Майк Портной заявил, что он и его товарищи по группе Dream Theater чувствовали себя аутсайдерами в Музыкальном колледже Беркли из-за своей любви к прог-металлу. В недавнем интервью на канале CBC Портной рассказал: «Мы начали сочинять оригинальную музыку прямо в Беркли, когда образовались в 1985-м году. Половину времени мы проводили за каверами. Мы делали каверы на Rush, Iron Maiden, или на то, что мы слушали в то время». На вопрос о том, чувствовали ли он и его коллеги по группе себя в Беркли «не в своей тарелке», Портной ответил: «Да. Там были любители джаза, и когда я шёл по коридору, то слышал, как все исполняют каверы Майлза Дэвиса или Чика Кориа, или джазовые стандарты, свинг. А если кто-то проходил мимо нашей комнаты, мы играли "La Villa Strangiato", "Xanadu" и другие каверы Rush. В то время мы определённо были изгоями. А если сейчас пройтись по Беркли, все дети играют Dream Theater. Они все увлечены прог-металлом, который эволюционировал за последние пару десятилетий. Но да, в т
Майк Портной заявил, что он и его товарищи по группе Dream Theater чувствовали себя аутсайдерами в Музыкальном колледже Беркли из-за своей любви к прог-металлу.
В недавнем интервью на канале CBC Портной рассказал:
«Мы начали сочинять оригинальную музыку прямо в Беркли, когда образовались в 1985-м году. Половину времени мы проводили за каверами. Мы делали каверы на Rush, Iron Maiden, или на то, что мы слушали в то время».
На вопрос о том, чувствовали ли он и его коллеги по группе себя в Беркли «не в своей тарелке», Портной ответил:
«Да. Там были любители джаза, и когда я шёл по коридору, то слышал, как все исполняют каверы Майлза Дэвиса или Чика Кориа, или джазовые стандарты, свинг. А если кто-то проходил мимо нашей комнаты, мы играли "La Villa Strangiato", "Xanadu" и другие каверы Rush.
В то время мы определённо были изгоями. А если сейчас пройтись по Беркли, все дети играют Dream Theater. Они все увлечены прог-металлом, который эволюционировал за последние пару десятилетий. Но да, в то время мы исполняли много каверов, и мы начали сочинять свой собственный материал с самого начала. Так что в Беркли мы втроём начали сочинять материал, который вылился в наше первое демо в 1986 году — демо "Majesty".
Несколько лет спустя мы заключили первый контракт на запись и в итоге нашли нашего вокалиста Джеймса Лабри, который был родом из Торонто. Нам прислали запись его прослушивания. В то время он был Кевином Лабри».