Отопление в каютах теплохода было отменным. Хорошо, что его можно было запросто отключить, а то временами становилось слишком жарко, приходилось открывать иллюминатор. Так же, как и в прошлый раз, я сходил в горячий душ, посетил туалет, поужинал гречкой и овощами (всё ещё доедал остатки еды с похода), которые залил кипятком из бойлера. После прогулялся по теплоходу. В отличии от «Матросова», на «Чкалове» было меньше душевых, и пришлось ждать очереди, чтобы помыться. Ещё одно отличие заключалось в том, что музыкальный и читальный салоны были закрыты. Команда теплохода сообщила, что это распоряжение капитана, а салоны открывают только во время коммерческих круизов близ Красноярска. Теплоход идёт мягко, на реке большого волнения нет. От морской болезни я не страдаю, мне в этом плане повезло. Ночью было несколько остановок, на которых к нам пришвартовывались деревенские моторки, с них на борт поднимались новые пассажиры.
Рано утром, около 6 часов, прибыли в Дудинку. Тут, как и в Туруханске и в Игарке, была плавучая пристань — дебаркадер вместо капитального речного вокзала. На дебаркадере нас встречали пограничная служба и таксисты азербайджанцы. Особый пограничный режим в Дудинке и Норильске остался здесь в качестве советского наследия. Обладатели российского паспорта попадают сюда свободно, а вот иностранным гражданам нужно заранее, за несколько месяцев, оформлять пограничный пропуск, чтобы иметь право въезда в эти города.
Полиция и пограничники проверяли паспорта у каждого, кто выходил с теплохода. У меня с собой, конечно же, тоже был паспорт, но, ради эксперимента, я не стал выходить сразу, а постоял чуть в стороне, среди багажа. Многие пассажиры имели большое количество груза с собой и потому делали несколько ходок на берег, чтобы перетаскать все свои вещи. Когда они выходили первый раз, паспорт у них проверяли, а вот потом уже не спрашивали. Среди этих «челноков» я и затесался. В итоге удалось сойти на берег без проверки документов. Следом за полицией всех выходящих с теплохода облепляли таксисты, до Норильска они просили около 2 000 рублей, но у меня не было в планах уезжать так скоро, поэтому отказался от их услуг.
Дебаркадер находится в 2 км от города. При этом к пристани не было подано автобуса, то есть власти не посчитали нужным организовать городской маршрут от дебаркадера до города. Если вас никто не встретил, то до города можно уехать на такси или пойти пешком. Я выбрал последний вариант. И, кстати, был не один такой, кроме меня по грунтовке шел ещё один молодой человек с чемоданом на колёсиках.
Мимо проезжали таксисты и поднимали пыль. Спустя 500 метров я поравнялся с грузовым портом Норильского Никеля. Огромные портовые краны и большие морские суда на рейде — зрелище впечатляющее. Кроме того, почти всё время дул сильный ветер, такая уж особенность Дудинки.
Через 30 минут ходьбы я добрался до главной площади города. Она была расположена на возвышенности, с неё открывался красивый вид на Енисей и грузовой порт. С другой стороны было здание Национального Краеведческого музея, а напротив него стоял памятник Ленину и здание администрации Таймырского Автономного Округа. ТАО, как и Эвенкия, в середине нулевых потерял свой статус субъекта федерации и стал особым районом Красноярского Края.
Норильск, кстати, со всеми своими городами-спутниками всегда относился к Красноярскому краю, а не к Таймырскому АО. И сейчас тоже. Поэтому столицей ТАО, затем и районным центром, стала Дудинка, а не Норильск.
На центральной площади случилось чудо — у меня заработал скоростной мобильный интернет. Это произошло впервые за месяц, с тех пор как я покинул Красноярск. Стало как-то непривычно. Минут на 10 я подвис в интернете. Затем узнал расписание работы музея и огорчился, так как музей начинал работу с 11 часов, а сейчас было только 7. Ждать 4 часа в Дудинке я не хотел и потому решил немного прогуляться по городу в сторону выезда и уехать автостопом в Норильск.
Дудинка — настоящий город. По сравнению с Турой, Туруханском и Игаркой тут кипит жизнь. Заброшенных домов не видно, так как работы в городе хватает. В первую очередь, это администрация Таймырского района и порт на Енисее, который является перевалочной базой для всех грузов, следующих в Норильск и из Норильска на «Материк». Признаком относительного благополучия является большое количество кавказцев (Дагестан, Чечня, Азербайджан и пр.) и выходцев из Средней Азии. Все, в основном, с российскими паспортами, пограничная зона всё-таки затрудняет прибытие граждан с паспортами других стран.
Наличие кавказцев в регионе или в городе всегда свидетельствует о том, что тут можно заработать денег. Кавказ, на мой взгляд, один из самых бедных и плохо пригодных регионов России для жизни. Именно поэтому жители Кавказа массово едут в Москву, Петербург, Сахалин, ХМАО, ЯНАО, Норильск и прочие места, где можно заработать.
Ни в Туре, ни в Туруханске, ни в Игарке выходцы с Кавказа не встречались, а тут, как только сделал первые шаги по Дудинке, сразу же их встретил.
Дудинка застроена, в основном, панельными пяти- и девятиэтажными домами. Судя по плакатам, Дудинка не так давно отметила своё 355-летие, а вот Норильску всего около 90 лет, так как город возник в 1930-ые года при освоении месторождений никеля и меди. Кроме Норильска в 1930-ые года возникло множество новых городов по всему СССР: Кировск (Мурманская область), Новокузнецк (Кемеровская область), Норильск, Игарка, Магадан и пр. Во всех этих городах были созданы крупные промышленные предприятия, большинство из которых функционирует и по сей день.
Многие предприятия, которые строились всей страной, дававшие, впоследствии, большую валютную прибыль всей стране, теперь находятся в частный руках.
Тут же, в Дудинке, впервые за месяц встретил нормальную автозаправочную станцию — с колонками, кассой и ценниками: литр 92 стоит 52 рубля, литр 95 стоит 58 рублей, 1 литр дизеля стоит 76 рублей. На западе России топливо процентов на 15-20 дешевле. Кстати, стоило только отойти от площади Ленина, как мобильный интернет пропал, снова приходится довольствоваться только мобильной связью.
Ни в Дудинке, ни в Норильске нет крупных сетевых магазинов типа Магнита, Пятерочки, Ленты, Перекрёстка. Все сетевые магазины исключительно местные. Ещё одна «северная» особенность заключается в том, что и в Дудинке, и в Норильске есть закрытые автобусные остановки. Зимой тут настолько холодно, настолько сильные дуют ветра, и так много выпадает снега, что наши «власти», наконец-то, додумались делать автобусные остановки закрытого типа с внутренним отоплением.
Торцы некоторых домов украшены яркими картинами на национальные долгано-ненецкие мотивы. Пока шел к выезду из города, наткнулся на большое современное здание в два этажа. Оказалось, что это крытая ледовая арена. Тут, судя по надписям, катаются на коньках, а раньше, до начала эпидемии макароновируса и войны, проводился международный чемпионат имени НорНикеля по кёрлингу.
В какой-то момент я устал «гулять» по городу со своим 27 кг рюкзаком за спиной да ещё и с сумкой с рогами оленя и лося в руках. Увидев городской автобус, сел в него и поехал до конечной остановки. Выйдя, перешел дорогу и прошел метров 50 до удобной позиции, снял рюкзак и стал ждать попутку.
Машин было немного, раннее утро субботы всё-таки. Несколько раз остановились таксисты кавказцы, которые искренне удивлялись моему желанию бесплатно уехать в Норильск. Такое ощущение, что про автостоп они вообще ничего не знают. Ну да ладно, ехать всего 100 км, поэтому я не торопился. От Дудинки до Норильска проложена самая северная железная дорога в мире, и раньше, ещё при СССР и в ранние 1990-ые, тут ходила пассажирская электричка. Но теперь её нет, давно сократили. По ЖД ходят только грузовые составы. Ещё есть рейсовые автобусы из Дудинки в Норильск, но они ходят только дважды в день: в 7 утра и в 14 часов дня. Первый рейс для меня был слишком ранним, а второй — слишком поздний. Автобус весьма бюджетный для таких мест — всего в 500-600 рублей обойдётся поездка. Но автостопом всё равно интереснее, даже если придётся полчасика постоять и подождать.
Так, в итоге, и вышло. После 20 минут ожидания (мимо проехало с десяток машин) остановилась старенькая зелёная Нива. Внутри сидел мужчина лет 45. Он согласился меня подвезти полпути до Норильска, так как сам ехал в аэропорт Алыкёль встречать двух своих сыновей.
Выехали из промзоны Дудинки, за окном побежала тундра. Деревьев нет, а если и встречаются, то только в низинах, совсем маленькие, больше похожие на кусты. Водитель оказался того типа человек, который считает, что он единственный в округе добряк, и если бы не он, то никто бы другой меня не подвёз. Убедить таких в том, что автостоп в России один из лучших в мире, довольно-таки сложная задача.
Такой тип людей обижен на жизнь и на всех вокруг себя. Конкретно этот «тип» работал государственным чиновником и занимался выдачей квартир малоимущим гражданам Дудинки. Там у них есть какая-то госпрограмма, по которой семья, живущая на маленькой площади или в арендованном жилье, может получить квартиру в собственность после 20 лет жизни и работы на Таймыре. Наверняка там есть ещё какие-то условия, но суть в том, что программа работает, и многие граждане квартиры получают.
Здесь то и крылась обида моего попутчика. По его словам, у него уже была жилплощадь в собственности, и он участвовать в этой программе не мог, хотя всю жизнь прожил здесь на Севере. Зато другие хитрецы специально не покупали себе квартиры или покупали их на большой земле, оформляя на родителей или других родственников. При этом сами жили в Дудинке на съёмном жилье (тоже мне, то ещё удовольствие мыкаться 20 лет по чужим квартирам), зато получали потом квартиры в Дудинке, продавали их и уезжали.
Эта чужая прибыль и огорчала моего попутчика, оттого он был крайне недоволен жизнью, своим местом в ней и всеми вокруг. В конце нашего пути произошла забавная ситуация из разряда: «я знаю, как лучше, сейчас я причиню тебе добро!» Дело в том, что аэропорт «Алыкёль» находится в стороне от трассы. Изначально я хотел выйти прямо на развилке, посреди тундры, но в этом месте и в это время на улице накрапывал дождик. Я как-то замешкался, а водитель в это время, совершенно не интересуясь моим мнением, просто сказал, что увезёт меня в аэропорт, так как знает, что мне нужно, и как мне будет лучше. А оттуда, по его мнению, я должен был уехать на автобусе до Норильска, он, с его слов, часто курсирует и дешево стоит. Обычно таким словам водителей я не доверяю, так как они же сами на машине ездят, что они вообще могут знать про автобусы и их расписание?
В итоге водитель довёз меня до аэропорта и там высадил, чуть ли не приказав ждать автобуса, ведь никакого другого добряка (такого же как он) больше не будет, я состарюсь и умру в ожидании машины до Норильска. Появился быстрый мобильный интернет, я проверил расписание автобусов. Следующий рейс будет только через 2 часа. Да автостопом я за это время уже до города доеду и доберусь до квартиры!
Я предложил этому дядьке забрать сыновей и отвезти меня обратно на развилку, на что он обиделся (мол, я не ценю его помощи и доброты) и ответил мне, с сарказмом и раздражением от того, что я не оценил его «доброту», моими же словами: «В России же хороший автостоп, кто-нибудь да заберёт».
Вот и такие ситуации бывают. Вроде бы и помог мне человек проехать часть пути, но потом такой осадок неприятный остался, что уж лучше бы другую машину подождал! Зато в районе аэропорта не было дождя. От парковки до ближайшего выезда нужно было пройти 100 метров. Большинство машин — те, кто приехал встречать родственников или друзей с самолёта, выезжали через дальний выезд. Конечно же, машин было много, но все были заполнены пассажирами и их багажом. Пройдя 100 метров, я вышел на трассу и направился к дальнему выезду, через который шел основной поток машин. Я действительно думал, что сейчас придётся ещё минут 20 ждать попутку, но тут внезапно выехала машина с ближнего выезда и остановилась. Оказалось, что это молодой диспетчер возвращается со смены домой в Кайеркан. В России действительно хороший автостоп.
Норильск имеет несколько крупных пригородов, которые раньше были отдельными городами, а теперь официально включены в состав Норильска. Эти бывшие города называются: Кайеркан, Талнах, Оганер.
Естественно теперь, когда эти города стали частями Норильска, проезд на общественном транспорте существенно удешевился. Так от Кайеркана до Норильска около 20 км, а проезд в автобусе стоит 38 рублей. Этим-то автобусом я и воспользовался, предварительно прогулявшись по Кайеркану. Город застроен панельными девятиэтажками, очень сильно облезлыми. Причиной тому, видимо, служат сильные перепады температуры, постоянная загазованность выбросами с Надеждинского металлургического комбината и отсутствие капитального ремонта. В России несколько лет назад был создан Фонд Капитального Ремонта, и все владельцы недвижимости исправно платят туда взносы. Некоторые дома уже начали ремонтировать из средств фонда, но пока это происходит в основном в крупных городах, таких как Красноярск, Москва, Новосибирск, а мелкие городки стоят в очереди.
Из интересного, я стал свидетелем сценки, разыгранной местными жителями на скамейке рядом с одной из остановок. Там сидел пьяный мужик лет 40-45. Глаза его показывали полное отключение сознания, тело покачивалось. Рядом с ним была дорожная сумка. Одет он был в джинсы, свитер, чёрную куртку и чёрные ботинки. Явно рабочий, возвращающийся с вахты. Рядом с ним стоял другой дядька, тоже лет 40, трезвый и одетый гораздо приличнее. Второй положил руку на плечо пьяному и потряс слегка, а дальше пошли вопросы: «Самолёт у тебя когда? Куда летишь? Рейс твой во сколько?»
Второй мужик явно не имел какого-то прямого отношения к первому и был просто прохожим. Но, видимо, распознал в страждущем вахтовика и желал ему помочь хотя бы не пропустить рейс домой, чтобы потом не искать ночлег и не тратить деньги на новые билеты. Но пьяный мужик так и продолжал сидеть на скамейке и смотреть пустыми глазами перед собой. Напротив скамейки, через дорогу, была стена с цветной надписью (типа граффити) «КАЙЕРКАН!».
Вахтовикам, пока они на работе, пить строго запрещено. То есть целый месяц люди пашут по 12 часов без выходных и при этом не пьют алкоголь. Стресс копится, и потом, когда заканчивают вахту, они очень сильно напиваются.
К остановке подошел автобус, следующий в Норильск. Я сел и уехал, поэтому не знаю, чем закончилась эта история. В Норильске меня ждали знакомые моих знакомых. Ещё будучи в Туруханске и Игарке, я искал каких-нибудь своих друзей, знакомых или знакомых моих знакомых, чтобы приехать к ним в гости в Норильск. В итоге Александра Калашникова из Красноярска (моя виртуальная знакомая из Вконтакте, с ней я общался на тему походов, в том числе по Непалу) дала мне несколько контактов в Норильске. Одним из них был Виталий Лежнев, из МЧС, а другим — Станислав Большаков. Я написал обоим. В сообщении коротко рассказал о себе, о нашем походе по Нижней Тунгуске и том, что мне нужно где-то остановиться в Норильске на 3 дня и 3 ночи.
Читатель может предположить, что в Норильске наверняка существуют гостиницы или можно снять квартиру посуточно, но такое жильё меня чаще угнетает. Уж лучше пожить в городе с живыми людьми, пообщаться с настоящими жителями, такой опыт мне больше всего нравится.
Виталий ответил, что занят в эти выходные (мой приезд выпадал на субботу, воскресенье и понедельник), а вот Стас Большаков очень обрадовался моему сообщению и с радостью пригласил к себе. Поэтому в Норильске меня уже ждали, и от этого было радостно на душе.
Автостанция находится на окраине Норильска, на улице названой в честь норвежца Фритьофа Нансена — не часто встретишь названия таких улиц в России. Оттуда до дома Стаса было около 3 км. И, несмотря на огромный рюкзак, я решил прогуляться пешком. Ведь первые впечатления от города всегда важны. Чуть меньше, чем через час, я уже переступал порог квартиры Стаса.
Станислав и Ирина Большаковы уже много лет живут в Норильске. Вышло так, что их соседка продавала квартиру в связи с переездом на материк, и они её выкупили. Трехкомнатная квартира стоила около 6 миллионов рублей. Так как последние 30 лет в Норильске новых домов не строили, то с ростом спроса на квартиры стали расти и цены. А рост спроса начался несколько лет назад, когда в город начали приезжать вахтовики, работающие на «Роснефть». Теперь такая квартира стоит чуть ли не 10 миллионов. Я застал их в процессе плавного переезда из двушки в трёшку. Кухня у них была ещё в «старой» двухкомнатной квартире, а все вещи, гостиная, детская и спальня были уже в трёшке. Мне выделили целых две комнаты в двушке. Эти три дня, проведённых в семье Стаса и Ирины, были самыми комфортными за весь месяц.
Достаток норильчан начал чувствоваться сразу по приезду в город. Было видно, что в городе можно зарабатывать хорошие деньги, и работы хватает с избытком. Попасть в богатый Норильск было особенно контрастно после Туры, Туруханска, Игарки — населённых пунктов, мягко говоря, не особо состоятельных из-за отсутствия крупных производств. Внешне Норильск выглядел обшарпанным и облезлым, только на центральной улице внешние фасады домов были недавно окрашены заново, но только внешние! Со стороны двора дома были такими же серыми или облупленными, как и остальные сооружения в городе.
Особенностью города является его расположение. Норильск, как и Талнах, Оганер, Кайеркан строился на скальных основаниях, а не на голой тундре. Месторасположение и завода, и города выбирать не приходилось, поэтому выбросы с Надеждинского металлургического комбината периодически застилают город. Местные говорят: «О! газ пошел». В таких случаях форточки в квартирах закрываются, а вентиляция в машине переключается на внутреннюю циркуляцию воздуха.
Зато Норильск расположен на самом краю Плато Путорана. Древние столовые горы буквально обнимают город с трёх сторон. На север от города простирается ровная тундра. Наличие столовых гор в пешей доступности от города здорово скрашивает жизнь норильчан. Тут развито туристическое движение, каждые выходные организуются ПВД (походы выходного дня) на окрестные водопады, вершины и старые заброшки. Турклубы организуют пешие, водные, горные, лыжные спортивные походы. В общем, народ в Норильске активный, и мне понравился.
Ещё одной особенностью является то, что с момента основания города в 1930-ых годах, мусор отсюда, видимо, никто не вывозил. Я имею в виду не бытовой, а строительный и промышленный. Бочки, проволока, остатки тяжелой техники, какие-то металлические детали, руины старых домов, и прочее, и прочее, и прочее. Всем этим мусором усеяны окрестности города. Это очень сильно бросается в глаза, когда едешь эти 20 км от Кайеркана в Норильск. За окном постоянно какие-то трубы, что-то где-то валяется, вагоны, бочки и пр. Так как я побывал почти во всех северных регионах, мне такие пейзажи не внове, хотя настолько захламлённых окраин я не видел нигде: ни на Чукотке, ни в Салехарде, ни в Нарьян-Маре, ни в Магадане. А вот гостей, прибывших прямиком из Москвы, Санкт-Петербурга или Казани, такие виды приводят в шоковое состояние. Норильчане привыкли, глаз уже давно замылился и техногенный пейзаж не замечает.
По словам местных жителей, за последние годы Потанин (современный владелец Норильского Никеля) решил взяться за очистку территории вокруг заводов и города, потому сейчас ведутся крупные очистительные работы. Действительно, в глаза бросается, что в некоторых местах убрали мусор и остатки тундры разровняли бульдозером.
Гостеприимство Стаса и Ирины не знало границ. Я словно попал в рай. Сначала отправился в горячий душ, затем запустил стиральную машину и впервые за весь поход нормально постирал вещи, затем они начали меня кормить и угощать различными вкусностями.
Дети у них уже уехали в отпуск, а сами они должны были улететь на материк спустя 2 недели. Поэтому с детьми я не познакомился. Зато мой приезд в Норильск выпал на субботу и воскресенье (выходные дни), и Стас мне составил целую экскурсионную программу. Таким образом, в эти два дня я ни о чём не думал, только глубже погружался в приятное и искреннее северное гостеприимство.
После обеда и короткого перерыва на обеденный сон мы отправились в Талнах. Там, на реке Хаералах, проходил ежегодный городской слёт туристов. Слёт проходил два дня, и участники на берегу реки разбивали палаточные лагеря. Меня познакомили с главным организатором слёта, выдающимся туристом лет 70 или 80, точно не помню, сколько ему лет. Но несмотря на то, что он был старый, как мамонт, держался бодренько. Приятно видеть активных людей в таком возрасте, всем бы нам быть такими деятельными в 70-80 лет. Мы прогулялись по палаточным лагерям разных команд, пообщались с ребятами. Стаса и Ирину многие знали, все здоровались, атмосфера была приятная, пьяных колдырей днём не наблюдалось.
Главным развлечением субботы были гонки на байдарках. Большинство участников сидело в байдарках первый раз, а все опытные туристы занимали лучшие смотровые места на берегу. Река Хаералах была мелкой, узкой, холодной, горной и быстротекущей. Над руслом повесили несколько ворот (красные и зелёные вешки). В эти ворота нужно было вписаться двум гребцам и байдарке, одни ворота нужно было «брать» по течению, в другие заходить «снизу», то есть выгребая против течения.
Конечно же, впервые сидящие в байдарке «туристы» производили комичное впечатление. Байдарка на реке весьма подвижна, любое перемещение корпуса в лодке уже приводит к её движению или наклону, а если ещё и веслом как-то неловко двинуть, то и перевернуться можно. Ирина рассказала, что раньше, когда катались на каркасных байдарках, переворачивался каждый второй экипаж, но пару лет назад стали использовать надувные лодки и перевороты прекратились, стало уже не так интересно.
После турслёта мы заехали в сам Талнах, на смотровую площадку в 5 микрорайоне. Весь микрорайон построен на возвышенности, и оттуда открываются чудесные виды на тундру, чахлый лес, Талнах и окрестные горы. Стас так и сказал, если тебя спросят, где был в Талнахе, скажи, что на смотровой площадке в 5 микрорайоне. Он в каждом интересном месте давал такие комментарии, и мне это нравилось — позволяло структурировать в голове поездку.
Стас производил впечатление очень корректного, тактичного, неконфликтного и приятного человека. В его компании было очень здорово, к тому же он был весьма начитан, знал много интересного из истории Норильска. Стас из тех людей, что подмечают интересные нюансы своего города, окружения, жизни. Именно из-за таких встреч я и люблю путешествовать. В целом, каждый город запоминается именно людьми, с которыми ты общаешься, когда туда приезжаешь. И если бы не Стас и Ирина, то впечатления от Норильска были бы совсем иными.
На дворе было 1 июля — самый разгар полярного дня в Норильске. Наступил вечер, но только на часах, в реальности же солнце было высоко над горизонтом. На обратном пути мы заехали в Оганер и посмотрели знаменитую больницу, которая была построена лет десять-пятнадцать назад и укомплектована штатом отличных специалистов. Норильский Никель мог позволить себе спонсировать такие проекты, это сторицей окупалось трудом жителей Норильска на производствах предприятия.
Также заехали в гости к МЧС, там я уже лично познакомился с Виталием Лежневым. Он много лет трудится в МЧС, а в свободное время занимается походами. Так в разговоре был упомянут поход на лыжах из Диксона в Дудинку, а мне такие темы очень интересны. Я последние два года пишу статьи на тему Арктики для издания GoArctic, это информационный ресурс Проектного Офиса Развития Арктики (ПОРА), государственной структуры, суть деятельности которой ясна из её названия.
Вечером мы заехали в магазин, и Стас накупил местных деликатесов: вяленой оленины, рыбы копчёной, рыбы вяленой, специальной колбасы из оленины и многое другое. Ужин был настоящим праздником живота, спасибо Стасу и Ирине за такую чудесную встречу.
В воскресенье, то есть на второй день, была запланирована поездка в Дудинку. Главной целью был национальный краеведческий музей, да и просто ребята хотели город посмотреть. С нами, как и в субботу, поехали ещё друзья Стаса и Ирины, вместе веселее же. Стас — уникальный водитель, такой стиль управления машиной я ещё не встречал. До Дудинки около 100 км, дорога асфальтовая, но не без кочек, хоть и встречаются они редко. Иной водитель бы гнал на всех порах под 130 км в час, но Стас никуда не торопился. Мы ехали спокойно, по пустой дороге, среди тундры со скоростью 70 км в час. Дорога в одну сторону занимала 1,5 часа, а мы ехали с остановками в интересных местах. В одну сторону двигались около 2-3 часов.
Музей в Дудинке весьма интересный, впрочем, как и другие музеи в северных, дальневосточных и сибирских городах. А вот большинство музеев центральной России и Поволжья я бы не рекомендовал, за редким исключением, там трудно найти хороший краеведческий музей в областном центре.
Так и прошли мои дни на Таймыре. Накатавшись по окрестностям Норильска, наевшись оленины и рыбы, я был готов к завершению поездки. Впереди меня ждал перелёт из Норильска в Санкт-Петербург с пересадкой в Новосибирске. В Санкт-Петербурге, прямо в аэропорту, в зале выдачи багажа я должен был встретить свою жену Екатерину и дочку Мираю. Они прилетали из Нижневартовска в Питер одновременно со мной. Весь июль мы планировали прожить в Северной Столице, сначала у Андрея Чекрыгина на Таврической 2, затем у Ани Гапоновой на улице Софийской. После Питера я должен был улететь в Нарьян-Мар и оттуда по новой дороге автостопом добраться до Усинска, дальше на поезде до Воркуты и Лабытнанги, и оттуда, через Салехард, по новой дороге до Надыма, Нового Уренгоя и дальше до Нижневартовска. А в конце августа планировал отправиться в поход в Фанские горы, в Таджикистан, и заодно посетить Дом Для Всех в Самарканде.
Несмотря на наше турбулентное время, мне удавалось строить планы и осуществлять их. Летний сезон путешествий 2023 года был отработан на все 100. И вам, дорогой читатель, я пожелаю строить планы и иметь постоянство намерений, чтобы воплотить всё задуманное в жизнь.
На этом рассказ о походе по Нижней Тунгуски и выброске через Туруханск, Игарку и Норильск завершён.
Есть бумажная книга - кто хочет обращайтесь. В ВК - Константин Каськаев.