Галина Ивановна поливала герань на подоконнике, когда в дверь позвонили. На пороге стоял сын Игорь с супругой Аллой. Оба выглядели взволнованно.
— Мама, мы к тебе по важному делу, — сказал Игорь, проходя в квартиру. — Присядь, поговорить надо.
— Что случилось? — встревожилась Галина Ивановна. — С внучкой всё в порядке?
— С Машей всё хорошо, — заверила Алла. — Дело в другом. У нас ремонт начался, а денег катастрофически не хватает.
Галина Ивановна вздохнула с облегчением. Деньги проблема решаемая, не то что здоровье.
— Сколько нужно? Может, помочь смогу понемногу...
— Мам, тут не понемногу, — перебил Игорь. — Нам серьёзная сумма требуется. Квартиру полностью переделываем, евроремонт делаем.
— А зачем такие траты? У вас же всё нормально было...
— Мама, ну что ты! — возмутилась Алла. — Нормально это как? Обои десятилетней давности, линолеум стёртый, кухня совсем старая. Стыдно людей приводить!
— А мне всю жизнь не стыдно было, — тихо заметила Галина Ивановна.
— Мам, времена другие сейчас, — терпеливо объяснил Игорь. — Людей по квартире судят. Маше тоже неудобно одноклассниц домой звать.
— Маше? Она жаловалась?
— Не жаловалась, но я вижу, что ей неловко, — сказала Алла. — В её возрасте это важно — чтобы дом красивый был.
Галина Ивановна задумалась. Внучка действительно стала реже оставаться у них ночевать, предпочитая встречаться с друзьями в кафе.
— Сколько вам нужно?
— Полтора миллиона, — выпалил Игорь. — Я всё просчитал, с материалами и работой.
— Полтора миллиона? — ахнула мать. — Да где же я столько возьму?
— Мам, ну у тебя же есть накопления, — сказал Игорь. — И пенсия каждый месяц приходит.
— Пенсия на жизнь нужна...
— Мама, да что тебе на жизнь-то надо? — вмешалась Алла. — Ты же скромно живёшь, особо не тратишься. А тут такое важное дело!
— Важное для кого?
— Для всех! — хором ответили сын и невестка. — Для семьи нашей!
Галина Ивановна встала и прошла на кухню поставить чайник. Нужно было время подумать.
— Мам, ты чего молчишь? — последовал за ней Игорь. — Мы же не чужие люди просим!
— Игорь, у меня накоплений всего семьсот тысяч. Откладывала на чёрный день, на лечение если что...
— Ну и отлично! Семьсот тысяч плюс твоя пенсия за год — как раз полтора миллиона и наберётся!
— Как это моя пенсия за год?
— А так! — включилась в разговор Алла. — Ты будешь нам пенсию отдавать, а мы тебя кормить-одевать станем. Честный размен!
Галина Ивановна поперхнулась чаем:
— То есть как это отдавать?
— Ну, на карточку мою переводить будешь, — объяснил Игорь. — А мы тебе продукты покупать станем, что надо для дома.
— А если мне к врачу пойти, лекарства купить?
— Скажешь нам, мы купим, — пожала плечами Алла. — В чём проблема?
— Проблема в том, что это МОЯ пенсия, — возмутилась Галина Ивановна. — Я её заработала!
— Мама, ну не будь эгоисткой! — укоризненно покачал головой Игорь. — Твоя пенсия покроет наш ремонт! А ремонт это инвестиция в будущее. В будущее внучки твоей!
— Как это инвестиция?
— А так! Квартира после ремонта дороже стоить будет. Маше достанется, ей же лучше!
Галина Ивановна молча допила чай. Логика у сына была железная, но что-то в ней не устраивало.
— Мне нужно подумать, — сказала она наконец.
— Да что тут думать? — взвилась Алла. — Или помогаешь семье, или нет!
— Алла, не горячись, — остановил жену Игорь. — Мама, ты подумай хорошенько. Мы же не на ветер деньги просим. На семейное благо!
После их ухода Галина Ивановна долго сидела на кухне, глядя в окно. Сорок лет она проработала медсестрой в больнице, недоедала, недосыпала, одна сына растила после развода. Каждую копейку считала, чтобы и ему образование дать, и на старость что-то отложить.
Теперь сын вырос, у него семья, хорошая работа. И вот он требует её последние сбережения на ремонт.
Вечером позвонила соседка Валентина Степановна:
— Галь, что это твой Игорь такой мрачный из подъезда выходил? Поругались что ли?
— Да нет, просто разговор серьёзный был, — вздохнула Галина Ивановна.
— А можно поинтересоваться о чём?
Галина Ивановна рассказала соседке о просьбе сына. Валентина Степановна слушала молча, а потом ахнула:
— Галя, ты с ума сошла! Отдать все деньги на их ремонт? А сама как жить будешь?
— Они обещали обеспечивать меня...
— Обещать не значит делать! А что, если поругаетесь? Что, если они решат, что ты им в тягость? Останешься без копейки!
— Но они же семья...
— Семья семьёй, а деньги счёт любят. Ты послушай меня, не давай им всё сразу. Дашь — потом не вернёшь.
На следующий день Игорь снова пришёл, но уже один.
— Мам, ты как, подумала? — спросил он, устраиваясь в кресле.
— Игорь, а может, вы кредит возьмёте? Или ремонт поэтапно делать будете?
— Мама, кредит это переплата огромная! А поэтапно долго и дорого. Лучше сразу всё сделать, качественно.
— Но мне страшно все деньги отдавать...
— Страшно? — удивился сын. — Да чего тебе бояться? Мы же рядом, присмотрим!
— А если ты заболеешь, работать не сможешь? Кто меня кормить будет?
— Мам, ну что за глупости! Я здоровый, работа стабильная. Ничего со мной не случится!
— Жизнь непредсказуемая штука, Игорь...
— Слушай, мам, — сын наклонился ближе. — А что, если мы официально оформим опекунство? Тогда все твои деньги и так к нам перейдут, а ты будешь спокойна — мы за тебя отвечать станем!
Галина Ивановна почувствовала, как по спине пробежал холодок:
— Какое опекунство? Я же дееспособная!
— Ну, можно справку получить, что у тебя память плохая стала, рассеянность. Врачи пойдут навстречу, если попросить.
— Игорь, ты что говоришь? Это же мошенничество!
— Какое мошенничество? — возмутился сын. — Это забота о тебе! Будешь жить спокойно, ни о чём не думать.
— А думать за меня ты будешь?
— А что плохого? Я же образованный, опыт жизненный есть. Лучше распоряжусь деньгами, чем ты.
Галина Ивановна встала и подошла к окну. На детской площадке играла её внучка Маша с одноклассницами. Девочка смеялась, выглядела счастливой и беззаботной.
— Игорь, а Маша в курсе ваших планов?
— При чём тут Маша? Она ребёнок, её это не касается.
— Как не касается? Ты же говорил, что ради неё стараешься.
— Ну конечно, ради неё! Чтобы ей не стыдно было друзей домой приводить!
— А ты у неё спрашивал, стыдно ли ей?
Игорь замялся:
— Не спрашивал, но вижу же...
— Может, стоит спросить?
— Мам, зачем ребёнка во взрослые дела посвящать? Мы сами знаем, что для неё лучше.
Вечером Галина Ивановна специально пошла гулять во двор. Маша сразу подбежала к ней:
— Бабуля! А мы тут в классики играем, хочешь научу?
— Машенька, можно тебя кое о чём спросить? — сказала бабушка, усаживаясь на скамейку.
— Конечно!
— Тебе неудобно дома одноклассниц принимать?
— А почему неудобно? — удивилась девочка. — Мне нравится, когда подружки приходят. У нас уютно!
— Но ремонт же старый...
— Ну и что? Зато у нас тепло и вкусно пахнет. А у Лены дома новый ремонт, но там холодно и скучно. Родители её вечно на работе.
— А если бы тебе предложили выбрать — новый ремонт или чтобы бабушка рядом была с деньгами на лекарства?
Маша задумалась:
— А зачем выбирать? Разве нельзя и то, и другое?
— Можно, но не всегда хватает денег на всё сразу.
— Тогда лучше чтобы бабушка была здоровая, — решительно сказала девочка. — Ремонт можно потом сделать, когда денег больше будет. А бабушку не купишь ни за какие деньги!
Дома Галина Ивановна достала документы на квартиру и внимательно их изучила. Квартира была приватизирована на неё, она полноправная хозяйка.
На следующий день она отправилась к нотариусу.
— Хочу дарственную оформить, — сказала она молодой женщине в строгом костюме.
— На кого дарить будете?
— На внучку. Ей сейчас четырнадцать лет.
— Понимаю. А родители в курсе?
— Пока нет.
Нотариус внимательно посмотрела на неё:
— А вы уверены в своём решении? Обычно люди завещания составляют, а не дарственные.
— Уверена. Хочу, чтобы у внучки было жильё. Независимо ни от кого.
— Тогда нужно будет привести девочку и получить согласие опекунов.
— Её родителей, то есть?
— Да. Без их согласия дарственную на несовершеннолетнего не оформим.
Галина Ивановна задумалась. Придётся идти на хитрость.
Вечером она позвонила сыну:
— Игорь, приходи завтра вместе с Машей. Хочу кое-что обсудить.
— Мам, ты решила помочь с ремонтом?
— Приходите, поговорим.
На следующий день вся семья собралась в гостиной. Галина Ивановна достала чай и пирог, создавая торжественную атмосферу.
— Я хочу сделать Машеньке подарок, — начала она.
— Какой подарок? — заинтересовалась внучка.
— Квартиру дарю. Вот документы, завтра к нотариусу пойдём оформлять.
Повисла гробовая тишина. Игорь и Алла смотрели на тёщу как на привидение.
— Мама, ты что, рехнулась? — наконец выдавил Игорь.
— Почему рехнулась? Хочу внучке жильё обеспечить.
— Но она же ребёнок! Что ей с квартирой делать?
— До совершеннолетия будете управлять от её имени, а потом она сама решит.
— Бабуля, а это правда моя квартира будет? — восторженно спросила Маша.
— Правда, солнышко.
— Ура! У меня своя квартира! — закружилась девочка по комнате.
— Мама, это безумие! — возмутилась Алла. — Зачем ребёнку квартира? Лучше бы нам на ремонт дала!
— А что будет, если мы поругаемся? — спросил Игорь. — Ты нас на улицу выгонишь?
— Не выгоню. Будете жить, пока Маша не вырастет. А там она сама решит.
— А как же ремонт? — не унималась Алла. — Мы уже подрядчиков нашли!
— Делайте за свои деньги. Или кредит берите.
— Мама, но мы же договаривались! — возмутился Игорь.
— Ничего мы не договаривались. Ты требовал, я слушала.
— Но ты же обещала помочь!
— Я и помогаю. Внучке. Ей квартира нужнее, чем вам ремонт.
Игорь и Алла переглянулись. Было видно, что они в панике.
— Мама, давай ещё раз обсудим, — попытался договориться сын. — Может, половину квартиры Маше подаришь, а другую половину нам?
— Нет. Либо всю Маше, либо никому.
— Но это же несправедливо! — взвилась Алла. — Мы столько для тебя делаем!
— А что именно делаете? — поинтересовалась Галина Ивановна.
Алла замялась:
— Ну... навещаем, интересуемся...
— Раз в месяц заходите. И то только когда что-то нужно.
— Мам, ну это же дела, работа, — оправдывался Игорь. — Некогда часто ездить.
— Понятно. А теперь вдруг время нашлось мою пенсию обсуждать.
— Ты это серьёзно? — тихо спросил сын. — Квартиру Маше подаришь?
— Серьёзнее некуда.
— А где ты жить будешь?
— Здесь же. Это будет квартира Маши, но пока она несовершеннолетняя, я здесь прописана и имею право проживания.
— А что, если мы не согласимся на дарственную?
— Ваше право. Тогда завещание напишу. После моей смерти всё равно Маше достанется.
Игорь понял, что проиграл. Мать была настроена решительно.
— Ладно, — сдался он. — Оформляй дарственную.
На следующий день они втроём пошли к нотариусу. Маша была в восторге, Игорь и Алла молчали как на похоронах.
— Девочка, ты понимаешь, что теперь владелица квартиры? — спросила нотариус у Маши.
— Понимаю! Это самый лучший подарок в моей жизни!
— А ты, бабушка, не передумаешь?
— Не передумаю, — твёрдо ответила Галина Ивановна.
Документы были оформлены в тот же день. Выходя от нотариуса, Игорь мрачно сказал:
— Мама, ты понимаешь, что сделала? Лишила нас наследства!
— Не лишила, а передала его тому, кто больше нуждается.
— Маша нуждается больше нас?
— Маша любит меня просто так, а не за квартиру. Вот и получила квартиру.
— А как же наш ремонт?
— А как же моя пенсия на ваш ремонт? — спросила в ответ Галина Ивановна.
Вечером дома Маша обнимала бабушку:
— Спасибо тебе огромное! Я теперь точно знаю — у меня всегда будет дом!
— И у меня теперь есть уверенность, что всегда буду дома, — улыбнулась Галина Ивановна.
— Бабуля, а папа с мамой очень расстроились?
— Расстроились. Они хотели деньги на ремонт.
— А зачем им такой дорогой ремонт? Мне и так нравится, как у нас.
— Мне тоже нравится, внучка.
— Знаешь что, бабуля? Когда я вырасту и начну работать, мы сделаем ремонт. Но не потому что стыдно, а потому что хочется что-то новенькое!
— Обязательно сделаем, — согласилась Галина Ивановна.
А тем временем Игорь и Алла дома обсуждали новую ситуацию.
— Что теперь делать будем? — спрашивала Алла.
— Ничего не поделаешь. Мать перехитрила нас.
— А может, через суд попробуем? Скажем, что она была не в себе?
— Попробуй докажи. Она к нотариусу пошла, все документы в порядке, свидетели есть.
— Тогда хоть пенсию её заберём!
— Как её заберёшь? Она теперь знает наши планы, настороже будет.
— Значит, остались мы с носом?
— Похоже на то. Придётся кредит брать на ремонт.
— А я думала, так ловко всё придумали!
— Думали, мать дура. А она оказалась поумнее нас.
А Галина Ивановна тем временем сидела с внучкой на кухне и пила чай. За окном догорал день, в квартире было тепло и уютно.
— Бабушка, а ты не жалеешь, что квартиру подарила? — спросила Маша.
— Нисколько не жалею. Теперь я спокойна — у тебя всегда будет крыша над головой.
— А что, если родители совсем обижаться будут?
— Значит, покажут своё истинное лицо. А ты будешь знать, кто тебя по-настоящему любит.
— Я тебя очень люблю, бабуля!
— И я тебя, внученька. Поэтому и подарила квартиру. Любовь нельзя купить, но можно отблагодарить.
Вечером, укладывая Машу спать, Галина Ивановна думала о том, что поступила правильно. Квартира досталась тому, кто её ценит не как источник денег, а как дом. А сын с невесткой пусть учатся жить по средствам и не рассчитывать на чужие деньги.
Самое главное — теперь она была спокойна за своё будущее. Пока квартира формально принадлежит внучке, никто не сможет её выселить или принудить отдавать пенсию на чужие нужды.
А ремонт... Ремонт можно и потом сделать. Когда появятся собственные деньги, а не украденные у пенсионерки.