Ольга замерла у двери, сжимая в руке потёртую сумку с тапочками и фартуком. Сердце колотилось. Пятьдесят два года — а трясёшься, как перед экзаменом. «Глупости, — одёрнула она себя. — Просто работа». И всё-таки рука дрогнула, когда она нажала на звонок.
Дверь распахнулась так внезапно, будто за ней кто-то караулил.
— Наконец-то! — на пороге стояла женщина лет тридцати пяти, с кругами под глазами и растрёпанными волосами. Одной рукой она прижимала к уху телефон, другой удерживала извивающегося малыша. — Проходите скорее. Я Лена.
Ольга шагнула в прихожую, и её тут же обдало запахом подгоревшей каши. Повсюду валялись игрушки, детские ботинки, свёрнутые носки. Сверху на этот хаос взирала гора курток на вешалке, которая, казалось, вот-вот рухнет под собственным весом.
Лена, прижав трубку плечом, пыталась одновременно стянуть с ребёнка куртку и нашарить что-то в сумке.
— Нет, Аня, я не смогу сегодня, — говорила она. — Да, опять. Знаю, что обещала. Извини.
Она сбросила вызов и запихнула телефон в карман джинсов.
— Извините за бардак. Муж в разъездах, старший в школе до вечера, а этот егоза, — она кивнула на мальчишку, — даже в ванную одну не пускает.
Малыш уставился на Ольгу, не мигая. В его взгляде читалось неприкрытое любопытство.
— Ты будешь у нас убираться? — спросил он прямо.
— Саша! — Лена закатила глаза. — Простите, он у нас...
— Да, буду, — ответила Ольга, глядя мальчику в глаза. — И готовить тоже.
— А почему мама сама не может? — не отставал он.
— Так, философствовать будешь потом, — Лена подтолкнула сына в сторону комнаты. — Иди мультики смотри, а мы с Ольгой... простите, как вас по отчеству?
— Дмитриевна.
— Мы с Ольгой Дмитриевной пройдёмся по квартире, я всё покажу.
Она провела Ольгу по комнатам, говоря без остановки. Три комнаты: спальня, детская, гостиная. Кухня совмещена со столовой. Бельё гладить обязательно, Саша аллергик, старший, Максим, приходит поздно, стирка два раза в неделю, уборка...
— И вот ещё что, — Лена остановилась у кухонного стола, заваленного счетами и бумагами. — Мы с мужем, он Андрей, оба много работаем. Ипотека. — Она произнесла это слово с какой-то обречённостью. — Родители в Твери, помочь особо некому. Так что иногда придётся Сашку из садика забрать.
— Я поняла, — кивнула Ольга. — Не беспокойтесь.
— Отлично! — Лена глянула на часы и охнула. — Мне пора бежать. Располагайтесь, и... удачи вам. Она точно понадобится.
Хлопнула входная дверь, и Ольга осталась одна в чужой квартире. Она провела рукой по столешнице — пыль. На плите подгоревшие пятна, в мойке гора посуды, на полу крошки.
«И чего ты ждала, Оля? — подумала она. — Дворец?»
Тридцать лет в библиотеке, заведующей отделом. А теперь вот — чужие кастрюли и пыль. Но маме нужны лекарства, а на одну пенсию нынче не проживёшь. Да и не в первый раз ей начинать всё с нуля.
Она достала из сумки фартук, повязала его на талии и закатала рукава.
— Ну, с богом, — пробормотала она и потянулась за губкой.
— Почему вы так мало соли кладёте? — раздался голос из-за спины, когда Ольга помешивала суп.
Она обернулась. В дверях кухни стоял Саша
— Потому что досолить всегда можно, а пересоленное уже не исправишь, — ответила она.
— А мама всегда сразу много сыплет, — мальчик подошёл ближе. — И потом говорит: «Фу, невозможно есть».
Ольга промолчала. Не её дело обсуждать привычки хозяйки дома.
— А можно с вами посидеть? — спросил Саша. — Я мешать не буду.
— Можно, — кивнула она. — Только обещай не подходить к плите, когда я отвернусь.
— Честное слово! — мальчик присел на стул, болтая ногами. — А что вы готовите?
— Овощной суп. С курицей.
— Фу, овощи, — он сморщил нос. — Я их не люблю.
— Все дети так говорят, — Ольга улыбнулась. — А потом вырастают и начинают есть овощи.
— Правда? — недоверчиво спросил Саша. — А вы в детстве тоже не любили?
— Не любила, — призналась она. — Особенно морковку.
— А я капусту, — доверительно сообщил он. — Она противно хрустит.
— Так её надо мелко-мелко нарезать и потушить, чтобы не хрустела. Хочешь, покажу?
Глаза мальчика загорелись:
— А можно? Мама не разрешает мне ножик трогать.
— Есть специальные детские ножи, — сказала Ольга. — С тупыми концами. Я завтра принесу. А сегодня просто посмотришь, как я делаю.
Он кивнул и придвинулся ближе.
— Саша! — в дверях появилась Лена. — Не приставай к Ольге Дмитриевне. У неё работа.
— Он мне не мешает, — возразила Ольга. — Наоборот, помогает.
— Помогает? — недоверчиво переспросила Лена. — Саша и порядок — вещи несовместимые.
— Неправда! — возмутился мальчик. — Я с Ольгой Дмитриевной вчера пыль вытирал. И ничего не разбил.
Лена подняла брови:
— Серьёзно? Что ж... — она замялась. — Ладно, но только не мешай, ладно? Мне ещё отчёт доделывать.
Когда она ушла, Саша придвинулся к Ольге и прошептал:
— А мама не знает, что я уже все игрушки сам убрал. С вами.
Ольга подмигнула ему:
— Пусть это будет наш секрет.
Первый месяц пролетел незаметно. Ольга втянулась в ритм семьи, изучила их привычки. Нашла любимую кружку Андрея, спрятанную в дальнем шкафу. Заметила, что Максим ненавидит, когда пересоленная еда. Поняла, что Лена забывает поесть, если не напомнить.
А ещё она видела, как постепенно меняется атмосфера в доме. Вещи возвращались на свои места не потому, что она их туда клала, а потому что их стали класть сами хозяева. Пыль исчезла с полок, и Лена теперь иногда проводила по ним пальцем — просто из привычки, — удивляясь чистоте. Белье больше не скапливалось горами в ванной.
В вазах появились цветы. Сначала их принесла сама Ольга — несколько веточек сирени из своего палисадника. Потом вдруг, совершенно неожиданно, Андрей вернулся с работы с букетом полевых цветов. А через неделю Лена купила на рынке астры.
— Что это? — спросил Андрей, войдя на кухню после очередной командировки. Он принюхался. — Так пахнет... как в детстве.
— Пирог с яблоками, — ответила Ольга, доставая из духовки румяную выпечку. — В вазе яблоки стали подвядать, решила их пристроить. Вы не против?
— Против? — он рассмеялся, и морщинки в уголках его глаз разгладились. — Я уже забыл, когда ел домашнюю выпечку.
Он отрезал кусок, обжигая пальцы, и застонал от удовольствия.
— Это... вы волшебница, Ольга Дмитриевна.
Она смутилась:
— Это бабушкин рецепт. Ничего особенного.
— Нет, особенное, — возразил он, отрезая себе второй кусок. — То, что вы делаете... это больше, чем просто работа по дому.
Их взгляды встретились, и на мгновение воздух между ними словно сгустился.
— Я просто делаю свою работу, — Ольга первой отвела взгляд. — Ничего особенного.
Однажды, разбирая кухонный стол, Ольга наткнулась на стопку конвертов с красными печатями «ПРОСРОЧЕНО». Она не собиралась читать чужую почту, но яркие штампы невозможно было не заметить.
— Лена, — осторожно начала она за ужином, когда все собрались за столом. — Я случайно видела счета на столе...
— Это не ваше дело, — резко ответила Лена, но тут же осеклась. — Извините. Просто... сложный период.
— Я понимаю, — кивнула Ольга. — И не собираюсь лезть в ваши финансы. Просто я раньше работала с документами. Могла бы помочь рассортировать, что-то отложить...
— Работали? — заинтересовался Андрей. — А кем, если не секрет?
— В библиотеке, — ответила Ольга. — Тридцать лет. Последние десять заведовала отделом.
— В библиотеке? — Лена отложила вилку. — А как же...
— Мама заболела, — Ольга пожала плечами. — Инсульт. Пенсии на лекарства не хватает.
— И вы пошли в домработницы? — в голосе Лены слышалось удивление.
— А что такого? — Ольга спокойно посмотрела ей в глаза. — Работа честная. Не воровать же.
— Нет, конечно, просто... — Лена замялась. — Вы такая... начитанная.
— Книжки от пыли не защищают, — усмехнулась Ольга. — Хотя, признаюсь, первое время было странно. Я ведь и полы не мыла толком никогда — всё муж делал. А потом ничего, привыкла.
— У вас был муж? — неожиданно спросил Максим, и Лена бросила на него предупреждающий взгляд.
— Был, — кивнула Ольга. — Хороший человек.
Она сказала это просто, без надрыва, и Андрей вдруг почувствовал к ней острую симпатию.
— Так что насчёт бумаг, — он кашлянул. — Если вам не сложно... мы были бы очень благодарны.
На следующий день Ольга принесла с собой деревянную шкатулку, старую, но красивую, с вырезанными на крышке цветами. Когда Саша вернулся из садика, она подозвала его.
— Держи, — сказала она, протягивая коробочку. — Это тебе.
Мальчик осторожно взял шкатулку:
— Что это?
— Открой и узнаешь.
Внутри лежали разноцветные камешки, птичье перо, высушенный цветок и маленькая резная фигурка слона.
— Это сокровища, — объяснила Ольга. — Я начала собирать эту коллекцию, когда была маленькой. Каждая вещь здесь — это воспоминание. Этот камешек я нашла на берегу Волги, когда мне было восемь. А этого слоника вырезал мой отец.
— Настоящие сокровища, — прошептал Саша, благоговейно касаясь каждого предмета.
— Теперь она твоя, — сказала Ольга. — Можешь собирать свою коллекцию.
Лена, стоявшая в дверях, почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Когда она в последний раз сама дарила сыну что-то, кроме очередной игрушки из магазина?
— Мам, а можно позвать Ольгу Дмитриевну на мой день рождения? — спросил Саша за неделю до праздника.
Лена оторвалась от отчёта, который писала прямо за завтраком:
— На день рождения? Но это же семейное...
— А она почти как семья, — перебил мальчик. — Она мне читает про звёзды. И показывает, как делать кораблики из коры. И рассказывает про белых медведей и чёрные дыры.
Лена посмотрела на сына. Когда она в последний раз видела его таким одушевлённым?
— Хорошо, — кивнула она. — Если Ольга Дмитриевна захочет прийти.
Когда она передала приглашение, Ольга замерла с половником в руке:
— На день рождения? Но это же...
— Саша очень просил, — пожала плечами Лена. — Мы будем рады, если вы придёте. Конечно, если у вас нет других планов.
— Других планов, — Ольга усмехнулась. — Мои планы обычно включают аптеку и продуктовый.
В день праздника Ольга пришла с тортом — настоящим произведением искусства. Трёхъярусным, с фигурками динозавров из мастики (Саша их обожал) и «вулканом» из крема в центре.
— Это вы сами? — изумился Андрей.
— Да, — Ольга поставила торт на стол. — Я раньше часто пекла для Наташи
— Наташа? — переспросила Лена.
— Дочка, — Ольга отвернулась, делая вид, что поправляет украшения на торте. — Ее не стало 7 лет назад, вместе с мужем...
В комнате повисла тишина. Лена и Андрей переглянулись, не зная, что сказать.
— Ольга Дмитриевна! — в комнату влетел Саша. — Вы пришли! А что вы принесли?
Лена хотела одёрнуть сына, но Ольга уже улыбалась, протягивая ему сверток:
— С днём рождения, Сашенька. Открывай.
Он разорвал бумагу, под ней была книга — старая, но в идеальном состоянии, с золотым тиснением: «Энциклопедия космоса».
— Вау! — выдохнул мальчик. — Тут даже про чёрные дыры есть!
— Это была любимая книга Наташи, — сказала Ольга. — Она хотела стать астрономом.
— Слушай, нам нужно поговорить об Ольге Дмитриевне, — сказал Андрей, когда праздник закончился, гости разошлись, а дети легли спать.
— Что-то случилось? — Лена подняла глаза от телефона.
— Нет, просто... — он помедлил. — Ты замечаешь, как всё изменилось с тех пор, как она появилась?
Лена задумалась.
— Да, — наконец сказала она. — Дома чисто. Еда вкусная. Дети спокойные.
— Не только, — покачал головой Андрей. — Дом... он стал домом. Понимаешь? Не просто местом, где мы ночуем. А настоящим домом.
Лена отложила телефон.
— Знаешь, сегодня Саша сказал мне, что хочет испечь пирог на выходных. Ольга обещала научить. Раньше он только в планшет играл.
— А Максим, — подхватил Андрей. — Помнишь, как он огрызался постоянно? А сейчас даже посуду иногда моет. Сам.
Они помолчали, думая каждый о своём.
— Она одинока, — наконец произнёс Андрей. — Потеряла семью. Ухаживает за матерью.
— Мне иногда даже стыдно, — призналась Лена. — Мы платим ей за уборку и готовку, а она... она делает гораздо больше.
— Я вот думаю, — Андрей потёр подбородок, — что если... что если предложить ей переехать к нам? В гостевую комнату. С мамой. Она всё равно здесь целыми днями, а так не придётся мотаться туда-сюда.
— Ты серьёзно? — Лена уставилась на мужа. — Впустить в дом чужого человека?
— А разве она чужая? — тихо спросил он. — Ты правда так считаешь?
Лена закрыла глаза.
— Нет, — наконец сказала она. — Не чужая.
Ольга сидела на кухне, перебирая гречку, когда они зашли — вдвоём, с непривычно серьёзными лицами.
— Что-то случилось? — сразу насторожилась она. — Саша опять сидел на подоконнике?
— Нет-нет, всё в порядке, — поспешил успокоить её Андрей. — Мы хотели поговорить. О вас.
Сердце Ольги ухнуло куда-то вниз. Неужели они недовольны? Или решили ее уволить?
— Мы хотим предложить вам переехать к нам, — выпалила Лена. — В гостевую комнату. И маму вашу тоже можно. Там светло и просторно, окна в сад.
Ольга застыла.
— Зачем вам это? — спросила она.
— Потому что вы давно уже не просто работница, — тихо сказала Лена. — Вы... стали частью нашей жизни. Дети вас обожают. Да что там дети — мы все к вам привязались. Даже Васька, который от всех прячется, у вас на коленях спит.
— Я не знаю, — пробормотала Ольга, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Это так неожиданно...
— Неожиданно, — согласился Андрей. — Мы хотим, чтобы вы остались. Насовсем.
Ольга сглотнула комок в горле.
— Мне нужно подумать. И с мамой поговорить.
— Конечно, — кивнула Лена. — Думайте сколько нужно. Предложение в силе.
Пять лет спустя.
Стол накрыли на веранде — просторной, светлой, пристроенной к дому, который они купили все вместе два года назад. Одноэтажный, с садом — чтобы маме Ольги было удобно выходить на воздух.
— Бабуля, расскажи ещё раз, как ты к нам попала, — попросил Саша, помогая ей раскладывать салат.
— И не надоело тебе? — улыбнулась Ольга. — Сто раз уже рассказывала.
— Не надоело, — мотнул головой мальчик. — Никакая не сказка, — она потрепала его по вихрам.
— Просто судьба так распорядилась. Иногда самые тяжёлые испытания приводят к чему-то хорошему.
— Ольга Дмитриевна у нас философ, — подмигнул Максим, выходя на веранду с подносом, уставленным стаканами. — А помните, как вы меня заставили «Войну и мир» прочитать? Я думал, что будет скокотища, а потом не мог оторваться.
— Не заставила, а предложила, — поправила Ольга. — Большая разница.
— А мне мама говорит, что чтение — это скучно, — раздался голос Машеньки, пятилетней дочки Лены и Андрея.
— Неправда! — возмутилась Лена, выходя из кухни с дымящимся блюдом. — Я такого никогда не говорила.
— Говорила-говорила, — не уступала Маша. — Когда дядя Витя звонил.
— А, ну это другое, — рассмеялась Лена. — Дядя Витя сам как открытая книга — начнёт говорить, не остановишь.
— Моё фирменное, — гордо объявила Лена. — Мясо по-бургундски.
— Ты превзошла учителя, — Ольга одобрительно кивнула. — Выглядит аппетитнее, чем у меня.
— Ну уж нет, — Лена покачала головой. — До вас мне как до луны.