Найти в Дзене
Юлия Вельбой

Торговцы зеленью

У меня рядом с домом «Перекресток», я часто туда захожу. Отделы там, как обычно, а сбоку закуток, где торгуют разным: клубникой, черешней, зеленью и другими дарами природы. Продают, как вы понимаете, приезжие. Иногда там стоит женщина, иногда – мужчина и часто – их сын и дочь. Девочка лет 14-ти и мальчик лет 12-ти. Как-то подходила к ним, брала лук и зелень. Очень ловко отпускают товар, предлагают, упаковывают. А интересно то, что за прилавком они стоят в первой половине дня, когда все еще учатся. И это не один раз и не два, а регулярно. Тут я вижу два, если можно так сказать, педагогических полюса: такие семьи, как у Лели, изо всех сил тянут ребенка в образование, хотят, чтобы у девочки были реальные знания, вопреки ее воле. А родители этих маленьких торговцев считают, видимо, что «знания избыточны». В результате получаются маленькие Будды. Научился считать деньги, давать сдачу и управляться с кассовым аппаратом – и довольно с тебя. Наверное, родители еще и поощряют за это - дают п

У меня рядом с домом «Перекресток», я часто туда захожу. Отделы там, как обычно, а сбоку закуток, где торгуют разным: клубникой, черешней, зеленью и другими дарами природы. Продают, как вы понимаете, приезжие.

Иногда там стоит женщина, иногда – мужчина и часто – их сын и дочь. Девочка лет 14-ти и мальчик лет 12-ти. Как-то подходила к ним, брала лук и зелень. Очень ловко отпускают товар, предлагают, упаковывают. А интересно то, что за прилавком они стоят в первой половине дня, когда все еще учатся. И это не один раз и не два, а регулярно.

Тут я вижу два, если можно так сказать, педагогических полюса: такие семьи, как у Лели, изо всех сил тянут ребенка в образование, хотят, чтобы у девочки были реальные знания, вопреки ее воле. А родители этих маленьких торговцев считают, видимо, что «знания избыточны».

В результате получаются маленькие Будды. Научился считать деньги, давать сдачу и управляться с кассовым аппаратом – и довольно с тебя. Наверное, родители еще и поощряют за это - дают процент от выручки. Тем самым закрепляя в сознании, что можно, не учась, хорошо зарабатывать.

Оно, в принципе, так и есть, если эти мальчик с девочкой останутся в торговле, и никуда из-за своего прилавка не двинутся. Своим ремеслом они владеют и к большему не стремятся. Но что, если родители захотят их куда-то «всунуть» - на какое-то место, должность, где нужно принимать решения.

Когда мой муж преподавал на У., у него в группе были такие же два мальчика, два брата. Ни языка, ни мовы не знали. Нет, занятия они посещали: сидят с испуганными лицами и смотрят в пространство. Одногруппников дичились, преподавателя боялись. После урока подходили к его столу, прикладывали руку к сердцу, и говорили: «Домулло» (учитель), - и что-то на своём. Вот и вся учеба.

При этом как-то сдавали сессии. Их папа заходил к директору и «решал». А теперь внимание: студенты учились не на условных менеджеров, а на специалистов горного дела, что подразумевает работу в шахте с машинами и механизмами в условиях повышенной опасности. Просто интересно, как родители таких учеников видят их будущее.