Несмотря на свой неприметный вид, Кольцо Всевластия из "Властелина колец" Толкина было практически неразрушимо. В главе "Тень прошлого" из "Братства Кольца" Гэндальф говорит Фродо:
Даже если ты ударишь Кольцо тяжелым предметом - кузнечным молотом, на нем не останется и вмятины.
В экранизации "Братство Кольца" Гимли убеждается в этом лично во время Совета у Элронда. Когда Элронд говорит, что Кольцо нужно уничтожить, Гимли восклицает: "Чего мы ждём?" - и с силой опускает на него свой топор. Топор разлетается вдребезги, самого Гимли отбрасывает назад, но Кольцо остаётся невредимым.
Хотя его можно было расплавить, ни одна обычная кузня - даже огненное дыхание дракона - не обладала нужной температурой. Кольцо следовало бросить в Ородруин - тот самый вулкан, в недрах которого Тёмный Властелин Саурон когда-то его и выковал. История представляет Ородруин единственным местом, где Кольцо можно уничтожить. Однако сам Толкин однажды намекнул, что существовал и иной путь.
В 1951 году Толкин написал объёмное письмо редактору Милтону Уолдмену, в котором подробно описал связи между "Властелином колец" и "Сильмариллионом", надеясь убедить его опубликовать оба произведения вместе. Попытка успехом не увенчалась, но письмо стало важным источником сведений о Средиземье. Среди прочего, в нём обсуждается и Кольцо Всевластия.
Толкин писал, что Саурон не боялся его уничтожения, поскольку Кольцо было "неразрушимо любой кузнечной магией, кроме его собственной". Это намекает, что мастер, способный сравниться с Сауроном по искусству, мог бы разобрать Кольцо без необходимости бросать его в огонь Ородруина.
К моменту событий "Властелина колец" это было уже невозможно: в Средиземье не осталось кузнецов такого уровня. Когда-то Саурон был учеником Аулэ - божественного Вала, покровителя ремесла и кузнечного дела. Тем не менее, некоторые персонажи из более ранних эпох, теоретически, могли бы уничтожить Кольцо подобным способом.
Гэндальф считал, что как кузнец Феанор был лучше Саурона
Возможно, величайшим кузнецом во вселенной Толкина - если не считать самого Аулэ - был дядя Галадриэль, Феанор. В разделе "О Феаноре и освобождении Мелькора" из "Сильмариллиона" Толкин описывает его как "самого проницательного умом и искусного в руке" среди всех нолдор, отмечая, что он "открыл, как можно создавать самоцветы, превосходящие по красоте и сиянию всё, что может дать Земля".
Его главным творением стали Сильмарилы - три ослепительно прекрасных камня, в которых был заключён святой свет Двух Древ Валинора. Эти драгоценности были столь велики по значимости и красоте, что из-за них разразились войны, охватившие Первую эпоху.
С учётом его мастерства, Феанор, вероятно, мог бы разобрать Кольцо Всевластия. Гэндальф, по сути, намекает на это, считая, что эльфийские кузнецы превосходили в своём искусстве самого Саурона.
В главе "Палантир" из "Двух крепостей" Пиппин спрашивает, не Саруман ли создал этот волшебный предмет, и Гэндальф отвечает:
Нет... Это превосходит умения и Сарумана, и Саурона. Палантиры пришли из-за пределов Западной земли, из Элдамира. Их создали нолдор. Возможно, сам Феанор выковал их - в такие древние дни, что их не измерить годами.
Если нолдор были способны создавать артефакты, которых не мог бы воссоздать даже Саурон, то неудивительно, что их величайший мастер действительно превосходил его по таланту.
Подобно Кольцу Всевластия, Сильмарилы считались практически неразрушимыми. В разделе "О Сильмарилах и смятении нолдор" говорится, что материал, из которого они были созданы, "был прочнее адаманта, так что никакая сила не могла повредить или разрушить их". Тем не менее, Феанор верил, что смог бы разбить Сильмарилы, чтобы вернуть свет Древ, если бы Моргот не похитил их. Он пал от руки балрога во время Войн Белерианда - задолго до появления Колец Власти. Но если бы Феанор дожил до Третьей эпохи, вполне возможно, он обладал бы знаниями и умениями, достаточными, чтобы уничтожить Кольцо Всевластия.
Келебримбор знал Кольца Власти лучше любого другого эльфийского кузнеца
Другим выдающимся эльфийским кузнецом в истории Средиземья был внук Феанора - Келебримбор. Даже те, кто не читал книги Толкина, могли слышать о нём благодаря сериалу "Властелин колец: Кольца власти". Келебримбор прославился тем, что работал вместе с Сауроном - тогда скрывавшимся под личиной Аннатара, мнимого посланника Валара - над созданием Колец Власти, которые впоследствии были переданы людям и гномам.
Три Кольца для эльфов он изготовил уже без участия Саурона, хотя и использовал предложенные им методы. Благодаря этому они не несли в себе зла Тёмного Властелина, но оставались подвержены влиянию Кольца Всевластия.
В разделе "О Кольцах Власти и Третьей эпохе" из "Сильмариллиона" Толкин сравнивает дар Келебримбора с мастерством его легендарного деда:
В Эрегионе мастера Гвайт-и-Мирдайн, Народа ювелиров, превзошли в искусности всех, кто когда-либо ковал, кроме лишь самого Феанора; и самым искусным среди них был Келебримбор.
Хотя Келебримбор и не достиг уровня Феанора, он, вероятно, был куда более подходящим кандидатом для того, чтобы разобрать Кольцо Всевластия: у него был практический опыт в создании магических артефактов.
Во втором сезоне "Колец власти" он пытается уничтожить Девять Колец, но терпит неудачу. Однако в произведениях Толкина нет указаний на то, что Келебримбор физически не мог уничтожить творения своих рук. В книге "Неоконченные предания Нуменора и Средиземья" говорится, что эльфы "должны были уничтожить все Кольца Власти", но "не смогли найти в себе силы", что подразумевает: техническая возможность у них была, но не хватило воли.
Кольцо Всевластия, конечно, было бы сложнее уничтожить, чем прочие, но Келебримбор, возможно, справился бы с этой задачей, получи он такую возможность. В отличие от Феанора, он жил во времена создания Кольца Всевластия - пусть и недолго. Когда эльфы сорвали план Саурона по порабощению их через Кольца, Тёмный Властелин напал на Эрегион, и Келебримбор погиб, защищая его.
Уничтожение Кольца Всевластия требовало не только мастерства
Даже если бы эти кузнецы жили во времена событий "Властелина колец", возникло бы другое препятствие: они вряд ли захотели бы уничтожить Кольцо. В уже упомянутом письме к Милтону Уолдмену Толкин писал:
Сила вожделения, заключённая в Кольце, была так велика, что всякий, кто пользовался им, становился его рабом; не существовало воли (даже самого Саурона), способной повредить его, отринуть или пренебречь им.
Феанор, несмотря на своё мастерство, был далеко не добродетельным человеком: гордый, жадный и вспыльчивый, он и его сыновья совершили немало зверств в безнадёжной попытке вернуть похищенные Сильмарилы. Сила Кольца Всевластия, скорее всего, оказалась бы для него слишком великой, чтобы устоять, особенно если бы он поверил, что с его помощью можно вернуть Сильмарилы или отомстить врагам.
Келебримбор был куда благороднее своего деда, но и он не был безупречен. Его честолюбие могло бы сделать его уязвимым к влиянию Кольца. Келебримбор мог бы поверить, что, обладая Кольцом, он сможет принести миру больше пользы, чем если бы уничтожил его. Он уже однажды не распознал Саурона, скрывавшегося под обличием Аннатара, а значит, был восприимчив к обману и манипуляциям Тёмного Властелина.
Вероятно, лишь сам Аулэ обладал одновременно и мастерством, необходимым для уничтожения Кольца, и силой духа, способной устоять перед его искушением. Однако он, как и другие Валар, отказался вмешиваться в конфликт между Сауроном и Свободными Народами Средиземья, ограничившись тем, что в Третью эпоху отправил пятерых магов.
Таким образом, даже если бы герои каким-то чудом заполучили Кольцо в те времена, когда Феанор или Келебримбор были ещё живы, у них всё равно не осталось бы иного выбора, кроме как отнести его в Ородруин и бросить в огонь вулкана.