Иногда приходится задаваться мрачными и гипотетическими вопросами. Этот — один из них. Что будет, если украинское правительство внезапно исчезнет? Если в результате удара, катастрофы, спецоперации или переворота власть в Киеве будет обезглавлена, а Владимир Зеленский окажется вне игры? Что будет с СВО, с Западом, с Россией и, главное, с нами — простыми людьми? Пусть это и воображаемый сценарий, но он позволяет наглядно просчитать вероятные последствия. А они, вопреки ожиданиям, выглядят далеко не однозначно и точно не позитивно...
Экономика для всех
Продукты дороже, упаковка меньше: как нас приучают жить бедно
Ты берёшь с полки упаковку йогурта. Вроде бы та же марка, тот же вкус. Но вот незадача — 400 грамм вместо привычных 500. Цена осталась прежней, а то и подросла на пару рублей. А потом ты замечаешь, что пачка масла уже не 200 грамм, а 180. Молоко теперь не литр, а 930 мл. Сок — 850 мл. Чипсы — половина воздуха. Но это не сбой системы. Это и есть система. Когда инфляция выходит из-под контроля, а производители боятся лобовой критики за рост цен, они идут на обходной манёвр — уменьшают объём товара...
Экономика выживания: как жить, если цены растут, а зарплата — нет
Цены ползут вверх, как ржавчина по трубе. Зарплата остаётся на месте, словно прибитая гвоздём к полу. Для многих россиян это уже не абстрактная статистика, а ежедневная реальность: за те же деньги — всё меньше еды, меньше лекарств, меньше жизни. Государство говорит о стабильности. Люди — о выживании. Семьи пересматривают бюджеты не для того, чтобы скопить на отпуск, а чтобы хватило на молоко и коммуналку. Всё чаще — в долг. Всё чаще — с мыслью «до следующей зарплаты». Но что делать, если и следующая не спасёт? Работать официально становится непозволительной роскошью...
Когда рубль не падает, но и не растёт: что за этим стоит
С начала весны курс доллара словно застыл в нерешительности. Ни вверх, ни вниз. Цена на нефть пошла вниз — а рубль стоит. Центральный банк молчит. Правительство делает вид, что всё под контролем. И только на уровне ощущений — на кассе, в платежках, в отказах банков — накапливается тревожное ощущение, что эта стабильность слишком странная, слишком тихая, чтобы быть настоящей. Рынок валюты в России уже давно перестал быть рыночным. После введения санкций и принудительного обнуления доступа к западной финансовой системе, все внешние каналы давления были перекрыты...
Уход от углеводородной иглы: возможно ли и какие есть пути?
Много лет экономика России строилась по простому принципу: продаём нефть и газ — на эти деньги живём. Пока цены на сырьё были высоки, этот механизм казался надёжным. Но время идёт. Геополитика меняется. Санкции множатся. И перед страной всё острее встаёт вопрос: а можно ли жить иначе? Экспорт нефти и газа долгое время покрывал до половины всех доходов федерального бюджета. Эти деньги шли на пенсии, зарплаты бюджетникам, инфраструктуру, оборону. Но с началом санкционной войны и частичным отключением России от мировых рынков, ставки изменились...
Цена на нефть падает. Курс доллара стоит. Что дальше?
В стране снова затишье перед бурей. На графиках — привычная стабильность: курс доллара застывает на месте, как будто ничего не происходит. Но в это же самое время цена на нефть — главную опору бюджета — методично уходит вниз. Не скачет, не обваливается, а просто уходит. Баррель за баррелем, день за днём. Это похоже на то, как дом снаружи ещё кажется целым, но внутри уже тлеет. Крыша не течёт, стены стоят, но трещины уже пошли по фундаменту. Их пока не видно, но они уже работают. И как только один угол просядет — рухнет всё...
