Новая работа — новая жизнь?
На новой работе я оказалась случайно. После бурного развода и пары лет фриланса с переменным успехом, мне просто захотелось тишины. Режима. Коллектива, где не надо никому ничего объяснять. Просто работать и быть на своём месте.
Строительная компания «ГорСтройИнвест» звучала сурово, но стабильно. Мне дали кабинет на втором этаже, временно — пока не найдут, куда пересадить одну из сотрудниц. Сказали: «Познакомьтесь, это Катя. Она у нас временно пересела к юристам, но скоро уйдёт обратно в сметный».
Катя оказалась из тех, кого в детстве называли «живчик». Быстрая, говорливая, с ярким лаком на ногтях и уставшим хрипловатым голосом. В свои чуть за сорок она выглядела не уставшей, а измотанной, белка после зимней спячки. Растрепанная, много суеты - мало толку. Так, будто жизнь каждый день трепала её за плечо и шептала: «Ну, что, сдалась уже?»
Мы пили кофе и болтали в перерывах. Ну, она болтала, а я слушала.
— Представляешь, муж бывший подал в суд, хотел у меня детей отобрать, — рассказывала Катя с видом мученицы. — Подкупил адвоката, каких-то фальшивых справок понаписал. Ещё и алименты с меня стряс. Можешь себе представить? Я, мать! А он… абьюзер конченный, газлайтэр.
— Жестоко, — кивала я, делая вид, что удивлена и пытаясь не ржать в голос, от такого количества англицизмов с кубанским гэканьем.
На второй неделе она уже рассказывала, как подлая судья «почему-то поверила мужику», а органы опеки «тоже все в сговоре». Я потихоньку начала замечать, что в каждом её рассказе виноват кто-то другой. Суд, бывший, опека, соседи, начальник сметного отдела. Все — кроме неё.
Иногда, слушая её, мне становилось не по себе. Я не люблю судить людей… но в её голосе не было боли — только злоба. Обиды десятилетиями копились в её груди, а теперь искали выход.
И я не знала тогда, что за этими рассказами прячется имя, которое я уже слышала раньше.
«Я скажу, как зовут твоего бывшего»
— Ты юрист, да? — спросила Катя однажды между делом. — А не поможешь мне посмотреть один старый документ? Хочу в кассацию пойти.
Я взглянула на бумаги и… застыла.
Фамилия. Имена дочерей. Название суда.
Только один раз в жизни я видела такой иск: в прошлом году мой старый друг Артём попросил помочь ему с заявлением — он хотел забрать дочерей у бывшей жены. Говорил, та ушла в себя, психует, на детей срывается, младшую в садик не водит, выпить не прочь. Я составила ему текст, потом мы с ним пару раз списались — и всё.
Но теперь этот текст лежал у меня перед глазами.
— Катя… — сказала я осторожно. — А хочешь, я угадаю, как зовут твоего бывшего мужа?
— Угадай, — хмыкнула она, явно не ожидая ничего.
Я назвала имя. Потом добавила: — И старшую дочь зовут Лиза, младшую — Саша, шести лет. Суд был в Приморском.
Катя выронила ручку.
— Ты… ты с ним заодно? Ты знаешь этого урода?! — голос её дрожал.
— Я — никто. Он просто просил помощи, я сделала работу. Это было до того, как я узнала, кто ты.
— Он отобрал у меня детей! — Катя вскочила. — Из-за таких, как ты! Вы все за мужика! У вас же женщина — сразу истеричка, мужик — бедный папа!
— Катя, — я устало посмотрела на неё. — Ты спрашивала — я ответила. Но дети живут с ним не потому, что кто-то кого-то "поддержал", а потому что он их растит. Каждый день. А ты — работаешь. Постоянно говоришь, что некогда. По утрам у нас в кабинете амбре - дышать нечем! Только и талдычишь, какой он кАзЁл, а про детей толком и сказать ничего не можешь, при мне ни разу им не звонила за месяц, а у порядочной матери так просто не получится, что-то да случится.
— Ты ничего не знаешь! Ничего! — закричала она и вылетела из кабинета.
Я осталась одна. Только потом поняла, что руки у меня дрожали.
Месть мелкая, но злая
После обеда я вернулась — и не нашла своего принтера.
Просто исчез. Ни шнура, ни бумаги — только пустое место на столе.
— Катя забрала, — объяснил старший юрист, заходя в кабинет с кофе. — Сказала, что он ей нужнее, потому что ты "всё равно скоро уволишься".
— Что?
— Устроила сцену в бухгалтерии, орала, что тебя сюда специально взяли, чтобы её "вытеснить", что ты подруга её бывшего и вообще саботажница.
На следующий день меня вызвали к руководству. Спокойно выслушали мою версию, поблагодарили за выдержку и пообещали… заказать новый принтер.
— Нам не нужен внутренний конфликт, — сказал начальник. — Мы знаем, кто как работает.
Позже я узнала, что Катю отчитал директор, когда выяснилось, что она врет:
— Дети? Так они у отца давно. Она постоянно ссылается на "необходимость срочно уйти к дочкам", а те — с папой уже год живут!
Алименты? Не платит. Суды? Один за другим проигрывает. А что было на корпоративе — вспоминать страшно... Но электрик до сих пор нервно улыбается, то ли все понравилось, то ли психотравма.
Коллеги начали шептаться.
— А ты как её "выселила" из кабинета, это круто, — хихикала девочка из сметного. — Мы уже ставки делали, сколько ты продержишься.
Анекдоты про Катю ходили по этажам. То она "ушла на обед с истерикой", то "сказала, что интернет против неё", то "обвинила программиста в шпионаже".
Мне было не до смеха. Но когда Катю пересадили обратно в сметный, я всё же выдохнула.
Маска падает
Катя ещё полгода проработала в компании. Портила документы, срывала сроки, устраивала истерики — и в какой-то момент её просто уволили без шума.
На новой работе она продержалась меньше месяца. Опять — жалобы, конфликты, подозрения. Снова — заявление по собственному.
Но история на этом не закончилась.
Через полгода Артём прислал мне ссылку на решение суда: Катю привлекли к ответственности за побои в отношении старшей дочери.
Соседка вызвала полицию — та слышала, как Катя орала и что-то швыряла, Артём завез дочь согласно графику, пришлось забирать с полицией и опекой.
Органы опеки, несмотря на всё это, всё равно считали, что детям лучше с матерью.
Суды тянулись. Одно решение за отца, потом отмена, новое рассмотрение…
А я всё смотрела на это — и думала.
Почему у нас так устроено, что мать — всегда праведница, даже если она врёт, не платит алименты, пьет и бьёт детей?
Почему женщине можно всё — истерики, манипуляции, агрессию? А мужчине — ничего?
Почему та, кто разрушает жизнь собственным детям, всегда первая кричит: «Я мать! Я жертва!»
Слава богу, спустя год, Артем все же выиграл все суды и смог лишить её прав.
Дорогие мои, не забывайте подписаться на мой канал, чтобы не пропустить новые истории и рассказы, полные жизненных уроков, мудрости и искренности. Ваши комментарии, лайки и поддержка значат для меня многое!
С любовью, Лариса Гордеева.