Юрский период ассоциируется в первую очередь с животными огромными, однако, и в то время существовали и совсем небольшие, но тоже чрезвычайно интересные твари. В частности, жившие 145-165 миллионов лет назад анурогнатиды представляли собой птерозавров совсем мелких, – до 40 сантиметров в размахе крыла. Что, с учётом общей свойственной птерозаврам субтильности, означает вес не более 50 граммов.
...Но самое удивительное, конечно, само по себе то, что анурогнаты являлись именно птерозаврами. Причём, настолько примитивными, что некоторые исследователи склонны считать их базальной – «базовой» – формой, от которой произошли все остальные. Это, в свою очередь может создать ошибочное впечатление, что птерозавры происходят от животных внешне подобных анурогнатам… С внешностью сложно. Ведь птерозавры появляются в триасе, – где-то 230 миллионов лет назад. Тогда же соответственно, жили предки всех птерозавров, – скелет которых имел черты сближающие их прежде всего с анурогнатами. Однако, ни о каком внешнем сходстве этих предков с тем, что изображено на иллюстрациях, речи нет. Юрские анурогнаты носят печать адаптации к образу жизни ими же в юре и изобретённому.
Ещё раз присмотревшись к картинке, можно понять что анурогнат более всего похож на летучую мышь. Бросается в глаза отсутствие клюва, – его заменяет широкая пасть с мелкими зубами. Сходство дополняется шерстью, но один из отпечатков оказался настолько подробным, чтобы палеонтологи смогли увидеть в этой «шерсти» перо. Точнее, что-то подобное по структуре птичьему пуху.
Пух же намекает на то, что были анурогнаты животными теплокровными, – очень активными охотниками, с высокой скоростью полёта и манёвренностью. Способность некоторых птерозавров летать последнее время вызывает всё больше вопросов, но конкретно анурогнатов это, конечно, не касается. Мелкие твари шустро носились в воздухе.
Ибо охотились в воздушной среде. И тут стоит ещё раз подчеркнуть, что никакие другие птерозавры этого не делали. Образ жизни летающих ящеров, как теперь становится всё яснее, мог быть очень разнообразным, – лишь некоторые охотились на рыбу в воде. Большинство же находило пищу на суше. Но не в воздухе. Для того, чтобы перехватить летающую цель требуется умение быстро менять скорость и направление движения. Птерозавры не были способны к воздушной акробатике.
Кроме анурогнатов. Эти – ловили на лету неуклюжих юрских насекомых. То есть, питались так, как это делают летучие мыши и некоторые птицы, – например, козодои. С козодоями и нетопырями анурогнатов роднит внешность. Но не образ жизни. Они-то охотились днём, как стрижи.
В отличие от рукокрылых, анурогнаты не нуждались в сонарах. Поскольку им не требовалось летать ночью. Ведь в воздухе ещё не было хищников способных перехватывать других позвоночных. Птицы охотящиеся на других птиц в небе редкость и сейчас. Появилось же такое чудо природы лишь в кайнозое.
Да и охотиться ночью в юрский период анурогнатам было бы не на кого. В отсутствии птиц, насекомые, не чувствуя в воздухе угрозы, также предпочитали летать днём. Максимум, в сумерках. И у некоторых анурогнатов можно заметить адаптации именно к сумеречному образу жизни. Их глаза увеличены, крылья же становятся гибкими, чтобы снизить вероятность перелома при столкновении с препятствиями.
...Около 60 миллионов лет не найденные предки анурогнатов, видимо, были редкими животными, прозябавшими в безвестности. Пока техника полёта не была освоена ими в такой мере, чтобы ловить насекомых не на ветвях деревьев (используя крылья только для перемещения с одой на другую), а в воздухе. Революционное изобретение обеспечило семейству краткий период величия. Анурогнатиды размножились настолько, что несмотря на мелкий размер и хрупкость, стали попадаться среди отпечатков.
Более сложный вопрос связан с упадком и исчезновением группы уже в самом начале мела. Примитивные (даже по меркам птерозавров) анурогнатиды легко могли проиграть в конкурентной борьбе, – но с кем, собственно? Появления других воздушных охотников в этот период не отмечено.
Возможно, анурогнатиды могли охотиться не на всех летающих насекомых, а лишь на каких-то особенно беспечных. И, соответственно, вымерли после исчезновения доступной добычи.