- Ну и как тебе финал? Посмотри, – грязная кукла со спутанными в мочалку рыжими волосами обвела единственной уцелевшей рукой помойку.
- Посмотри? – Ботинок ухмыльнулся, глядя, как дождь заливает дырки от глаз на ее лице.
Ботинок поежился, посмотрел на себя и вздохнул. Протертый носок, грязные, перевязанные узлами, шнурки. Жестко смятая, бывшая когда-то ортопедической, пятка.
- Я ошибся, кукла, - сказал ботинок, и, вздохнув, повторил: - Я очень ошибся.
- В чем? – спросила растерзанная кукла.
- Я всегда мечтал посмотреть мир. Я думал, что, если стану ботинком, я сделаю это. Да мне обещали! – Возмущенно крикнул ботинок, увидев ухмылку куклы. – Да! Мне на фабрике сказали, что у меня будет отличная работа, мечта, а не работа. Меня отвезли не в абы какой, а в самый модный магазин, куда приходят самые крутые работодатели. Я был горд собой, магазином, будущей работой и мечтал, как буду шагать по теплому песку и любоваться ядовито-бордовым азиатским закатом.
- И что было дальше?
- Дальше? Дальше пришли они – мое первое начальство. Ноги мальчика, которого звали Жора.
- Жора? – засмеялась кукла. – Какое странное имя.
- Нет, ну вообще-то полное имя Георгий, - вдруг обиделся за Жору ботинок. – Просто он был еще в том возрасте, когда уместнее было называть его Жора.
- Жора-обжора, - не унималась безглазая кукла.
- Да, - мечтательно улыбнулся ботинок. – Мы за глаза его так и называли. Он очень много ел.
- Мы? Вас было много?
- Конечно! Мы все из кожи вон лезли, да-да, именно из кожи, мы почти все были из натуральной кожи, чтобы угодить своему начальству и быть ближе к нему. Иногда его ноги подходили и пинали нас, раскидывая по углам, но мы терпели, все терпели, чтобы иметь возможность иногда выходить на улицу и топать по мокрому, пахнущему сырой пылью, асфальту. Но больше всех старался я, я все силы положил на то, чтобы угодить, и у меня получалось. Ноги Жоры любили меня и часто выводили в свет, но, когда Жоре пришло время копать белоснежный песок на берегу бирюзового моря, они не взяли меня, представляешь? Меня! Потому что я, видите ли, ботинок! То, что я целый год работал сверхурочно, никого не волновало. А взяли эту дешевую резиновую выскочку – кроксы, которая целый год лентяйничала в углу.
- Да, обидно, - согласилась кукла.
- Не то слово, - подтвердил ботинок. – Но самое обидное случилось потом. Когда ноги Жоры вернулись домой, они перестали помещаться в меня, и мои услуги оказались им больше не нужны. Я думал, что меня отправят на почетную пенсию, в чулан, где я буду отдыхать и рассказывать тамошним обитателям про мои путешествия по мокрому асфальту. Но меня просто отвезли к городскому контейнеру с мусором: ни спасибо, ни прости-прощай, ни пенсии, ни уважения, ничего! И ради чего я выкаблучивался всю жизнь? Они еще говорили, что делают доброе дело, может, я еще кому пригожусь. Так и было, конечно. Меня быстро подхватили, специалисты такого класса долго на помойке не задерживаются, и отнесли в маленькую, пахнущую капустой и освежителем воздуха «ландыш», квартиру. Как я устал от этого ландыша! Меня поставили рядом с туалетом, работа которого не прекращалась ни на секунду, потому что квартира была переполнена людьми и вечно кричащими детьми. Меня до сих пор преследует эта мерзкая смесь капусты с ландышем и нескончаемый крик.
- Работы было очень много, начальства много, я буквально работал на износ, старался всем угодить, быть мягким и податливым, подстраивался под каждого, чтобы быть полезным, и в итоге перестал быть похожим на себя. Я был полностью изношен тяжелой работой, но очень надеялся на заслуженный отдых, что меня наконец-то отвезут к морю, как и обещали в магазине. Ведь я так старался. Но я оказался здесь, и, видимо, это мое последнее место. Я очень обманулся, кукла, понимаешь? Я верил в начальство, я верил в справедливость, но все это оказалось не более чем, пшиком от ландыша. Я был слишком наивен и доверчив. Но я понял одно.
- Что?
- Я неправильно ставил цель на жизнь. Я думал, что, став ботинком, я буду путешествовать по миру, а не топтаться по грязному двору, обходя собачьи какашки. Знаешь, кем нужно быть, чтобы стать счастливым? Ногой.
- Почему ногой?
- Потому что нога решает, куда ходить: на море или между какашек. Нога управляет всем. Куда идет нога, идет все остальное. В следующей жизни я обязательно стану ногой и отведу себя, наконец, на море. – Вздохнул ботинок.
***********************
Решительно ничто не могло скрасить унылость и убогость этого помещения. Квадраты серого кафеля на стенах, травящий сетчатку ядовито-белый свет длинных люминесцентных ламп, пол, устланный листами железа. Здесь, казалось, всё было против жизни. Металлический стол с телом, накрытым белой простыней, из-под которой выглядывала нога.
Лаборант в желтых резиновых перчатках, проходя мимо, небрежно накинул на большой палец ноги клеенчатую бирку кирпичного цвета и вышел.
- О, какая встреча! – воскликнула бирка. – Ты наконец-то стал кем хотел. Ну и как? Побывал на море?
- Привет, бирка, она же кукла. О чем ты думаешь, когда планируешь следующую жизнь? – засмеялась нога. – Бирка в морге? Что за мечты у тебя?!
- Вообще-то, - смеясь ответила бирка, - в следующей жизни я очень хотела встретиться с тобой, ты же на море собирался. И я загадала стать водой, но не уточнила детали. И по иронии судьбы стала карьером в Китае. Ну, думаю, все! Не видать мне ботинка, как кукле глаз. Но потом меня зачерпнули, смешали с карбидом кальция, и я стала ацетиленом, потом пропустили через соляную кислоту, превратив меня в винилхлорид. Потом в поливинилхлорид, и так я стала клеенкой и меня привезли сюда. И все-таки мы встретились.
- Ха-ха, - смеялась нога. – Ничего себе, тебя помотало, но цель достигнута. Как говорится, правильно формулируй желания. И опять мы с тобой на какой-то помойке.
- Да, - сказала бирка. – Ну ты-то счастлив? Побывал на море?
- Нет, - ответила нога. – Я опять жестоко ошибся, кукла. Я не увидел моря. Оказалось, что не нога главная. Она идет туда, куда прикажет мозг. Мозг – начальство. Теперь я точно знаю, кем буду. Я стану головой, и тогда буду решать, куда пойдет нога и какой ботинок она наденет. Так что, бирка, смело планируй стать морем, встретимся в следующей жизни.
**************************
- Да что такое? Опять мимо? – Засмеялась голова, увидев, как на ее лоб положили венчик – ленту для покойника.
- Да уж, - ответил венчик. - Но мы все равно встретились. Что скажешь, голова? Была ли ты хозяйкой в своей жизни и исполнила свою мечту?
- Нет, - ответила голова. – Запугала я себя своими мыслями и убеждениями. Знаешь, венчик, оказывается, в голове столько мусора, который липнет и липнет с рождения, и ты начинаешь верить, что это и есть ты, и тащишь все остальное тело в ад. Помнишь нашу первую встречу? Оказывается, ботинком я прожил более счастливую жизнь, оказавшись на помойке только в ее конце, а голова, оказывается, может всю жизнь жить в помойке из своих мыслей, навязанных кем-то идей, ролей, масок, глупых убеждений и ограничений. Считает себя главной, направляя себя ложными путями, и перекрикивая голос настоящего хозяина.
- Так кто еще может быть хозяином? Ты всех перебрал уже.
- Нет, кукла. Хозяин - это сердце, это душа. И Бог с ним, с этим морем, главное – слышать шепот сердца сквозь крики голосов внутри и снаружи и следовать ему, не предавая себя, впитывать этот прекрасный мир всеми фибрами души, наслаждаясь тем, что есть, мечтая о море, но не зацикливаясь на мечте, проживая каждую секунду с удовольствием, испытывая все эмоции, что подкидывает тебе жизнь, благодаря за то, что тебе выпала такая возможность – просто быть здесь и праздновать жизнь.
- И ты думаешь, что тогда будешь счастлив? – Спросил венчик.
- Не знаю, но я уверен, что только тогда я жизнь не пробегу, пытаясь завладеть горизонтом, а проживу, чувствуешь разницу?
Автор: Корнелл
Источник: https://litclubbs.ru/articles/65771-evolyucija-detskogo-botinka.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: