Больничная палата пахла лекарствами и стерильной чистотой. Белая. Слишком белая.
Стены, простыни, свет лампы — всё сливалось в ослепительное пятно, от которого болели глаза. И только лицо Нади — осунувшееся, с проступившими синеватыми прожилками под тонкой кожей — казалось инородным пятном в этой пустоте.
Она лежала, прикрыв глаза, но когда я вошла — открыла их.
Голубые.
— Лена...
Её голос скрипел, как несмазанная дверь.
Я не села. Не могла. Стояла у кровати, сжимая ручку сумки так, что узор впился в ладонь.
— Игорь сказал... тебе пора всё узнать.
Его имя на её губах обожгло меня, как раскалённое железо. Я почувствовала, как по спине побежали мурашки — не от страха, а от чего-то другого, острого и жгучего.
— Рассказывай.
Слова вырвались резче, чем я планировала.
Надя закрыла глаза. Её пальцы сжали край простыни — белые, почти прозрачные, с синими прожилками.
— Ты должна знать... — она начала медленно, будто перебирая слова в голове, — я сама пыталась его соблазнить.
Пауза.
— Сама бегала за ним...
Ещё пауза.
— И однажды это случилось.
Комната вдруг накренилась. Я почувствовала, как что-то тяжёлое и холодное опускается в живот.
— Но он выбрал тебя.
Я не дышала. Воздух застрял где-то в горле, превратившись в ком.
— Когда он сделал тебе предложение, моё самолюбие было уничтожено.
Она открыла глаза и посмотрела прямо на меня.
— И я избегала вас. Но... я забеременела.
Мир вокруг поплыл. Я схватилась за спинку кровати, чувствуя, как металл холодит ладонь.
— Я думала, если забеременею, тогда... но он всё равно выбрал тебя.
Надя кашлянула, и её губы побелели.
— Я даже хотела его шантажировать, сказать тебе правду.
Голос Нади дрогнул, будто она до сих пор боялась этих слов. Я почувствовала липкий холод под кожей, будто тело уже знало, что сейчас услышит.
— Но он расставил точки над «i», и я отступила… Поняла, что шансов нет.
— Как… расставил?
Собственный голос показался мне чужим — глухим, как будто его проглотила пустота внутри. Я слышала, как кровь стучит в висках, но звук доносился словно из другого конца туннеля.
Надя слабо улыбнулась.
— Дал денег на аборт. Попросил исчезнуть.
Пауза.
— Пообещал, что если я попробую разрушить ваш брак — всё кончится плохо.
Фрагмент из книги "Больше, чем измена", автор Олеся Рудая.
