Теперь давайте проведем еще одно чеховское расследование. Нам интересна жизнь Ирины Николаевны Аркадиной — преуспевающей актрисы из Москвы, матери главного героя «Чайки». Про брата актрисы (Сорина) я уже писал — ссылку даю в конце статьи, там есть и о семье, и о времени действия.
Паспортная фамилия актрисы — по мужу, Треплева, она должна была родиться Сориной (у брата и сестры одно и то же отчество), откуда же взялась фамилия «Аркадина»? Это сценический псевдоним. Звучит красиво, вызывает в памяти аркадскую идиллию. Однако жизнь актрисы не была идиллической.
Ирине Николаевне в начале действия 43 года, около 1850-го она родилась в среднепоместной дворянской семье. Сыну уже 25, то есть героиня родила ребенка в 18. Мужем был киевский мещанин, видный актер Гаврила Треплев…
Чувствуете, запахло скандалом и мезальянсом? Да и замужество в семнадцать лет для того времени и социальной среды — раннее. Скорее всего, Аркадина бежала с киевлянином-актером и сама начала играть в театре.
А теперь слово — их сыну.
«Помню, очень давно, когда ты еще служила на казенной сцене, — я тогда был маленьким, — у нас во дворе была драка, сильно побили жилицу-прачку. Помнишь? Ее подняли без чувств... ты все ходила к ней, носила лекарства, мыла в корыте ее детей. Неужели не помнишь? (…) Две балерины жили тогда в том же доме, где мы... Ходили к тебе кофе пить...»
Треплев, родившийся примерно в 1868-м, вспоминает про время, когда он был «маленьким», но уже во вполне сознательном возрасте, это могло быть где-то в середине 1870-х. Мать и ребенок живут в бедном доходном доме (драка во дворе, прачку избили до потери сознания), хотя сами — не нищие (пьют кофе).
А папа-то где? Где «известный актер»? Если известен, значит, и совсем не беден и не стал бы жить с семьей в полутрущобе. Получается, отца там не было?
К 1893 году Треплев-отец уже мертв («был известным актером»), однако мертв ли он в 1870-х? Или бросил жену с ребенком? Если мы вспомним о нравах богемы, этот сценарий кажется весьма вероятным.
Если так, драма Нины Заречной повторяет начало актерской карьеры Ирины Аркадиной (хотя подробности, естественно, не совпадают: у Аркадиной ребенок выжил и был законным). Если совсем грубо сказать, Нина Заречная — это Аркадина в молодости. Хотя нам неизвестно, ждет ли успех Нину...
Итак, девушка из богатой семьи бежала от родителей, была брошена мужем, прошла через бедность, но сумела поднять сына и построила своим трудом блестящую карьеру, хотя и не быстро.
В 1870-х она квартирует в одном доме с прачками, а в 80-х сделалась известной актрисой в одном из московских частных театров (может быть, в театре Корша… МХТ во время действия «Чайки» еще не создан). Сын говорит: «очень давно, когда ты служила на казенной сцене»… Сцена была или любительской, или казенной, пока в 1882 году правительство не отменило театральную монополию. Так появились частные коммерческие театры, выросла конкуренция, наступил сценический «бум», сумели выдвинуться многие талантливые артисты.
Возможно, Аркадина начинала в провинции и не сразу приехала в Москву. Деньги Аркадиной лежат в одесском банке. Может, уже в Одессе стала откладывать? Возможно, уже в 1870-х Ирина Николаевна не так бедна, просто живет скупее, чем позволяет заработок.
В одесском банке у нее лежит 70 тысяч рублей… много это или мало? Много! На эти средства можно было выстроить доходный дом. Генерал или управляющий заводом получал 5-6 тысяч в год, губернаторам платили 10 тысяч в год, звезда московской сцены Василий Качалов зарабатывал по тысяче в месяц… и все растрачивал! Ведь жизнь звезды полна соблазнов.
Допустим, что доход Аркадиной сопоставим! Тогда скопить 70 тысяч (не занимаясь бизнесом) для нее вполне реально, хотя долго и очень трудно.
Аркадина скупа как человек, который с большим трудом поднялся из бедности. Но детство-то у нее было барское! И (по контрасту) молодость в жесткой нужде, с ребенком на руках, привела к травме.
Результат был таким (разговор о сыне):
Сорин. Посмотри, один и тот же сюртучишко он таскает три года, ходит без пальто... (...)
Аркадина. Все-таки... Пожалуй, на костюм я еще могу, но чтоб за границу... Нет, в настоящее время и на костюм не могу. (Решительно.) Нет у меня денег! (Сорин смеется). Нет!
(...)
Аркадина (сквозь слезы). Нет у меня денег!
(...)
Аркадина. Да, у меня есть деньги, но ведь я артистка; одни туалеты разорили совсем.
У тебя 70 тысяч и туалеты, сын — в обносках, без пальто…
Не посвятить ли сыну «следующую серию»?