В тот вечер он говорил о высоте. Перед уважаемыми людьми, на заседании Географического общества, Евгений Абалаков делился мечтой — покорить пик Победы. Это был вызов, высочайший северный семитысячник планеты, не тронутый тогда ни одним человеком. Его слушали, как всегда, с уважением. Он вдохновлял. А через несколько часов его нашли мёртвым.
Это была Москва 1948 года. На календаре — середина марта. За окнами — весна, в воздухе — тревога. Его тело обнаружили в квартире, где он находился не один. Рядом — его друг Арцишевский. Оба мертвы. Вердикт — отравление угарным газом. Но странным образом все остальные, кто был в той же квартире, выжили. Дело закрыли. Родные не поверили.
Из Енисейска — к ледникам Памира
Братья Абалаковы родились в Сибири — в городе Енисейске, в суровой земле, где мальчиков растят крепкими и молчаливыми. Их было трое: Михаил, Виталий и младший — Евгений. Мать умерла вскоре после рождения последнего сына. Отец остался один, трое детей — на его руках. Но эти дети росли не просто вместе. Они с детства смотрели вверх — на скалы, на "Столбы" под Красноярском. Там началась их одержимость.
Скалолазание стало всем. В 12 лет они проходили маршруты без страховки. В 1923 году Евгений впервые вошёл в историю: взобрался на вершину "Коммунара", пройдя по опасной полке, где даже взгляд вниз вызывал головокружение. В калошах. В поясе. Без лишних слов.
Два брата — две судьбы
После школы оба уехали в Москву. Виталий — в инженеры. Евгений — в художники. Один — к формулам, другой — к глине и бронзе. Но и в столице они не забыли горы. Виталий водил экспедиции на Алтай и Кавказ, писал методики, конструировал снаряжение. Евгений рисовал, лепил, делал скульптуры. Но и поднимался, и шёл в облака. Вместе они покорили десятки вершин. Вместе жили как будто двойной жизнью — гражданской и вертикальной.
В 1933 году Евгений совершил восхождение, которое принесло ему славу и титул "альпиниста №1" в СССР. Он покорил пик Коммунизма. Тогда его назвали "Гагариным до Гагарина". Он был символом силы, мужества, победы человека над природой. И одновременно — тонким художником, скромным человеком, без громких заявлений. Но тень шла за ним.
Арест, спасение и первая трещина
В 1938 году, в разгар репрессий, арестовали Виталия. Обвинили в шпионаже, в связях с иностранцами. Его показания фигурируют в делах многих альпинистов, расстрелянных в том же году. Евгений делал всё, чтобы спасти брата. Виталия освободили через два года. Остальные — исчезли.
Позже сын Евгения, Алексей, скажет в своей книге: "Я не могу простить дядю. Он дал показания. Он выжил. Остальные — нет". И добавит: "А может, за это отомстили потом моему отцу?"
Фронт. Казбек. И школа, где учили не падать
Когда началась война, Евгений не спрятался за статусом. Он ушёл на фронт добровольцем. Сражался под Москвой. Потом — на Кавказе. Именно он преподавал в секретной школе военного альпинизма, основанной по приказу Берии. Учил солдат карабкаться, ночевать в снегу, стрелять с уступа. Поднимал батальоны на Казбек. И снова творил. Его скульптура "Военный альпинизм" — это он сам. В плащ-палатке. С автоматом. На скале.
Пик Победы — и смерть в ванной
1948 год. Он выступает перед Географическим обществом. Говорит, что готов идти на пик Победы. Это уже не просто альпинизм — это международная экспедиция, контакты с иностранцами, выезд за границу. Он говорит открыто, уверенно. А вечером — мёртв. Его нашли в ванне. Как и Юрия Арцишевского. Газ? Почему тогда никто больше не пострадал?
Анна, его жена, боролась. Писала, обивала пороги, добивалась повторного следствия. Но всё бесполезно. Официальная версия осталась. Родные не поверили. Друзья — тоже. Сын написал книгу. Назвал её просто: "Тайна убийства Евгения Абалакова — расследованию не подлежит".
Версия, которую боялись произносить вслух
Алексей приводит факты. Документы. Архивы. И предположение, от которого до сих пор холодеет спина: "В его гибели замешаны силы, гораздо больше, чем бытовая утечка газа. Это было убийство. Политическое. Холодное. Стратегическое". Евгений собирался на высоту. А кто-то счёл, что он слишком высоко поднимается.
Память — единственная вершина, на которую ещё можно подняться
Анна добилась того, чтобы его похоронили на Новодевичьем кладбище. Установили скульптуру. Поставили памятники. Но правда — так и не была сказана. И сегодня, спустя десятилетия, над именем Абалакова всё ещё стоит знак вопроса. Он покорил высоту. Но не смог защититься от того, что ползёт снизу.
Он остался в памяти — на фотографиях, в бронзе, в книгах, в скалах. Но тайна его смерти живёт до сих пор.
А что вы думаете? Это был несчастный случай — или тщательно спланированное молчание?