Найти в Дзене
Экономика для всех

Экономика выживания: как жить, если цены растут, а зарплата — нет

Цены ползут вверх, как ржавчина по трубе. Зарплата остаётся на месте, словно прибитая гвоздём к полу. Для многих россиян это уже не абстрактная статистика, а ежедневная реальность: за те же деньги — всё меньше еды, меньше лекарств, меньше жизни. Государство говорит о стабильности. Люди — о выживании. Семьи пересматривают бюджеты не для того, чтобы скопить на отпуск, а чтобы хватило на молоко и коммуналку. Всё чаще — в долг. Всё чаще — с мыслью «до следующей зарплаты». Но что делать, если и следующая не спасёт? Работать официально становится непозволительной роскошью. Налоги, отчисления, проверки — всё это в условиях стагнации выглядит как балласт. Люди уходят в тень: подработки без оформления, шабашки, самозанятость без регистрации. Это не про обман, а про выживание. Государство теряет налоговую базу, но человек не может ждать, пока реформа снизит НДФЛ или отменит «патент». Он должен кормить семью — сегодня, а не после следующего заседания Госдумы. Первые под нож идут развлечения. Зате
Оглавление

Цены ползут вверх, как ржавчина по трубе. Зарплата остаётся на месте, словно прибитая гвоздём к полу. Для многих россиян это уже не абстрактная статистика, а ежедневная реальность: за те же деньги — всё меньше еды, меньше лекарств, меньше жизни. Государство говорит о стабильности. Люди — о выживании.

Семьи пересматривают бюджеты не для того, чтобы скопить на отпуск, а чтобы хватило на молоко и коммуналку. Всё чаще — в долг. Всё чаще — с мыслью «до следующей зарплаты». Но что делать, если и следующая не спасёт?

Уход в тень: когда честность становится роскошью

Работать официально становится непозволительной роскошью. Налоги, отчисления, проверки — всё это в условиях стагнации выглядит как балласт. Люди уходят в тень: подработки без оформления, шабашки, самозанятость без регистрации. Это не про обман, а про выживание.

Государство теряет налоговую базу, но человек не может ждать, пока реформа снизит НДФЛ или отменит «патент». Он должен кормить семью — сегодня, а не после следующего заседания Госдумы.

Снижение потребления: вычеркиваем себя

Первые под нож идут развлечения. Затем — одежда. Потом — продукты. Вместо свежего мяса — фарш. Вместо аптечной косметики — хозяйственное мыло. Это уже не просто сокращение потребления, а откат в стиле 90-х, только без надежды на лучшее.

Потребитель исчезает, а с ним — и экономика. Потому что экономика держится на тех, кто покупает. А если покупатели исчезают, остаются только поставщики долгов.

Кредиты: спасение, которое тянет на дно

Почти у каждого — кредит. Часто не один. Карты, рассрочки, займы под залог. В условиях роста цен и падения доходов кредиты становятся ловушкой: они не спасают, а удлиняют агонию.

Сначала человек берёт один кредит, чтобы заткнуть дыру. Потом — второй, чтобы расплатиться с первым. В какой-то момент — просто, чтобы купить еду. Это не финансовая безграмотность. Это безысходность.

Отказ от медицины и образования: инвестиции в вымирание

К частным врачам больше не ходят. К государственным — стоят в очередях по месяцу. На таблетки — скидки, но даже они не спасают от выбора: лекарство или хлеб. Люди затягивают с лечением, лечатся «народными» способами, терпят до последнего. Иногда — до смерти.

Образование? Платные кружки отменяются. Репетиторы — тоже. Даже расходы на школьную форму становятся непосильными. В результате дети получают меньше шансов. И это — не просто проблема семьи, это инвестиция в поколение, которое будет жить хуже.

Что делать?

Рецептов нет. Каждый находит свой путь, и чаще всего — не благодаря, а вопреки. Кто-то уезжает. Кто-то выживает за счёт бабушкиной пенсии. Кто-то надеется на Бога. Государство же предлагает терпеть.

Но терпение — не стратегия. Это просто форма капитуляции. А пока у власти нет внятного ответа, люди продолжают выбирать между таблетками и хлебом. Между жизнью и выживанием.