Мне неспокойно. Последние дни совсем плохо. Всё тело болит. Ноет. На одной ноге ожог воспалился, нужно проколоть курс антибиотиков. Но я беременна. Это риск.
Прошу доктора еще немного подождать, может быть, обойдёмся без серьёзных препаратов.
Настроение – дрянь.
Нина приезжает меня навестить, она у меня хорошая, всегда на позитиве. И тут пытается держать лицо. Повторяет, что главное – я жива, а остальное…
- Ничего, Таечка, всё будет хорошо! Еще перевернётся на нашей улице КАМАЗ с пряниками, и с золотишком. – подмигивает, протягивая мне ягодку клубники, - Возьми, доктор сказал – можно.
- Не хочу, спасибо.
- Ты же всегда её любила?
- Любила, да… а теперь не люблю.
Не люблю, потому что слишком много воспоминаний связано. Больно.
Память тут же подкидывает видение – улыбающийся Марат, протягивающий мне ягодку. И я сначала качающая головой, отказывая, а потом… потом улыбающаяся, хватающая губами сочную, сладкую мякоть. Почему-то дико счастливая, хотя у нас тогда всё было еще очень сложно.
- Тая, что делать-то будешь? – это Нина про малыша.
Что делать… Как будто так просто ответить.
Рожать? И что? Всю жизнь бояться, что прийдут Каримовы и отнимут ребёнка? Или не Каримовы, а их враги?
Интересно, почему Булата это так волнует? Они ведь вполне могут везде распространить информацию, что мой ребёнок не имеет никакого отношения к их семье, ведь так? Это же просто? Сказать, что и свадьба расстроилась из-за того, что невеста оказалась недостойной? Тем более на мальчишнике это и так все видели.
Почему им не сделать так? Откреститься от меня и от ребёнка?
Или он переживает, что враги семьи окажутся не такими дураками?
Переживает? Булат? Я, наверное, перегрелась. У меня жар от незаживающих ран.
Такие как Булат Керимов не переживают в принципе. Им чужды нормальные человеческие эмоции.
Здесь что-то другое, и мне обязательно нужно докопаться, понять – что? Тогда я пойму, что мне делать дальше.
Хотя, что мне понимать? Я не пойду на аборт. Только не это.
- Тая, ты меня выслушай, хорошо? Конечно, тебе решать. Я бы… я бы от такой сволочи как твой Марат рожать бы точно не стала.
- Нина…
- Он недостоин! Он… он просто грязь.
Подруга в лице меняется, а я хмурюсь. Что случилось? Почему она говорит так именно сейчас? Только ли из-за того, что свадьба расстроилась? Или ей известно что-то еще?
- Нин… в чём дело?
- Ни в чём, просто…
- Что?
- Ты… у тебя же вся жизнь под откос из-за него, а он… Ему плевать! Он…
- Что… он?
Холодею. Почему-то уверена, что Нина что-то от меня скрывает. Она такая, не умеет врать, сразу всё на лице написано. Пытается вроде делать хорошую мину при плохой игре, но всё без толку.
- Ты что-то знаешь?
- Нет, Тая, - испуганно косится подруга, запихивая ягоду клубники в рот, - я… я просто… ну… из-за… Он же… он же тебя бросил, да?
- Нин, правду. – говорю жёстко. Если что-то есть, я хочу знать.
Это никак не повлияет на мои решения, но я хочу!
- Таюш, я его ненавижу, понимаешь? Просто ненавижу! – неожиданно лицо подруги превращается в гримасу, рот кривится, из глаз слезы, она рот рукой зажимает, протягивая мне телефон.
Картинка. Очень яркая, солнечная.
Заснеженные вершины гор. Нереальная красота. У нас уже весна вовсю, почти лето, а там…
А там Марат. Голый по пояс, в лимонных шортах. И на сноуборде.
Улыбается широко.
Шикарная фотография. Очень. У него идеальный торс, кубики пресса, красиво очерченные бицепсы. Он стройный, подсушенный. Офигенный.
И улыбка во весь рот.
И дата.
Фото сделано позавчера.
Наша свадьба должна была состояться неделю назад.
Время летит со сверхсветовой скоростью.
И я снова умираю.
Снова горю в своей старенькой машине.
Иногда кажется, что мне бы лучше было просто исчезнуть. Всем было бы лучше. Каримовы не имели бы проблем с неподходящей матерью для своих детей и внуков. Мои друзья – Нина и остальные – погоревали бы и забыли.
И я была бы стёрта с лица земли начисто. Ничего после себя не оставила бы.
- Тая, прости меня, - всхлипывает подруга, - Я не хотела, правда. Я… ну ты, сама знаешь, не умею я юлить, скрывать. Как чувствовала, не надо было к тебе идти.
- Ты тут при чём? Разве это ты в горах развлекаешься? – отвечаю, голос свой не узнаю. Прав доктор – я охрипла, говорить еще больно. Но не только в этом дело. Меня слово выпотрошили. Все чувства из меня вынули. Обнулили. Я пуста. Пустой сосуд. Ничего нет внутри.
Ребёнок. Ребёнок есть от предателя. И что с этим делать я не понимаю.
- А знаешь, что, Таисия? А не плевать ли нам на этого Каримова, а? Что мы, ребёнка сами не поднимем?
Нина смотрит решительно, ноздри даже раздуваются от избытка эмоций.
- Поднимем, Тай! Я работаю! Родители мои к тебе отлично относятся – помогут. Бабушка у меня в Подмосковье живёт, на даче, помнишь её?
- Конечно помню!
- Дача большая, тебе с малышкой там летом будет отлично. А если что можно к папиной сестре, тёте Любе поехать в Курскую область, там тебя никто не найдёт. Ну… если будут искать. Так что… ты смотри!
- Куда смотреть? – улыбаюсь, меня заражает неожиданный энтузиазм Нины.
- Вперед смотри! И голову выше! И никаких абортов!
- Откуда ты… - неожиданно понимаю, что Нина еще что-то не договаривает.
- Случайно слышала. Ждала, пока мне тут пропуск выписывали, там в сестринской беседа была, ну я… краем ушка.
Краем ушка, это значит Нина стояла и подслушивала. Что ж. Не важно. Эта информация мне известна.
Кто-то очень хочет, чтобы я избавилась от ребёнка. Но нет.
Будет так как я решу. Как всегда и было.
А Булат Каримов… пусть катится… вместе с братом.
Я-то, дура наивная, представляла, как Марата заставляют от меня отказаться, как Булат его бьёт, руки скручивает, угрожает. Я думала, он страдает!
А он… катается на сноуборде. Красавчик.
Ну и пусть. Пусть.
Плевать!
Нина уходит. А я сморю на тарелку с клубникой, которую она поставила на тумбочку у кровати. Яркие, алые ягодки. Спелые, манящие.
Замахиваюсь изо всех сил, сметая тарелку на пол. Клубничины катятся, оставляя кровавый след, похожий на капли крови, которые были на лице Марата, когда мы впервые встретились.
В тот день удача с утра была на моей стороне.
Я проспала. Сомнительная удача, да?
Но на лекцию и семинар успела. Сдала курсовую свою, и мои однокурсники, которым я помогала – тоже сдали, так что я заработала прилично.
После обеда однокурсница Вика утянула меня в торговый центр, платье выбирать. Я пошла, хотя понимала – вряд ли что-то там себе куплю, цены кусались.
Мало кому рассказывала о том, что у меня в жизни происходит, что я сирота, живу одна. Вещи покупать я обычно ездила на «Садовод» - не считала, что это зазорно, те же, что во многих магазинах неизвестных фирм висят, только дешевле всё в разы. Я даже сравнивала. Мои джинсы за пятьсот рублей в бутике у моего метро стоили пять тысяч. Как-то так.
Но на этот раз мне повезло. Зашли в шоу-рум, где были представлены вещи наших, российских дизайнеров, а там распродажа – смена коллекции, скидки реальные, до семидесяти процентов.
Я нашла очень уютный костюм – джоггеры и толстовку, что называется и в пир, и в мир. Симпатичный лонгслив с забавным принтом – давно хотела что-то подобное. Летний сарафанчик.
И платье… Обалденное! Нет, сначала его увидела Вика.
Коктейльное платье, для вечеринок и клубов, в которые я не хожу.
- Тая, примерь, а? На тебя отлично сядет.
- Да мне такое куда?
- Как куда? Забыла? Сегодня вечеринка у нас, День Всех Влюблённых.
- У вас. У влюблённых. А я не влюблена, и потом… я же не скидывалась.
- Никто не скидывался. Всех ведет Илья, сказал, что вход бесплатный, напитки за его счёт, ну, если кто захочет пожрать – там можно купить. Давай, примеряй, оно на тебе круто будет смотреться.
Оно и правда смотрелось круто. Золотое кружево. Фигуру подчеркнуло, грудь, ноги. Я себя почувствовала настоящей красавицей.
- Ты прямо модель! Шик!
- Для модели я ростом не вышла.
- Зря вы так. – это подошла девушка, стоящая у вешалок этого бренда. – рост не важен, если рекламируешь повседневную одежду, мы вот для каталога всяких девушек снимаем. Не хотите попробовать? Я вам оставлю визитку.
- Нет, спасибо, я не смогу.
- Возьми, Тая! Это же классно! Моделью работать!
Я покачала головой, усмехаясь – что тут классного? Особенно для меня, которая стесняется постоянно? А ведь когда-то я была уверенной в себе!
- А платье возьмите. Оно реально на вас круто смотрится.
- Спасибо большое, но я не могу. Мне… мне денег не хватит.
Девушка как-то странно на меня посмотрела, улыбнулась.
А когда я оплатила все покупки, порадовавшись, что потратила почти столько же, сколько на пресловутом «Садоводе», а качество вещей гораздо круче, протянула мне фирменный пакет.
- Это подарок. Только когда вам будут говорить комплименты, вы скажите, что платье вам дизайнер подарила, хорошо?
- Спасибо… - я покраснела, но отказываться не стала.
Папа любил повторять: дают - бери, бьют – беги.
И от предложения пойти в клуб не отказалась. Туфли надела мамины любимые, кремового цвета, идеально подошли к наряду.
В клуб на машине поехала. Сама за руль села. Водила я довольно часто, но больше по району. Продать мамину машину почему-то рука не поднималась, но я на ней иногда и зарабатывала – соседку на дачу возила, и в поликлинику, а чаще всего на рынок. Она мне платила по тарифу такси, говорила, что со мной спокойнее.
По дороге заехала за той самой однокурсницей Викой, и вот в десять вечера мы уже на танцполе.
Никогда мне не было так кайфово!
Я ловлю восхищенный взгляды ребят-одногруппников, но, если честно, на них мне плевать. Просто это та-ак классно чувствовать себя красивой и свободной!
До того момента, пока в коридоре, по дороге в уборную меня не хватает какой-то здоровый мужлан.
— Ты такая классная... Может, развлечёмся?
— Отстаньте!
Я в шоке. А он напирает. Прижимает к стене.
- Руки уберите!
— Ну чего ты, я щедрый, подзаработаешь…
- Пустите! Помогите!
Еле успеваю закричать – этот подонок зажимает мне рот рукой, я пытаюсь впиться зубами в его грубую кожу, и слышу словно сквозь слой ваты.
- Девочку отпусти.
- Слышь, свали брат. Моя девчонка. Просто ломается, телефончик новый захотела.
- Я сказал пусти.
- Ты чё, брателла, проблемы нужны?
Негодяй, который меня зажал убирает руку, я как в замедленной съемке вижу, что этот бугай наступает на парня, которого я не могу разглядеть в полумраке. Замахивается, и видно получает удар в живот. Я кричу, потому что здоровяк, еще раз поднимает руку, и видно попадает. Я дико боюсь драк, но убежать и спрятаться не могу – совесть не позволяет. Зато она позволяет мне снять туфлю и ударить урода каблуком в спину. Не знаю, откуда в моей голове рождается этот приём, но он работает. Ну, как работает – отвлекает бугая от моего спасителя. Он поворачивается и замахивается уже на меня, но ударить не успевает – падает оглушенный, и к нам уже бежит охрана.
- Марат Сулейманович, - охранник обращается к тому, кто мне помог, - вы как?
- Я в норме, а вот вы косячите, кто за порядком следит, почему тут на приличных девушек нападают?
Он выходит в свет, и я вижу его лицо. Очень красивую улыбку. Глаза, которые тоже улыбаются, капельки крови, стекающие с рассеченной брови.
Не знаю, что позволяет мне осмелеть, протянуть руку, дотронуться до его лица.
- У вас кровь…
- Поможешь? – он подмигивает, а я лечу куда-то в пропасть.
Мамочки… это значит влюбиться с первого взгляда, да?
Продолжение следует...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
«Невеста брата. Ты только моя», Элен Блио
Содержание:
Благодаря этой партнерской публикации канал развивается и продолжает радовать вас интересными рассказами. Просим отнестись с пониманием.
вы тоже хотите нас поддержать, можете оформить Премиум-подписку
