— Мама, нам нужно серьезно поговорить, — Светлана села напротив матери и сложила руки на коленях. Выражение лица у дочери было деловое, строгое.
Раиса Михайловна отложила вязание и внимательно посмотрела на дочь. За сорок лет материнства она научилась по интонации понимать, когда разговор будет неприятным.
— Слушаю тебя.
— Дениска вырос. Ему уже двадцать шесть, пора заводить семью. А где он будет жить? В однушке с нами троими? — Светлана говорила четко, словно заученную речь. — Оставь дом сыну, а сама в пансионат иди. Там тебе будет лучше — и уход, и общение со сверстниками.
Раиса Михайловна почувствовала, как земля уходит из-под ног. Дом этот она строила вместе с покойным мужем тридцать лет назад. Каждый кирпич, каждую доску они укладывали своими руками.
— Светочка, что ты говоришь? Какой пансионат? Мне семьдесят два года, я еще вполне...
— Мама, не обижайся. Но ты уже не справляешься. Вчера чайник на плите забыла, хорошо я зашла. А если бы пожар? — дочь встала и начала ходить по комнате. — Дениска хороший парень попался, Алена. Работящая, из приличной семьи. Они уже два года встречаются.
— Так пусть живут пока у ее родителей, — тихо сказала Раиса Михайловна.
— У них тоже своих проблем хватает. Отец Алены пьет, мать работает в две смены. Не место это для молодой семьи.
Раиса Михайловна встала, подошла к окну. Во дворе цвели яблони, которые она сама сажала, когда Светлана еще в школу ходила. Теперь эти деревья давали богатый урожай.
— А как же огород? Кто за ним ухаживать будет?
— Мама, ну что ты как маленькая! — Светлана подошла к матери и положила руку на плечо. — Алена разбирается в садоводстве. У них на даче прекрасный огород. Она все сохранит.
— Она сохранит... — повторила Раиса Михайловна. — А я что, уже не нужна?
— Нужна, конечно. Но не здесь. В пансионате тебе будет спокойнее. Медицинская помощь рядом, питание по расписанию, досуг организованный.
Раиса Михайловна повернулась к дочери. В глазах Светланы не было ни капли сомнения или сожаления. Все уже решено.
— А Денис что говорит?
— Дениска стесняется тебя об этом просить. Он же деликатный мальчик. Но я вижу, как он мучается. Алена уже намекает, что пора определяться с жильем.
— Позови его. Хочу сама услышать.
Светлана вышла в коридор и крикнула:
— Ден, иди сюда!
Через минуту в комнату вошел высокий парень с добрым лицом. Денис всегда был бабушкиным любимцем. Она воспитывала его, пока родители работали, читала сказки, учила кататься на велосипеде.
— Бабуль, привет, — он неловко улыбнулся.
— Садись, внучек. Мама говорит, ты хочешь, чтобы я дом отдала?
Денис покраснел и опустил глаза.
— Бабуль, ну... мы не выгоняем тебя. Просто... ну ты понимаешь. Мне нужно отдельно жить. Алена...
— Что Алена?
— Она говорит, что не может жить с тещей под одной крышей. Что это неправильно. Что молодая семья должна быть самостоятельной.
— Ага, — кивнула Раиса Михайловна. — Самостоятельной в чужом доме.
— Не в чужом, бабуль. Я же твой внук. Практически сын.
— Практически... — она грустно улыбнулась. — А где я буду жить?
— Ну мама же объяснила. В пансионате хорошем. Мы найдем приличный, не экономя. Будем навещать.
— Как часто?
Денис замялся.
— Ну... по выходным. Или через выходные. Смотря как получится.
Раиса Михайловна посмотрела на внука, потом на дочь. Оба стояли и ждали, когда она согласится. Никого не интересовало ее мнение.
— Дайте мне подумать.
— Долго думать нечего, — вмешалась Светлана. — Чем раньше все оформим, тем лучше. У Алены терпение не безграничное.
— А если я откажусь?
— Мама, не упрямься. Ты же разумная женщина.
Раиса Михайловна ничего не ответила. Она молча прошла на кухню, поставила чайник. Руки дрожали.
На следующий день Светлана привела в дом Алену. Девушка была красивая, ухоженная, но в глазах у нее читалась какая-то жесткость.
— Здравствуйте, Раиса Михайловна, — вежливо поздоровалась она.
— Здравствуй, девочка.
— Денис показывал мне дом. Очень уютно. Правда, придется кое-что переделать. Обои поменять, полы отциклевать. А участок... его можно эффективнее использовать.
— В каком смысле?
— Ну зачем столько грядок? Проще газон засеять. А то морковка, редиска... Кому это сейчас нужно? В магазине все есть.
Раиса Михайловна почувствовала, как сжимается сердце. Эти грядки были ее жизнью. Каждое лето она выращивала овощи, солила огурцы, варила варенье.
— А яблони?
— Их жалко, конечно. Но они уже старые, много места занимают. Лучше спилить. Современный ландшафтный дизайн требует простора.
— Понятно, — тихо сказала Раиса Михайловна.
— Не расстраивайтесь. В пансионате у вас будет все необходимое. Денис мне рассказывал, мы уже присмотрели один. Там даже творческие кружки есть.
— Спасибо за заботу.
Алена улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз.
Вечером Раиса Михайловна сидела в своей комнате и смотрела на фотографии. Вот она с мужем закладывает фундамент дома. Вот маленькая Светлана помогает сажать яблони. Вот Денис делает первые шаги по этому самому полу.
Постучали в дверь. Вошла соседка Валентина Петровна.
— Рая, что за слухи ходят? Говорят, ты в дом престарелых собираешься?
— Не в дом престарелых. В пансионат.
— А разве это не одно и то же?
Раиса Михайловна пожала плечами.
— Света говорит, что так лучше будет. Денису дом нужен.
— Рая, ты что, совсем рехнулась? — Валентина села рядом. — Дом твой, ты его строила. Какое право они имеют тебя выгонять?
— Не выгоняют. Предлагают...
— Да брось ты! Выгоняют, да еще и твоими же деньгами в пансионат отправить хотят. Ты подумай головой. Пока дом твой, ты хозяйка. Как только отдашь, станешь обузой.
— Валя, не говори так.
— А что, неправда? Сначала будут навещать раз в неделю, потом раз в месяц, а потом и вовсе забудут. Видела я таких благодарных детей.
Раиса Михайловна молчала. В глубине души она понимала, что соседка права.
— А что мне делать? Если откажусь, Денис без жилья останется. Алена от него уйдет.
— И пусть уходит! Если она его только из-за дома любит, то грош цена такой любви.
— Валя...
— Слушай меня. Завтра иди к нотариусу. Оформи завещание на дом. Чтобы после твоей смерти он Денису достался. А пока живешь, никого не слушай.
— А вдруг они правы? Вдруг я и правда уже не справляюсь?
— Справляешься ты лучше многих молодых. Огород у тебя в порядке, в доме чистота. Что не справляешься?
Раиса Михайловна задумалась. А действительно, что? Чайник на плите забыла один раз за полгода. С кем не бывает?
Утром она встала рано, оделась в лучшее платье и пошла к нотариусу. Завещание оформила за час. Дом и участок после ее смерти переходили внуку. А до тех пор она оставалась полноправной хозяйкой.
Домой вернулась к обеду. Светлана уже ждала с документами на пансионат.
— Мама, где ты была? Я волновалась.
— У нотариуса.
— Зачем?
— Завещание написала. На Дениса.
Светлана нахмурилась.
— При чем тут завещание? Нам дом сейчас нужен, а не после...
— После моей смерти получите. А пока я жива, остаюсь здесь.
— Мама, ты что творишь? Мы же все уже решили!
— Вы решили. Без меня. А я теперь тоже решила.
В комнату вбежал встревоженный Денис.
— Бабуль, что происходит? Мама говорит, ты передумала?
— Не передумала, внучек. Я вообще не думала отдавать дом. Это была не моя идея.
— Но как же мы с Аленой? Нам где жить?
— Квартиру снимайте. Работаете оба, денег хватит.
— Аренда дорогая! А тут свой дом!
— Дом мой. И пока я жива, распоряжаюсь им сама.
Денис растерянно посмотрел на мать, потом на бабушку.
— Бабуль, ну ты же меня любишь...
— Люблю, внучек. Поэтому и завещание на тебя написала. Будешь хозяином этого дома. Но после моей смерти, а не сейчас.
— А если Алена уйдет?
— Значит, не судьба. Хорошая девушка поймет и подождет.
Светлана покраснела от злости.
— Мама, ты эгоистка! Думаешь только о себе!
— Я всю жизнь думала о других. О тебе, о внуке. А теперь пора и о себе подумать.
— Где же нам теперь жить? — жалобно спросил Денис.
— В городе квартиру снимите. Молодым в городе лучше. Работа, развлечения, друзья рядом.
— Но деньги...
— На еду мне много не надо. Буду помогать с арендой. По пять тысяч в месяц смогу давать.
Денис оживился.
— Правда, бабуль?
— Правда, внучек.
Светлана еще долго возмущалась, грозила, что больше не будет приезжать. Но Раиса Михайловна стояла на своем.
Через неделю Денис с Аленой нашли небольшую квартиру в центре города. Алена, узнав, что дома она не получит, поначалу дулась, но потом согласилась на съемное жилье. Бабушкины пять тысяч в месяц были неплохим подспорьем.
Раиса Михайловна осталась в своем доме. Она по-прежнему ухаживала за огородом, варила варенье, солила огурцы. Только теперь все это делала для себя, а не в надежде на чью-то благодарность.
Денис приезжал каждые выходные. Не за деньгами, а просто так. Помогал по хозяйству, чинил что-то по дому. Алена тоже постепенно оттаяла, даже научилась варить варенье по бабушкиному рецепту.
А Светлана первое время обижалась, но потом поняла, что мать была права. Дом действительно принадлежал ей, и никто не имел права ее выгонять.
Раиса Михайловна прожила в своем доме еще пятнадцать лет. Когда ее не стало, дом перешел Денису, как и было завещано. К тому времени у него уже было двое детей, и старый дом с садом оказался именно тем, что нужно молодой семье.
А в пансионате, который так нахваливала Светлана, до сих пор есть свободные места. Видимо, не так уж много желающих туда попасть.