Звонок сестры обрушился на меня, Виктора, посреди обычного рабочего дня, как удар грома. Мама. Инсульт. Далекая деревушка Тиходолье, где она доживала свой век, казалась теперь на другом конце вселенной. Бросив все, я рванул на своей старенькой «девятке» туда, на восток, моля Бога лишь об одном – успеть.
Федеральная трасса летела под колеса, но тревога, как тугой жгут, стягивала грудь. А потом, уже за полночь, когда до Тиходолья оставалось каких-то двести километров, дорога встала. Мертво. Впереди, в свете фар, виднелись лишь бесконечные ряды красных стоп-сигналов. По рации дальнобойщики ругались – крупная авария, обрушился мост через реку Студеную, объезда по основной трассе нет, и надолго это, на очень долго.
Отчаяние начало подступать к горлу. И тут, на обочине, я увидел патрульную машину ДПС. Уставший инспектор, с красными от бессонницы глазами, на мой вопрос об объезде лишь махнул рукой в сторону едва заметного съезда в темноту.
«Есть одна, старая областная, Р-217. Крюк порядочный, километров сто лишних, и дорога там… не сахар. Местные ее "Мертвой Петлей" кличут. Но если очень надо, то только так. Только осторожнее там, мужик, – добавил он уже тише, внимательно посмотрев мне в глаза. – Сюрпризы на ней бывают. Нехорошие».
«Мертвая Петля». Название резануло слух. Но выбора у меня не было. Мама. Я поблагодарил инспектора и, сглотнув вязкий ком тревоги, свернул на эту самую Р-217.
Сначала дорога была просто плохой. Разбитый асфальт, ямы, редкие, полустертые указатели. Вокруг – ни души, ни одного встречного или попутного огонька. Только черная, безмолвная тайга, обступавшая дорогу с обеих сторон, да мертвенный свет луны, пробивающийся сквозь рваные облака. Мобильная связь пропала почти сразу. Я остался один на один с этой «Петлей» и своими страхами.
Чем дальше я ехал, тем более странной становилась дорога. Асфальт сменился гравийкой, потом – едва укатанной грунтовкой. Лес вокруг сгущался, деревья подступали вплотную к обочине, их голые, корявые ветви царапали крышу машины, словно костлявые руки. Тишина стала почти осязаемой, давящей.
И тут я увидел первый странный знак. Он стоял криво, почти заросший бурьяном, но надпись на нем была свежей, четкой: «Поворот на Тиходолье – 50 км. Прямая дорога». Стрелка указывала на узкий, едва заметный лесной проселок, уходящий вправо, в самую чащу. Это было странно. По моим расчетам, до Тиходолья по основной Р-217 оставалось не меньше ста. Пятьдесят километров – это огромная экономия времени. Отчаяние и желание поскорее добраться до мамы пересилили инстинктивную настороженность. Я свернул.
Проселок оказался хуже, чем я ожидал. Глубокие колеи, лужи, скрывающие острые камни. Машина ползла, надрывно ревя мотором. А знаки… знаки продолжали появляться. И каждый из них был все более абсурдным. «Ограничение скорости 130 км/ч» – на дороге, где и тридцать было бы самоубийством. «Осторожно, крутой спуск» – перед ровным участком. «Опасность: Падение Времени» – эта надпись заставила меня похолодеть. Шрифт на знаках тоже менялся – то строгий, ГОСТовский, то какой-то витиеватый, старинный, с завитушками.
Я понял, что заблудился. Окончательно и бесповоротно. Попытки развернуться ни к чему не приводили – дорога позади выглядела иначе, знакомые приметы исчезали, а новые знаки настойчиво указывали вперед, вглубь этого проклятого леса. GPS на телефоне давно умер, показывая лишь мое одинокое положение посреди огромного, пустого пятна на карте.
Начался дождь. Мелкий, холодный, он барабанил по крыше, усиливая чувство безысходности. Фары выхватывали из темноты лишь мокрые стволы деревьев да бесконечную ленту раскисшей дороги. И знаки. Они словно издевались надо мной. «АЗС – 200 м» – и через двести метров я упирался в глухую стену леса. «Отель "Тихий Приют"» – стрелка указывала на заросшее бурьяном болото.
Мне стало по-настоящему страшно. Это была не просто плохая дорога. Это была ловушка. Разумная, злая, играющая со мной. Я вспомнил слова инспектора: «Сюрпризы на ней бывают. Нехорошие». И название – «Мертвая Петля». Теперь оно обрело для меня зловещий, буквальный смысл.
В какой-то момент я увидел впереди свет. Тусклый, одинокий огонек. Сначала обрадовался – жилье, помощь! Но по мере приближения радость сменилась ужасом. Это была не деревня. Это была одна-единственная ржавая табличка на покосившемся столбе, освещенная каким-то внутренним, призрачным светом. На табличке было написано: «Тиходолье. Добро пожаловать». А сразу за ней начинался крутой, почти отвесный обрыв, уходящий в черную, бездонную пропасть.
Я ударил по тормозам в последний момент. Машину занесло, она остановилась буквально в метре от края. Сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди. Я выключил двигатель. Тишина. Только дождь и шум ветра в верхушках деревьев. И этот зловещий свет от таблички, обещающей «добро пожаловать» в небытие.
Я понял. Этого и добивалась дорога. Или то, что ею управляло. Дух ли это был, или коллективное сознание всех тех, кто сгинул здесь до меня – я не знал. Но оно было живым. И оно хотело моей смерти.
Я просидел в машине до рассвета, не решаясь пошевелиться. С первыми лучами солнца призрачный свет таблички погас. Обрыв никуда не делся. Но теперь, при свете дня, я увидел рядом с ним еще кое-что – несколько старых, заросших мхом крестов. И остатки разбитых машин на дне пропасти.
Нужно было выбираться. Но как? Дорога позади исчезла, превратившись в непроходимую чащу. Впереди – обрыв. Я был в ловушке.
Я достал из бардачка старую карту этой области, которую захватил на всякий случай. Сравнил с показаниями компаса – он тоже вел себя странно, стрелка дрожала и металась. Но на карте, если верить ей, километрах в пяти к северу должна была проходить старая лесовозная дорога. Пять километров по этому лесу, полному невидимых ловушек и злой воли…
Я решился. Взял небольшой запас воды, нож, фонарь. И пошел. Не по знакам. А по азимуту, по солнцу, по едва заметным приметам, которые еще мог различить мой городской, но все же не совсем атрофированный инстинкт.
Это был ад. Лес будто сопротивлялся. Ветви хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги. Знаки появлялись и здесь, в самой чаще, где и дорог-то не было – «Поворот запрещен», «Тупик», «Осторожно, дикие звери». Я не обращал на них внимания, шел вперед, упрямо, как заведенный. Иногда мне казалось, я слышу за спиной тихий, издевательский смех или шепот, зовущий меня по имени.
Через несколько часов, выбившись из сил, грязный, исцарапанный, я наткнулся на нее. Старая, заброшенная, но все же дорога. Лесовозная. Она вела на восток. К людям.
Я шел по ней еще полдня, пока не услышал шум мотора. Это был старенький «Урал», груженый лесом. Водитель, хмурый бородатый мужик, посмотрел на меня с удивлением, но согласился подвезти до ближайшего поселка. На мои сбивчивые расспросы про «Мертвую Петлю» и странные знаки он только отмахнулся: «Болота там гиблые, да лес буреломный. А знаки… мало ли дураков их понаставит. Нет там никакой Р-217 уже лет тридцать, все заросло».
До Тиходолья я добрался только к вечеру следующего дня. Мама… мама была стабильна. Врачи сказали, что кризис миновал, но восстановление будет долгим. Я успел.
Позже, когда все немного улеглось, я пытался найти эту «Мертвую Петлю» на картах, в архивах. Спрашивал у местных. Никто ничего не знал о дороге Р-217 в том районе. Старая лесовозная – да, была. А «Петли» – не было. Словно ее и не существовало никогда. Словно она появилась только для меня, в ту страшную ночь.
Я вернулся в город. Но что-то изменилось во мне навсегда. Я больше не доверяю картам и навигаторам так слепо, как раньше. И каждый раз, видя дорожный знак на пустынной трассе, особенно ночью, я невольно всматриваюсь в него, ища подвох, искажение, тайный, зловещий смысл. Мне кажется, что буквы на нем на мгновение меняются, стрелки указывают в никуда, а из-за самого знака на меня смотрит нечто древнее, безликое и очень голодное.
«Мертвая Петля», может, и исчезла с карт. Но она навсегда осталась в моей памяти. Как напоминание о том, что есть дороги, которые лучше не выбирать. И что иногда самый короткий путь может оказаться дорогой в один конец, где знаки написаны не для того, чтобы помочь, а для того, чтобы заманить тебя в ловушку. В объятия древнего, безжалостного ужаса, который ждет своих жертв на обочине вечности.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
#страшнаяистория #хоррор #ужасы #мистика