Когда я начинала писать о своих предках - бабушках и дедушках, а после - и об их детях, то хорошо понимала, какую ответственность беру на себя. Одно дело вспоминать события давно минувших дней по рассказам мамы и родственников, и другое дело - облекать их в форму письменного повествования. Времена, имена и события... Приходилось заново уточнять даже даты рождения. Раньше в метриках и свидетельствах о рождении было много неточностей. Предполагала я и о нюансах эмоционально-психологического плана. Это самое трудное. Заново проживать не только приятные, но и т*агические моменты из жизней всех героев моих рассказов. Моё сердце останавливались от осознания безысходности и боли за реп*ессированных в 30-х годах, дедов. Я плакала вместе с моими бабушками, а за подолы их платьев цеплялись малые дети - мои будущие родители... Я уми*ала, убегая от фашисткого лётчика-асса... Когда он настиг меня, я видела глазами моего дяди его мерзкую улыбку. Я уверена, дядя в тот последний момент не отвё