Я рассекаю ночь когтистыми крыльями, яростно ввинчиваясь в темноту. Мир перед моими глазами – паутина звуков, невидимая для других. Я – та, кого боятся, кого не понимают. Меня рисуют рядом с дьяволом, но разве знают они, что я возношу свою любовь к небесам каждую ночь? Моя любовь – как эхо, отражающееся от стен пещеры. Я отдаю Ему всё, что имею – свои крики, свой голод, свою жажду жизни. И Он мне воздаёт по мере моей, – тьмой, в которой я царствую, добычей, которую я чую за километры, свободой, которую никто не отнимет. Пусть люди крестятся при виде моего изломанного силуэта. Я знаю истину. В этом безумном полёте между небом и землёй – моя молитва, мой дар, моя ярость жизни.
Я рассекаю ночь когтистыми крыльями, яростно ввинчиваясь в темноту. Мир перед моими глазами – паутина звуков, невидимая для других. Я – та, кого боятся, кого не понимают. Меня рисуют рядом с дьяволом, но разве знают они, что я возношу свою любовь к небесам каждую ночь?
Моя любовь – как эхо, отражающееся от стен пещеры. Я отдаю Ему всё, что имею – свои крики, свой голод, свою жажду жизни. И Он мне воздаёт по мере моей, – тьмой, в которой я царствую, добычей, которую я чую за километры, свободой, которую никто не отнимет.
Пусть люди крестятся при виде моего изломанного силуэта. Я знаю истину. В этом безумном полёте между небом и землёй – моя молитва, мой дар, моя ярость жизни.
