Тьфу, аштрисёт
Попалась тут пара видосов на Ютубе о новой экранизации Белоснежки. И нет, я об этом ничего говорить не буду, не моё. Но вот многие блогеры и их комментаторы любят понятие “оригинальная сказка”.
НУ РЕБЯТА НУ ПАЧИМУ ЗАШТО НИНАДА.
Это примерно такая же мерзость, как и “знать язык в совершенстве”. Спойлер, нет такого понятия, ни один человек не знает ни один язык в совершенстве.
Любой текст в определённом отношении уникален.
То же самое про оригинальную сказку. Когда ей противопоставляют новый фильм, всегда имеют в виду сказки братьев Гримм.
Вы серьёзно считаете, что литературная обработка времён романтизма может в принципе быть названа оригинальной сказкой? И что обработка братьев Гримм то самое “сказки не для детей”? Не смешите мои носки.
Сегодня мы с вами узнаем, что такое оригинал сказки, и почему его никто не видел.
Важное для нас утверждение: традиция внутри любой сферы народной культуры может существовать только в виде сочетания вариативности и стабильности. К сказкам это точно так же относится. Однако, стоит отметить, что так называемая стабильная часть всё-таки тоже в процессе существования подвержена некоторым изменениям, степень которых нужно изучать специально, ну и от вариативных частей эту часть отличают характер, динамика и механика этих изменений.
Здесь, я думаю, следует ввести термин, который всё объясняет.
Инвариант — неизменяемая часть сюжета фольклорного произведения, которая характерна для всего сюжетного типа. Это не реально бытующий текст, а умозрительный конструкт, созданный фольклористами. Другими, более строгими словами: обобщение существенных вариативных признаков произведения (его содержания, структуры, стиля...) в отвлечении от вариантной конкретики.
Инварианту противостоит вариант. Вариант — каждый конкретный текст в ситуации своего бытования (записанный в том числе).
Что касается сказок братьев Гримм. Братья собирали их ииииииии что делали? Правильно, литературно обрабатывали! Причём не однажды, если на то пошло. С каждым разом в связи с различной критикой “лишние” фрагменты из сказок могли нещадно вымарываться. Я вообще сомневаюсь, что сейчас мы можем найти конкретную (и уж тем более сделанную по современным правилам)) запись какой-либо конкретной сказки из сборника без обработки, тот самый “оригинал”, который услышали братья Гримм, перед тем, как его обработать.Но даже если бы такое чудо случилось, то… Слышим-то мы от каждого конкретного сказителя при каждом конкретном воспроизведении снова в-а-р-и-а-н-т.
По поводу инвариантов среди исследователей существуют разные точки зрения: некоторые искренне считают, что такой “изначальный” текст действительно мог когда-то давно существовать, а потом уже разойтись на конкретные воплощения; другие полагают, что инвариант – только и чисто умозрительный конструкт, созданный усилиями фольклористов.
Если мы будем говорить о первой точке зрения, то, мне кажется, очевидно, что такого текста в записи от информанта мы не найдём, мы можем его только реконструировать.
Если говорить о предмете со второй точки зрения, т.е. предполагать, что такого “общего” текста никогда не существовало, естественно, что мы точно так же его не сможем обнаружить в “естественных” условиях.
Итак, братья Гримм сказку записали (допустим, “Гензель и Гретель”) и несколько раз отредактировали. Что именно мы должны назвать оригиналом? Первую запись? Какую-то редакцию? Может, то, что рассказал конкретный информант? Но мы не найдём непосредственно этот рассказ. К тому же, очевидно, что информант рассказал историю, которую слышал ранее, и так мы можем уйти довольно далеко в древность.
Таким образом, прихожу к мнению, что сочетание “оригинал сказки” = “сказка братьев Гримм” является упрощением и несколько бессмысленным, как мне кажется. Давайте уж так и говорить, сказка из сборника братьев Гримм. Но тогда опять встаёт вопрос, а какой _авторской_ же редакции?
В общем, давайте лучше такого не говорить, а то приду я и надушню. Муахаха!