Началоhttps://dzen.ru/a/aCWHscPGq2pHnHcy
- Я уже принял решение.., - начал говорить Серж, но замолчал на полуслове.
На кухню вошла Арина, но это была уже не она. Перед мужчинами предстала девочка, исполнявшая роль принцессы или королевы. Длинный шлейф из простыни, завязанный на плечах, тянулся за ней, исчезая в коридоре и собирая пыль с паркета. На голове девочки красовался капюшон темно-синего цвета, отрезанный от банного халата Лазарева. Теперь он стал частью образа этой удивительной фантазерки.
На лице у Арины была маска. Блестящая, золотистая, с неровно обрезанными краями, кое-где по бокам свисали нити... Видно было, что маска эта старательно вырезана из какой-то портьеры или скатерти. Дырки для глаз, носа и рта были несимметричны, однако сама Арина наверняка не сомневалась, что создала шедевр. Маска хорошо держалась на лице девочки, она словно срослась с кожей, а в прорезях глаз моргали хитрющие и восторженные глаза девочки…
В правой руке Арина держала длинный красный фломастер, словно волшебную палочку. А в левой - мягкую плюшевую игрушку с забавной мордочкой. Серж узнал любимца Арины - веломотика.
- Я - Золотая Королева! - торжественным голосом заявила Арина, останавливаясь посреди кухни. - Я пришла к вам на праздник! Приехал папа, и мы должны праздновать! А это Шмыг! Он веломотик. Папа, я наконец придумала ему имя — Шмыг. Он ездит со мной на велосипеде так быстро, как ветер. Шмыг — и мы уже здесь, шмыг — и мы уже там! Я специально привела его на наш праздничный завтрак. Папа приехал, а я хозяйка дома и фея Шмыга.
Арнольд, что-то помешивая в кастрюле, застыл. Серж, который только что взял стакан с водой со стола, едва не поперхнулся, закашлялся. Мужчины переглянулись.
- Э-э-э... хозяйка дома? - спросил потрясенный Арнольд.
Серж откашлялся и внимательно посмотрел на "хозяйку дому". Что-то в ней показалось ему странным. Сначала он не мог понять, что именно. Но затем заметил, что маска на её лице держится непонятно как — ни резинки, ни завязок.
- Я великая волшебница! Фея для Шмыга! - торжественно продолжала Арина. - А этот фломастер - моя волшебная палочка! Я могу им махнуть и сделать так, чтобы даже твоя каша, дядя Арни, не пригорала!
Арнольд после этих слов спохватился и быстро снял с плиты кастрюлю с кашей, которая могла точно пригореть, учитывая такие неожиданные события на кухне.
- Это что, портьера из спальни? - спросил Серж, подходя к дочери. - И капюшон от моего халата?
- Тебе нравится, папа? - радостно блеснули глаза Арины в неровные прорези маски. - Я так и знала, что тебе понравится!
- Арина, - Серж присел перед девочкой и вкрадчиво спросил. - А скажи мне, солнышко, как держится эта красивейшая в мире маска на твоем лице? Ты чем-о ее приклеила?
- Ага! Клеем. Суперклеем. Потому что я не хотела, чтобы она спадала, — ответила девочка.
Серж протянул руку и осторожно коснулся блестящей маски.
- Боже мой.., - простонал Арнольд за спиной Сержа.
- Я нашла клей у тебя в ящике! Он так хорошо клеит, что аж пальцы слипаются! - радостно сообщила Сержу Арина.
- О, нет! - простонал и Серж. - Арнольд, ты знаешь, как смывать суперклей с кожи?
- Думаю, стоит позвонить в скорую помощь и спросить у специалиста, — ответил Арнольд. - А еще, можно, посмотреть в интернете, там, сто процентов, люди знают! - предложил он еще один вариант.
- Да иди ты со своим интернетом! - взволнованно возразил Серж, осторожно дергая маску. - Уже суп варили и запеканку пекли как твой интернет советовал... Черт, эта маска приклеена намертво! Но я вижу, что были нанесены только пятнышки клея на лбу и на щеках. Хорошо, что ты не все лицо намазала суперклеем! Арина, клей - это не игрушка для детей, нельзя его трогать без взрослых! И в портьере, наверное, сейчас огромная дыра, про халат я молчу... без капюшона можно как-то прожить...
- Но ведь у нас праздник! - растерянно сказала Арина, искренне удивившись, что папа и дядя Арни не радуются ее яркому королевскому образу. - Я хотела и для вас маски сделать, но не было времени…
Через минуту Серж уже стоял с телефоном в руках, и звонил в скорую помощь. Не сводя глаз с в золотой портьерной маске, заговорил:
- Алло, добрый день. У меня дочка пять лет. Она сделала себе маску из ткани и приклеила ее к лицу суперклеем, — скороговоркой выдал он медсестре. А потом подумал, что такое странное событие должно вызвать, наверное, или смех, или удивление, но оператор скорой помощи была максимально серьезна и сосредоточена, очевидно, и не о таких ситуациях слышала.
- Приклеила? Куда именно был нанесен клей? Есть возле глаз или рта? Клей попал на слизистые?
- Глаза как будто в порядке, - посмотрел Серж на Арину и встретился взглядом с хитрыми голубыми глазками. - Похоже, клей на лбу и щеках, там и держится ткань. Мы пробовали снять, не получается.
- Хорошо, - спокойным голосом проговорила медсестра. - Во-первых, не паникуйте. Это не критично, если клей не на слизистых. Попробуйте помыть теплой водой с мылом. Но осторожно и постепенно. Или используйте растительное масло, оливковое, подсолнечное, какое есть в доме. Нанесите на место, где находится клей на коже, и аккуратно втирайте, чтобы ткань начала отставать. Понемногу должно все отклеиться…
- Понятно, - немного повеселел голос у Сержа, все оказалось не так критично, как он думал. - А сколько это может держаться? То есть, сколько времени нам отмывать клей?
- Зависит от клея, но обычно после масла и теплой воды он начинает постепенно отходить. Главное - не отдирать силой. Следует делать все понемногу, потихоньку, осторожно…
— Хорошо. Спасибо. Большое спасибо. Я просто немного растерялся, - признался вдруг Серж, хотя растерянностью ту панику, которая охватила его, наверное, нельзя было назвать.
- Понимаю, - ответила добродушно оператор. - У вас очень творческий ребенок, папочка. Все будет хорошо.
- Да, моя дочь еще и заявила, что теперь фея и хозяйка дома, и привела на ужин игрушечного веломотика, — почему-то Сержу, после того, как он немного расслабился, захотелось рассказать об их “празднике”. Возможно, на него подействовало так слово “папочка”? Мужчине ужасно оно понравилось, и именно поэтому он тоже использовал слова “моя дочь”, наслаждаясь новыми словами и новыми эмоциями, которые его охватывали.
— О, так у вас там настоящий праздник, - вежливо заметила медсестра.
— Именно так. Спасибо за совет, — искренне поблагодарил Серж.
— Пожалуйста. Хорошего вам дня и терпения, папочка!
Серж выключил телефон и посмотрел на дочь, которая гордо стояла с фломастерами в одной руке, а во второй держала Шмыга, своего плюшевого веломотика.
- Терпение мне точно понадобится, - вздохнул он. - Теперь, кажется, я начинаю хорошо понимать родителей, у которых есть маленькие дети. Это даже не катастрофа, а конец света... Тут самому можно инфаркт схватить!
Через несколько минут они с Арнольдом по очереди пытались аккуратно и осторожно отодрать маску с лица девочки. То смачивали мыльной водой, то протирали маслом... Арина капризничала, крутила головой, потому что ей все еще хотелось «выступать» и быть хозяйкой дома, Золотой Королевой и феей. Простыня путалась под ногами, Шмыг и фломастер из рук девочки то и дело падали на пол: снова кухня превратилась в место непредсказуемого хаоса…
***
Серж, садясь за руль своего джипа, чтобы ехать на работу, вспоминал утренний хаос. Жирные пятна на полу от масла, которым они отмачивали суперклей от щечек Арины, запах все-таки немного подгоревшей, но ужасно вкусной манной каши, сваренной Арнольдом, веломотика Шмыга, который был тоже заляпан маслом, и его срочно пришлось постирать (искупать в ванне под пристальным взглядом девочки), просьба Арины возвращаться скорее домой после работы... Он улыбался краешками губ, заводя двигатель. Подумал, что его жизнь кардинально изменилась. И он был бы полностью счастлив, если бы Вероника... Тут он запретил себе думать об этой женщине, хотя в сердце засела острая заноза которая не давала полностью расслабиться и не думать о женщине, в которую был безумно влюблен.
Мимо окна джипа пролетали дома, прохожие, перекрестки, вывески магазинов... А мысли Сержа все равно вертелась только вокруг Вероники: он вспоминал ее лицо, голос, поцелуи, бешеный ритм их единения и познания, мгновения искреннего откровения, ее улыбку, ее губы, ее соблазнительную серьгу... Но все перечеркивали недомолвки, странные тайны Вероники, его подозрения, ее возможная измена…
Да, он сам принял решение, возможно, на эмоциях и поспешное, но сказанного не вернешь: приказал Валентине Петровне оформить увольнение девушки. И все было как будто правильно, логично. Только что-то в нем оказывало сопротивление этому решению. Да, Серж на самом деле не хотел, чтобы Вероника уходила из его офиса, из его жизни.
Когда Серж вышел из лифта в своем офисе, часы показывали 10:10. Он безбожно опоздал! Такого никогда не было за все годы его руководства компанией. На удивленные взгляды и приветствия подчиненных, он улыбался, вызывая в их глазах поначалу даже некоторый испуг. Не привыкли они к радостному шефу. Но потом начинали улыбаться в ответ. И Сержу это очень нравилось. Оказывается, обычная улыбка, вежливое слово могут поднять настроение. Он шел по коридору прихрамывая, нога еще беспокоила его, но он старался не обращать на это внимания.
Вдруг он остановился.
Впереди, в нескольких метрах от двери в ее прежний кабинет, стояла Вероника. В руках держала небольшую коробку, наверное, с личными вещами. Она была в привычном черном костюме, с идеальной прической и такой манящей для Сержа серьгой на ярко накрашенных губах. Снова была похожа на готку, которой она себя позиционировала.
- Здравствуйте, - сказал он, подходя ближе.
Вероника вздрогнула, но не подняла глаз сразу. Только через несколько секунд посмотрела на него.
- Здравствуйте, - ответила женщина.
- Вы уже собрались? - спросил Серж, мгновенно превращаясь снова в жесткого, властного и нетерпимого босса.
— Да. Я хотела попрощаться с Валентиной Петровной, — ее голос был ровный, хоть и немного глухой.
- Тогда пойдемте, Она, наверное, в приемной, — проговорил мужчина сухо, а потом не выдержал и ляпнул. - Спешите к Гарматееву?
Сержа раздражала сейчас Вероника, он понимал, что может больше никогда ее не увидеть.
Глаза Вероники сверкнули, казалось, она еле сдерживает слезы.
— Я не шпионка, Сережа, - проговорила она тихо.
- А кто ты? - он приблизился. - Человек, который знал каждый мой шаг, каждое слово, каждый контракт на тот момент, когда Гарматеев решил меня уничтожить. Ты как-то очень вовремя появилась в офисе. Устроившись ко мне на работу, получила доступ к нашей базе данных. И при этом общалась с моим врагом. С тем, кто хочет уничтожить меня в бизнесе…
Вероника хотела что-то ответить, возразить, но именно в этот момент из своего кабинета вышла Анжела, как всегда в узкой юбке, стильная, уверенная в себе, с планшетом в руках. Она остановилась, увидев Веронику с Сержем, а потом едва заметно улыбнулась и неторопливо подошла поближе.
- Ой, привет, Вероника, - сказала она слишком громко. - Уже уходишь? Ну что ж, удачи. В мире много мест, где можно применить свои таланты.
Вероника ничего не ответила, смотрела на Сержа и молчала.
— Если ты что-то забыла, обратишься потом к охране, они передадут, - насмешливо произнесла Анжела, посмотрев на коробку.
— Не забыла, - тихо ответила Вероника. - прощайте, Сергей Васильевич. С Валентиной Петровной я попрощаюсь по телефону, — и она двинулась к выходу, не оглядываясь.
Когда она исчезла с глаз, Анжела шагнула вперед, подходя к Сержу.
- Наконец она ушла. Честно говоря, я не понимала, почему ты взял ее на работу. Она некомпетентна! И вообще, хотела обокрасть нашу фирму! Ты же видел тот документ, который я тебе приносила? - она остановилась, вглядываясь ему в глаза. - Ты принял правильное решение, уволив ее.
Серж ничего не ответил. Его взгляд был пуст, мысли где-то далеко. Нет, не так, не далеко были его мысли. Они были рядом с Вероникой. Его непреодолимо тянуло побежать за ней, догнать! Заключить в объятия и не отпускать... Но...
Анжела не спешила уходить. Она стояла рядом, притворно листая что-то на планшете, но краем глаза наблюдала за Сержем. Наконец решилась:
- Ты устал, - мягко сказала она. - Всю эту неделю ... И встреча с заказчиками, и куча работы, и эта... твоя.. э-э-э... ребенок. Тебе надо расслабиться... Можно у меня в кабинете! Или поехали ко мне домой, или к тебе! Серж, я соскучилась!
Мужчина медленно перевел на нее взгляд. Анжела шагнула ближе, понизила голос:
- А может, ну, я подумала... Я могу переехать к тебе. Навсегда, прямо сегодня. Я буду рядом. Я люблю тебя, Серж. Нам же так хорошо вместе! Ты ведь любишь меня, правда?
- Анжела, - во взгляде Сержа не было ни удивления, ни улыбки, лишь усталость, а еще больше там было равнодушия, — ты серьезно?
— Абсолютно. Я же видела, как ты смотрел на эту непонятную женщину. Тебе нужна женщина рядом. Но не она же! Всегда рядом была и есть я! Ты это знаешь. И ты всегда можешь на меня положиться, — она соблазнительно улыбнулась и прижала к Сержу. - И в переносном, и в прямом смысле.
Серж отстранил женщину и заинтересованно спросил:
- Анджела, ты ведь сфабриковала тот документ. Намеренно принесла мне сфальсифицированную банковскую выписку. Хотела оклеветать Веронику! Для чего? Почему?
- Я не…
- Ты хотела подставить ее, не возражай! - рявкнул Серж. - Я не дурак, все понял, потому что проверил информацию сразу же! Это было грубо, шито белыми нитками! Неужели ты думала, что я не стану все это проверять?
Анжела слегка побледнела, но решительно ответила:
- Ну и что?! Я хотела, чтобы ты ее уволил! Я ревновала! - честно призналась она. - Потому что я люблю тебя, Серж! И хочу быть с тобой вместе!
- О какой любви ты говоришь? - спросил Серж спокойно. - Ты же спишь параллельно еще и с Борисом из айти-отдела! Об этом все знают. И я знаю. Поэтому, наверное, пришло время нам разорвать отношения. Каких, в принципе, и не было! Раз в месяц удовлетворить плотские желания в кабинете или где-то еще - не считается, - Серж был зол и жесток, Анжела его сейчас очень раздражала. - Поэтому идите работайте, Анджела Романовна, подготовьте отчет о результатах последней пиар-кампании. А также наметьте ориентировочный план новой рекламной компании. Подготовьте макеты и варианты. Я назначу совещание на завтра, о точном времени вам сообщит секретарь
- Ах, вот как ты это называешь?! Удовлетворение плотских желаний? - прошипела женщина, не слушая указаний босса. Внезапно она покраснела от злости. - Ты пожалеешь…
Серж обошел женщину и шагнул по направлению к своему кабинету.
- Нет, Анжела. Я уже пожалел, что приблизил тебя, между нами все кончено, еще раз повторяю.
Серж зашел в свой кабинет. Анжела же, злая, как мегера, начала набирать номер в своем телефоне.
- Он ее уволил сегодня. Я попыталась зайти чуть дальше, но он меня послал, сволочь! Но он как будто ничего не подозревает, - проговорила она. - И за моральный ущерб я хочу получить компенсацию!
- Можешь приехать вечером, я как раз буду свободен, — раздалось в телефоне. - Моя кровать всегда к твоим услугам!
- Деньги тоже бы не помешали! - проговорила женщина уже более спокойно.
- Окей, приезжай, обо всем поговорим.
Анжела выключила телефон и улыбнулась сама себе.
— Ты еще пожалеешь, - взглянула она в сторону кабинета Сержа, а потом исчезла в своем кабинете...
***
Серж провел два совещания, но был необычно рассеянным, все время думал о чем-то своем. Хотя по выработанной годами привычке он все проверял, переспрашивал, раздавал указания и даже иногда повышал голос, когда это было нужно, но все подчиненные понимали, что босс немного не такой, как всегда. Хоть и одежда была соответствующая, строгая, с неизменным галстуком, но то, что он прихрамывал, и у него были чуть растрепаны волосы во всегда идеальной прическе, было нетипичным. Да и выражение лица как-то неуловимо изменилось.
Подчиненные, конечно, уже начали сплетничать, размышлять о том, что произошло. Возможно, что-то и нафантазировали себе, но о чем говорили за закрытыми дверями своих кабинетов - осталось тайной. Смотрели многозначительно на Валентину Петровну, потому что она могла была бы стать источником информации, но она молчала, как рыба, сама не очень понимая, в чем дело. Лишь потом, после совещаний, Серж пригласил ее к себе в кабинет и коротко рассказал о событиях прошедшего дня, не вспоминая при этом Веронику. Сказал, что его забросили в фуру и завезли неизвестно куда, но сейчас с этим разбирается полиция.
- Вы не волнуйтесь, Валентина Петровна, этим делом уже занимается полиция. Но вы понимаете, что угрожали Арине, которая, как оказалось, на самом деле моей дочерью, — ответил он на удивленно-радостный взгляд своей секретарши. - Да, я сделал тест ДНК. Поэтому несколько дней меня не будет, я должен быть рядом с ребенком. Выпишите мне, пожалуйста, какую-нибудь командировку на три-четыре дня, до конца недели, а вместо меня пусть поработает Степанов, - Серж назвал одного из своих замов. - Он толковый менеджер, думаю, что все будет хорошо.
Валентина Петровна разволновалась, но Серж знал, что из этого кабинета не просочится ни слова из их разговора. Такая у него была замечательная секретарша: преданная своему делу, а также лично Сержу.
Уезжая домой, бизнесмен размышлял над тем, как резко изменились его ценности в жизни. А потом вдруг увидел, как дорогу переходит мужчина с собакой на поводке, и безумная идея пришла ему в голову. Серж даже немного повеселел, хотя мысли о Веронике не давали успокоиться, перекатывались в голове колючими ежами.
Теперь, когда Серж немного успокоился, он начал размышлять, и понял, что погорячился. И что Арнольд прав: надо с ней встретиться еще раз и поговорить серьезно, отбросить все подозрения, всю ревность, которые торчали острыми иглами в его груди, а просто выслушать девушку.
Серж даже не подозревал, что он, оказывается, такой эмоциональный и вспыльчивый. Всегда был расчетлив, спокоен, даже флегматичен. Жесткий и непримиримый, конечно, но все это касалось бизнеса. В личной жизни у него было либо все ровно, либо просто безразличное восприятие всего происходившего. Равнодушие к женщинам, к чувствам, к чему угодно...
- Пришло время тебе измениться, Серж, — проговорил он сам себе, выходя из машины. - Совершить наконец какой-нибудь безумный поступок, который нужен именно тебе лично, а не кому-то другому.
Когда Серж открыл дверь квартиры, его встретила тишина. Это было очень подозрительно, ведь он привык за эти дни, что Арина дома. Да и ворчания Арнольда тоже не было слышно.
- Арина? - осторожно позвал он. — Арнольд?
- Папа! - донеслось из комнаты радостно, и уже через мгновение в коридор выбежала Арина.
Серж выдохнул.
- Почему так тихо? Я вижу, суперклей смыли? - спросил он, улыбаясь. Щечки девочки, слава Богу, были уже очищены от остатков клея и ткани от шторы.
- Мы с дядей Арни все отчистили! - гордо сообщила Арина, подбежала к Сержу и обняла. - Мы молодцы, да? Особенно я, потому что терпела, хотя было неприятно, и даже немножко больно.
- Ты самая большая молодец, какую я знаю, — он поцеловал девочку.
Они прошли на кухню. Там все было аккуратно убрано.
- А Арнольд где?
- Спит, - Арина сделала большие глаза. - Он сказал, что у него... как же это он сказал? О! "Грандиозное эмоциональное истощение"! И упал на диван. И все. Даже не снял тапочки!
Серж усмехнулся. Да, Арнольд заслужил отдых, пусть вздремнет.
- Ты не голодная? - спросил Серж и поймал себя на мысли, что уже думает, как мужчина с ребенком, почти семейный, а не как холостяк. Было немного смешно, но и приятно.
- Да, папа, мы пообедали. Нажарили картошки и сделали салат. А потом с дядей Арни убрали здесь, на кухне, видишь, как красиво? - обвела все вокруг взглядом Арина.
- Молодцы! Ну, тогда... Знаешь, Арина, - начал он медленно. - Я тут подумал. Неделя скоро закончится, и твоя мама…
- Я знаю, - девочка кивнула. - И мама заберет меня. Она обещала. А она всегда выполняет обещания.
- Да, - он задумался. - Мама, твоя мама скоро приедет за тобой. И тогда вы вернетесь к себе домой.
Девочка посмотрела на него серьезно и внимательно.
- А ты поедешь с нами, папа? - спросила она тихо.
— Нет, дорогая. Я останусь здесь, - покачал отрицательно головой Серж.
- Тогда я не хочу! - воскликнула Арина. - Не хочу ехать домой! То есть, хочу! Потому что я соскучилась по маме! Но я хочу, чтобы и ты поехал! Ты же мой папа! А как же велосипед? Ты же мне его подарил.
— Я позволю тебе взять велосипед с собой, - успокоил Серж девочку. - Но поехать с вами я не могу. Ведь у твоей мамы своя жизнь, свои предпочтения. Мы совсем чужие люди. Я…
Серж хотел сказать, что даже не помнит ее, не знает, кто она такая, но все-таки промолчал. И, честно говоря, не знал, как правильно продолжить дальше.
- Я тебя только что нашла! И я здесь хозяйка дома! Фея! И Шмыг! И дядя Арни! Я не хочу все это оставлять! - в глазах Арины заблестели слезы. - И ты обещал меня взять еще раз на работу. Нам нужно управлять твоей фирмой! Там же реклама!
Серж вздохнул, поднял девочку на руки, обнял.
— Я что-нибудь придумаю, солнышко, - проговорил он. - Думаю, что ты сможешь приезжать ко мне. Когда приедет твоя мама, мы с ней серьезно об этом поговорим. А сейчас, слушай.., - он посмотрел ей прямо в глаза. - Я предлагаю тебе сделать вместе со мной сегодня еще одно важное дело. Очень-очень важное.
- Какое? - слезы мгновенно высохли на глазах любопытной девочки
- Я вспомнил об одном очень интересном парне. Точнее, мальчике. Но он животное. Песик. Кажется, его зовут Тортик.
Арина замерла, а потом радостно спросила:
- Ты помнишь Тортика?!
- Помню. И я подумал: а что, если мы поедем и заберем его к нам? Потому что Тортик хороший песик. И у него нет дома. А быть бездомным - тяжело и больно. А у меня такая большая квартира, в которой поместится с десяток собак! Кроме того, он станет нашим аргументом!
- Как это? - спросила Арина удивленно.
- Когда твоя мама тебя будет забирать, мы скажем, что это твой песик. Просто он живет у меня. И тогда ей ничего не останется, как позволить тебе приезжать и навещать Тортика. И меня, конечно, тоже... Хорошо я придумал? - подмигнул Серж Арине. - Тортик будет нашим псом-аргументом.
- Да! Да! Он должен быть с нами! Будет аргу... мовником! Мы сделаем для него уголок, там положим специальный матрасик! И мисочку! И поводок еще нужен! Ура! Мы будем с ним гулять! Скорее поехали за Тортиком! Я познакомлю его со Шмыгом! И я хочу быть феей и для Тортика!
Слезы у девочки окончательно высохли, и Серж очень обрадовался, что смог ее успокоить и отвлечь от грустных мыслей. А вот кто утешит его, ведь сердце у него болело, душа разрывалась.
— Вот и хорошо, - кивнул Серж. - Ну, тогда поехали? Прямо сейчас?
Продолжение следует...
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю. Главы будут выходить ежедневно в 7 часов утра по московскому времени.