
Древнерусские же источники не содержат детализированного описания самого процесса принятия христианства киевлянами. "Повесть временных лет" сообщает об этом моменте "крещения" предельно кратко: отдав Корсунь византийцам, Владимир "вернулся в Киев. И когда пришел, повелел опрокинуть идолы, - одних изрубить, а других сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы по Боричеву извозу к Ручью, и приставил двенадцать мужей колотить его жезлами... Вчера еще был чтим людьми, а сегодня поругаем. Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли ещё христианского крещения. И, притащив, кинули его в Днепр... Затем послал Владимир по всему городу со словами: "Если не придет кто завтра на реку - будь то богатый или бедный, или нищий, или раб - да будет мне враг". Услышав это, с радостью пошли люди, ликуя и говоря: "Если бы не было это хорошим, не приняли бы это князь наш и бояре". На следующий день вышел Владимир с попами царицыными (византийскими) и корсунскими на Днепр и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же совершали молитвы, стоя на месте. И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасаемых душ" (с.279-280). Не удивительно, что именно так монах Нестор и описал крещение киевлян, не будет же он описывать неприятие новой веры простым народом.
Лаконичнее описал крещение киевлян автор "Слова о законе и благодати" митрополит Иларион: крестившись сам, Владимир "заповеда по всей земли своей креститься... и все быти крестьяном, малыим и великим, рабом и свободным, юным и старым, богатым и убогим; и не бысть ни одного же противящася благочестному его повелению, да аще кто и не любовию, но страхом повелевшего крещахуся, понеже бе благоверие его с властию сопряжено" (цитата по кн.: Замалиев А.Ф., Зоц В.А. Мыслители Киевской Руси. Киев, 1981, с. 128-129).
Из этих повествований современные церковные авторы вырывают лишь фразы о том, что с "радостью пошли люди", "не бысть не единого же противящася", и заявляют, будто крещение жителей Киева прошло при общем ликовании, не вызвав ни у кого не только противодействия, но и неудовольствия. Наши предки "со слезами радости принимали крещение" (ЖМП, 1947, №8, с.12); "Все шли по зову своего вождя, ибо верили ему" (ЖМП, 1954, №7.с.11); "Русский народ с радостью принимал христианство" (50-летие восстановление патриаршества,с 31); "Новая религия сразу же была воспринята" (ПВ, 1972, №2,с.22); крещение проводили, "применяя меры терпеливого убеждения" (ПВ, 1974, №7,с.26), - вот типичные высказывания на эту тему, которые можно встретить на страницах официальных изданий Московской патриархии. Сейчас такие высказывания сплошь и рядом на каналах, интернет изданиях и публикациях. Сплошное возвеличивание христианства и нынешние поборники русского христианства из года в год повторяют одно и то же. По сути это и есть церковная идеология, чтобы как можно больше людей пришло в религию.
Однако, утверждения христианских богословов такого рода расходятся с исторической правдой. Идеологов русской православной церкви заботит в данном случае не верность исторической правде, а необходимость отстоять очень важный для них тезис о богооткровенности христианства и промыслительности процесса утверждения данной религии на Руси. Отсюда их тенденциозность в освещении начального момента христианизации древнерусского общества. Им надо во что бы то ни стало представить христианство как социально нейтральную идеологию, якобы одинаково приемлемую для всех сословий и групп Древней Руси, а утверждение этой религии в нашей стране - как чисто мистическую акцию общечеловеческого характера, в осуществлении которой будто были заинтересованы в равной мере и княжеско-боярская верхушка и широкие народные массы.
Но если внимательно вчитаться в древнерусские тексты и картина начала "крещения Руси" окажется совсем не такой идиллической, какой её изображают православная церковь. Как ни идеализировали авторы этих текстов процесс обращения в новую веру киевлян, они все же были вынуждены признать, что крещение не обошлось без угроз и принуждения со стороны княжеской власти. Не желавшим креститься прямо заявляли, что их будут рассматривать как противников князя ( "если не придет кто завтра на реку... да будет мне враг"), а по этому какая-то часть киевлян оказалась в водах днепровских отнюдь не по доброй воле - "не любовию но страхом".
Вот почему не только ученые, но и некоторые церковные авторы не отрицали в прошлом принудительного характера крещения жителей Киева. На насильственность приобщения к новой вере киевлян указывали в своих трудах многие историки церкви. Например, архиепископ Макарий (Булгаков) честно писал: "Не все, принявшие тогда у нас святую веру, приняли её по любви, некоторые - только по страху к повелевшему; не все крестились охотно, некоторые - неохотно" (т.1, с.27). "Нежелавших креститься, - признавал крупный и авторитетный церковный историк и профессор Е.Е.Голубинский,- было весьма много как в Киеве, так и вообще по всей Руси" (т.1, ч.1, с.175). Такого же мнения на этот счет и архиепископ Филарет (Гумилевский) (История русской церкви, с.31).
Открыто признавался насильственный характер приобщения к христианству жителей Киева и на страницах дореволюционной церковной периодики - в статьях, посвященных князю Владимиру и его деятельности пор "крещению Руси". В частности, священник М.Морев писал, комментируя рассказ летописца о крещении киевлян: "Многие не желали креститься: одни по нерешительности, в которой прежде долго находился и сам князь Владимир, другие по упорству; но последние не желали слушать и проповеди... Ожесточенные приверженцы старой веры бежали в степи и леса" (Приходская жизнь, 1911, №12, с.719). В таком же духе пересказал летописное повествование архимандрит Макарий. Констатировав, что многие жители Киева "явились на реку из страха перед князем", он далее отметил: "Крестились одновременно очень много киевлян. но нашлись и такие, которые не хотели слушать ни проповедей духовенства, ни приказания князя: они бежали из Киева в степи и леса" (Православный благовестник, 1914, №2, с.35-36).
Иначе и быть не могло, ведь по настоящему, потребность в новой религии первоначально ощущали и нуждались лишь социальные верхи Киевской Руси, но эту тему, я попробую раскрыть Вам в других статьях. Владимиру и его ближайшему окружению она была нужна для укрепления именно великокняжеской власти. Формировавшееся сословие феодалов искало в нем оправдание своего привилегированного положения в древнерусском обществе и идеологическую узду для челяди, смердов и рабов. Купцам христианизация Руси сулила расширение и укрепление торговых связей с христианскими странами. Все они получали возможность с помощью новой веры насаждать в массах дух покорности, примирять угнетенных с тяготами подневольной жизни и тем самым удерживать народные массы от активных форм социального протеста.
В ином положении находились социальные низы древнего Киева. Ни смерды-крестьяне, ни ремесленники, ни бесправные холопы-рабы не получали от вводимого христианства, давно к тому времени переставшей быть религией обездоленных, ничего такого, что отвечало бы их социальным потребностям. Не адаптированная к условиям жизни приднепровских славян и потому не находившая отклика в их душах, государственная идеология Византийской империи воспринималась народными массами Киевской Руси как что-то глубоко чуждое им, принудительно навязываемое ради прихоти власть имущих. Поэтому они принимали новую религию неохотно, по принуждению, уступая не столько уговорам, сколько угрозам сильной княжеской власти.. Были среди киевлян и такие, кто протестовал против крещения простейшим и доступным им способом - убегал из Киева, надеясь в степной и лесной глуши сохранить прежнюю веру, близкую им, привычную и понятную.
Вот как описал возможное поведение киевлян церковный историк Е.Е. Голубинский: "Всякое правдоподобие требует предполагать, что было некоторое, а может быть и не малое, количество таких, которые остались глухи к проповеди и в глазах которых князь и бояре были отступниками от староотеческой веры. Одни из таких людей могли быть заставлены повиноваться угрозами или даже прямой силой, а другие, вероятно, не были заставлены никакими средствами и или искали спасения в бегстве или сделались, так сказать, языческими мучениками" (Т.1,ч.1, с. 168-169).
И так поступали не одни жители древнего Киева. Как неоднократно отмечалось всеми историками, крещение киевлян явилось всего лишь началом процесса христианизации Древнерусского государства. Новую веру, ставшую государственной религией, надо было распространить по городам и селам Киевской Руси. И хотя крещением повсеместно занимались не только привезенные из Византии священнослужители, но и княжеские власти, выполнить поставленную задачу оказалось не так-то просто.
Судя по летописным свидетельствам и житейным материалам, редко где насаждение христианства обходилось без насилия и принуждения с одной стороны и сопротивления - с другой.
Вот даже к 1000-летнему юбилею введения Христианства на Руси был написан диптих для Казанского собора в Санкт-Петербурге. Две картины: «Проводы Перуна» и «Крещение Руси», выполнены в технике масляной живописи, размер полотен 2 х 2,7 метра. Они представляют собой историко-документальный образ Руси Х столетия.
В картине «Проводы Перуна» изображён момент низвержения Бога Перуна в реку Почайну-приток Днепра. Волхвы тщетно пытаются противостоять ходу события. Действия оппозиции блокированы княжеской дружиной во главе с воеводой Добрыней (Он сидит на вороном коне). Вдали группа греческих наблюдателей следит за ходом событий. Перуна волоком тащили к воде, столкнули в воду и с внутренним содроганием повторяли: «Выдыбай, Боже! «Выплывай», и Перун поплыл по течению к порогам. Внешний вид Божества в пантеоне Богов очень впечатлял. В «Повести временных лет» сохранилось описание Перуна: «Глава серебрена, а ус злат». Глава высотой не менее двух метров, выполнена холодной ковкой. В прорезях глазниц янтарные роговицы, а зрачки выполнены из смарагда – глубокого чёрного цвета. В глубине глазниц сверкают красные молнии. Диаметр священного дуба Божества 176,4 см. Внешний вид Бога Перуна – высоко художественное произведение. Его величие неоспоримо. Можно представить себе какую травму испытывал народ, провожая своего Бога и отдав его на поругание. Как видите и в живописи нашло отражение этих событий и по моему мнению, художник достаточно четко изобразил события крещения Киева.
Вторая картина В.Назарука также хорошо живописно описана на холсте и отображает эмоции происходящего при крещении киевлян.
Описание картины «Крещение Руси»:
На картине "Крещение Руси" изображён момент начала литургии на берегу реки Почайны ранним утром 1 августа 988 года. За всем этим событием наблюдают князь Владимир Красное Солнышко с супругой Анной (дочерью византийского императора). Позади них изображён переносной православный храм, перед входом в который стоит знак Христа, несущего всем мир в круге вечности. Корсунский священник, сложив пальцы обеих рук в знаке «Иисус Христос» крестит воду, небо и Землю, стоя на круглом коврике «Орлеце». За ним движется процессия русских и византийских священников, в конце которой князь с супругой. По обе стороны от процессии представители старшей дружины, молящей о Божьей и княжьей милости. Всю эту элиту охраняет младшая дружина, не позволяющая соединиться народу с власть имущими. Но здесь происходят и братние разногласия, и глубокие внутренние переживания людей на почве смены конфессий. Девочке (на переднем плане) очень трудно расстаться со своим прежним Божком. Молодые люди около плота лукаво переглядываются, не обращая внимания на торжественность момента. На плоту духовные лица сопровождают запрестольный крест, запрестольную икону и чан со святой водой, на котором надпись «Со крестом крестишься, во Христа облекосьтеся». Торжественную литургию наблюдают новгородцы, издеваясь над происходящим. Это им потом дорого обойдётся. Но сейчас картина напоена светом и покоем.
Но о распространении христианства дальше по Руси я продолжу в других своих статьях.
Продолжение следует...
Источники:
1. Н.С.Гордиенко "Крещение Руси. Факты против легенд и мифов"- Л.: Лениздат, 1986г.
2. Творчество Назарука Вячеслава Михайловича https://nazarukvm.com/provody-peruna/