Евгения Понасенкова попросили поделиться впечатлениями от путешествия в Ниццу, куда отправлялся побатониться прошедшей осенью, и он трижды обратился к теме кафе и ресторанов в соответствующем регионе, цитирую почти дословно:
"И магазины, и кафе, и рестораны - все знают, что в воскресенье ничего из этого не работает. Люксовые, элитные рестораны - даже в "Негреско" - пожалуйста: в воскресенье (а то и в понедельник, и во вторник) выходные. Как у ресторана может быть выходной?! Это абсолютно невозможно. В Москве, в Петербурге это абсолютно невозможно. И нигде и никогда это не должно быть возможно. Социалистическое быдло не хочет работать".
Второй эпизод:
"Когда вы гуляете по городу, вы хотите чай-кофе, пирожные - и вам нужно сразу где-то присесть, сразу. И Франция всегда славилась тем, что миллион кафе, и на всех улицах, и это удобно. Теперь нет. Теперь вы можете пройти несколько километров и не найти кафе. Половина не работает, а половина - это арабские кафе, которые у нас называются на букву "х". Из трёх букв. Не из тех трёх букв, а из других трёх букв. Это маленькие, грязные забегаловки, страшно вонючие, с неевропейской едой, с неевропейскими мордами и прочее. Туда невозможно зайти. И где? - в Ницце".
И, наконец, третья история: образованные люди, говорит Евгений Понасенков, знают, что рядом с отелем "Негреско" есть знаменитая вилла Массена, которая была построена потомками Андре Массена, наполеоновского маршала. Сад со столетними деревьями, розами, изумительная ограда, ворота. Напротив, через узкую дорожку, дома 1900-го и 1914-го года, в некоторых квартиры по 15 миллионов евро. И вот угловой дом, который от виллы Массена - 35 метров, и там кафе. Кафе тому много-много лет.
И, говорит Евгений Понасенков, чтобы вы понимали насчёт этого кафе:
1) обе работницы - африканки,
2) играет рэп,
3) ну, какие-то пирожные стоят, не самые по-французски эффектные, не самые красивые, какая-то там кофемашина, и - стопки блюдец, стопки чашек. Ни одной - внимание - ни одной из десятков блюдец и ни одной из десятков чашек - без щербинки. Ни одной. Двадцать блюдец, двадцать пять чашек, переискали все - ни одной без щербинки.
Пока я там разбирался, говорит Евгений Понасенков, заходит пожилой, лет 75, француз. Изумительно одетый. Легчайший плащ, раннеосенний, вечерний. Под плащом - костюм бледно-утончённого сиреневого цвета, какие носили в конце 60-х. Галстук. Сорочка тонкой материи. Всё отглажено. Очки в натуральной оправе.
И он с газетой, и он садится, и он терпит: африканское быдло, побитую в дорогущем доме посуду с щербинками, рэп и прочее.
Я, говорит Евгений Понасенков, говорю им: так, ну-ка отключи вот это, поменяй, поставь французскую музыку. Они сначала: а, э, как это. Им до этого никто не говорил, чтобы они во французском кафе ставили французскую музыку. Они были в жутком шоке. Но они поставили по моему требованию французскую музыку.
И вот, говорит Евгений Понасенков, в ниццком кафе выключается африканский рэп, звучит французская музыка - и если бы вы видели этого француза в этот момент. У него, говорит Евгений Понасенков, была такая гордость и такой восторг.
Ну, последний эпизод - просто для забавы, а вот насчёт закрытых по воскресеньям ресторанов - прибавлю пяток собственных мыслей, и начну с каминг-аута: честно признáюсь читающим, что уже 3-4 года подряд вообще не работаю по воскресеньям.
Воскресная "обратная связь" - фикция; на самом деле это субботняя "обратная связь".
– Я ничего не писал, – залепетал Валет, – и не подписывал. Посмотрите, там же нет подписи.
– Вот и попался! – обрадовался Король. – Сам сознался, что не подписывал. Значит, боялся подписаться, как все честные люди?
Присяжные бурно зааплодировали умному замечанию Короля.
График составляется таким образом, что у меня почти каждый день - рабочий, но воскресенье у меня - "семейный день".
- По легенде для менеджмента.
А вообще-то я принял решение не появляться на работе в этот день по простой причине: что бы мы ни делали, с воскресным потоком гостей справиться не представляется возможным, и я хорошо помню, как гости ждали заказ целый час и уходили, не поев. А к их заказу на кухне даже не приступали, поскольку очередь не дошла.
И тут прозорливый читающий, конечно, спросит, дескать, а ты не думаешь, наглый халдей, официантишко, подавальщик, что сейчас ситуация изменилась? Ведь то было давно, скажет прозорливый читающий, а менеджмент ведь не даром ест свой хлеб, уж как-нибудь наладили процессы.
А я вам отвечу: вот прихожу на смену в понедельник, в смене два официанта. И менеджерка говорит, дескать, зато вчера было пятеро - и то не успевали.
Теперь вы можете составить представление о популярности нашей шараги по воскресеньям, и понятно, что в такие дни у официантов неплохая выручка, но я по эгоистическим соображениям решил, что не хочу запомниться гостям тем официантом, который целый час не может принести их заказ.
- А в глазах гостей всегда именно официант задерживает тарелку с едой: вроде взял - а ни с места; не хочет, за-раза, нести.
Теряя еженедельную воскресную выручку, я выигрываю на длинной дистанции: почти каждый месяц прибавляется гость, который просит, чтоб его заказ принимал только я. Возможно, эти гости как раз не хотят, чтоб их обслуживал вон тот парень, который в прошлое воскресенье заставил их ждать 40-50 минут.
- Или вон та девушка, которая в позапрошлое воскресенье приняла заказ и "пропала на час", как любят писать в отзывах.
Но, как ни крути, было бы самоубийственным закрывать заведение в такие дни.
Вот воскресный вечер - вот это да, самое тихое и бесполезное с точки зрения кассы время. Можно было бы закрываться после 16-17 часов.
А что в Европе не желают работать по воскресеньям - ну, насколько мне известно, во Франции нет прямого запрета на работу в соответствующий день. Значит, лягушатники сами хотят, напахавшись за неделю, заслуженно налить себе долгожданный воскресный пастис с лимонным соком, придвинуть тарелку салата нисуаз с сезонным майским базиликом и хлопнуть в ладоши, сказавши на языке какого-то Экзюпери: "Шәп!".
"Искусство жить по-французски", что бы это ни значило, это ведь тоже своего рода предмет... эта... экспорта, экспорта.
P.S. Полина, если ты это читаешь - давай упростим нашу коллизию: если ты до конца весны не отправляешь донат, я забираю себе один наугад выбранный конверт из подаренных тебе на свадьбу, и тут уж воля Аллаха: может, мне выпадет пара тысяч долларов, а может - избавлю вас с мужем от пустого конверта, ты подумай.
