– Ты посмотри только, как она себя ведет! – Тамара Ивановна с силой швырнула тряпку в ведро, что даже вода расплескалась. – Прямо королева какая-то! И это платье... Господи, на что только деньги не тратят!
– Тише ты, – одернула ее Клавдия Петровна, косясь в сторону лестницы. – Услышит еще.
– А пусть слышит! – не унималась Тамара Ивановна, энергично размахивая шваброй. – Что, правду сказать нельзя? Живем в одном доме уже десять лет, я ее с пеленок знаю практически. А теперь нос задрала, здороваться перестала!
Марина Владимировна, поднимаясь по лестнице на четвертый этаж, невольно замедлила шаг. Голоса соседок доносились из подъезда отчетливо, каждое слово било больно, как пощечина. Она сжала в руках пакет с покупками покрепче и попыталась пройти мимо незаметно.
– Марин! – окликнула ее Клавдия Петровна, выглядывая из-за угла. – Ты это... как дела-то?
– Хорошо, – коротко ответила Марина, не останавливаясь.
– А платье... красивое у тебя, – с натянутой улыбкой добавила Клавдия Петровна. – Дорогое, наверное?
Марина обернулась. В глазах соседки читалось не восхищение, а что-то совсем другое. Холодное, оценивающее, завистливое.
– Обычное платье, – пожала плечами Марина и поспешила подняться выше.
За спиной снова зашептались голоса, теперь уже тише, но от этого не менее ядовито.
Дома Марина повесила белое платье в шкаф и долго смотрела на него. Простое, элегантное, действительно недешевое. Она покупала его для особого случая, для встречи выпускников, которая должна была состояться через неделю. Впервые за много лет собирался их класс, и Марина очень волновалась.
После развода она словно провалилась в серую яму будней. Работа – дом, дом – работа. Редкие походы в магазин за продуктами. Никаких праздников, никаких радостей. Даже на день рождения дочери в прошлом году надела старую юбку и блузку, которые носила еще пять лет назад.
Но встреча одноклассников стала для нее каким-то символом. Символом того, что жизнь не закончилась, что она еще может быть красивой, интересной, желанной. Поэтому и потратила половину зарплаты на это платье, на хорошие туфли, на парикмахера.
Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда Марина заваривала чай.
– Мама, привет! – в трубке раздался голос дочери Оли. – Как дела? Готовишься к встрече?
– Готовлюсь, – улыбнулась Марина. – А ты как, доченька?
– Нормально. Слушай, мам, а правда, что ты купила какое-то супердорогое платье? Тетя Света звонила, говорит, соседки обсуждают.
Марина почувствовала, как внутри все сжалось. Света – это сестра, которая жила в соседнем доме и регулярно встречалась с Тамарой Ивановной на лавочке у подъезда.
– Оля, при чем тут соседки? – устало вздохнула Марина. – Обычное платье купила.
– Мам, ну не обижайся. Просто... ну, может, и правда не стоило тратиться? У тебя же и так денег немного.
После разговора с дочерью Марина долго сидела на кухне, глядя в окно. Во дворе на скамейке расположились знакомые фигуры – Тамара Ивановна, Клавдия Петровна и еще несколько соседок. Они о чем-то оживленно беседовали, периодически поглядывая на ее окна.
Раньше Марина тоже иногда присоединялась к их посиделкам. Обсуждали погоду, цены в магазинах, проблемы с коммунальными службами. Ничего особенного, обычные разговоры обычных женщин. Но после развода она как-то отдалилась от всех, замкнулась в себе.
А теперь вот покупка платья стала поводом для пересудов.
На следующий день, спускаясь в магазин, Марина столкнулась с Тамарой Ивановной у почтовых ящиков.
– О, Марина Владимировна! – воскликнула соседка с деланным восторгом. – А я вот думаю, может, вы мне посоветуете, где такие наряды покупать? А то у меня внучка замуж выходит, хочется что-то праздничное.
– В обычном магазине, – ответила Марина, чувствуя подвох.
– А сколько, если не секрет? – Тамара Ивановна прищурилась. – Я просто прикинуть хочу, потяну ли.
– Зачем вам это? – Марина попыталась пройти мимо, но соседка загородила дорогу.
– Да так, интересно. Мы тут с девочками обсуждали, говорят, такие платья по двадцать тысяч стоят. Это правда?
Марина почувствовала, как лицо заливается краской. Платье действительно стоило немало, но это были ее деньги, ее выбор.
– Тамара Ивановна, извините, мне некогда, – она решительно обошла соседку и направилась к выходу.
– Ну что вы так! – окликнула ее Тамара Ивановна. – Я же от чистого сердца интересуюсь!
Вечером того же дня Марина встретила у подъезда Клавдию Петровну с сумками из магазина.
– Помочь донести? – предложила Марина.
– Спасибо, сама справлюсь, – холодно ответила Клавдия Петровна. – У меня не такие доходы, чтобы на такси продукты возить.
– При чем тут такси? – не поняла Марина.
– А при том, что некоторые на платья тратят, сколько другие за полгода не зарабатывают, – Клавдия Петровна поправила сумки и направилась к лифту. – А потом жалуются, что денег не хватает.
– Когда я жаловалась? – растерянно спросила Марина.
– Да ладно вам, – махнула рукой Клавдия Петровна. – Все мы помним, как вы после развода плакались, что алименты маленькие, что еле концы с концами сводите.
Лифт пришел, и Клавдия Петровна зашла в него, демонстративно не пригласив Марину.
Оставшись одна в подъезде, Марина прислонилась к стене. Да, она действительно жаловалась на финансовые трудности. Но это было два года назад, сразу после развода, когда приходилось привыкать к новой жизни, к меньшим доходам. Сейчас ситуация стабилизировалась. Она устроилась на хорошую работу, дочь стала получать стипендию, жить стало легче.
Но соседки, видимо, запомнили только жалобы и теперь не могли понять, откуда у нее деньги на красивое платье.
Дома Марина снова достала платье из шкафа. Белое, струящееся, с изящным кроем – оно действительно было красивым. Она примерила его перед зеркалом и увидела себя совсем другой. Не уставшей разведенной женщиной, а элегантной, привлекательной дамой.
Но радость от покупки была испорчена. Каждая встреча с соседками превращалась в испытание, каждый взгляд казался осуждающим.
Сестра Света заглянула на следующий день.
– Привет, – она прошла на кухню, даже не разувшись. – Покажешь знаменитое платье?
– Зачем? – настороженно спросила Марина.
– Да весь район только о нем и говорит. Тамара Ивановна вчера на лавочке рассказывала, что ты теперь в элитные магазины ходишь, что у тебя, оказывается, куча денег припрятана.
– Какая куча денег? – возмутилась Марина. – Я месяц откладывала на это платье!
– Ну не знаю, – пожала плечами Света. – Может, и правда. Только люди думают по-другому. Говорят, что после развода ты от бывшего мужа что-то получила крупное.
– Что получила? – Марина даже рассмеялась от абсурдности ситуации. – Он мне алименты по решению суда платит, и то через раз!
– Марин, ну я же не обвиняю, – примирительно сказала Света. – Просто говорю, что люди болтают. Может, не стоило так афишировать?
– Как афишировать? Я один раз в платье по двору прошла!
– Ну да, но такое заметное... – Света покосилась в сторону спальни. – А можно посмотреть?
Неохотно Марина показала платье. Света долго его рассматривала, щупала ткань, изучала ярлык.
– Действительно недешевое, – наконец сказала она. – А зачем тебе такое? На работу же не наденешь.
– На встречу одноклассников, – тихо ответила Марина.
– А, ну да. – Света хмыкнула. – Понятно. Показать всем, что жизнь удалась.
– При чем тут это? – Марина почувствовала, как внутри закипает обида. – Я просто хочу хорошо выглядеть!
– Ну-ну, – Света направилась к выходу. – Только учти, что люди всякое думают. Вот Тамара Ивановна вчера говорила, что, может, ты подработку какую имеешь... специфическую.
– Что? – Марина побледнела.
– Да ладно, не принимай близко к сердцу. Просто болтают от нечего делать.
После ухода сестры Марина села на диван и заплакала. Так вот что они думают! Что она каким-то неприличным способом зарабатывает деньги! За что такая несправедливость? За то, что решила порадовать себя красивой вещью?
Она вспомнила, как мечтала об этом платье, как долго выбирала в магазине, как радовалась покупке. А теперь эта радость превратилась в сплошной кошмар.
Телефон зазвонил поздно вечером. Звонила коллега Ирина.
– Марин, прости, что так поздно. Я тут в соцсетях увидела фото с тобой в белом платье. Очень красивое! Где покупала?
– Откуда фото? – опешила Марина.
– Да Оля твоя выложила, подписала "Мама готовится к встрече". Я и подумала спросить, а то у меня юбилей скоро.
Марина бросилась к компьютеру. Действительно, на странице дочери красовалось ее фото в новом платье с подписью и кучей комментариев. Большинство – восторженные, но были и другие.
"Откуда у разведенки такие деньги?" – написала какая-то незнакомая девушка.
"Видимо, развод пошел на пользу", – ехидно заметил еще кто-то.
"А я слышала, что она теперь богатенького дядечку нашла", – добавила третья.
Марина схватила телефон и набрала номер дочери.
– Оля! Зачем ты выложила мое фото?
– Мам, ну что такого? Ты же красивая в этом платье! Я хотела похвастаться мамой.
– Убери немедленно!
– Почему? – удивилась Оля. – Там столько лайков!
– Потому что люди пишут гадости!
– Какие гадости? – Оля явно не понимала, в чем дело.
Марина зачитала несколько комментариев. В трубке повисла тишина.
– Мам, я не знала... – виноватым голосом сказала Оля. – Сейчас удалю.
Но было уже поздно. Фото увидели, сохранили, обсудили. Марина чувствовала себя так, словно ее выставили на всеобщее обозрение и осуждение.
Утром она встретила во дворе незнакомую женщину, которая явно ее рассматривала.
– Простите, а вы Марина Владимировна? – подошла незнакомка.
– Да, а что?
– А я Валентина, мать Сергея из параллельного класса. Мы же вместе на встречу идем! Я вас по фото узнала, дочка ваша в соцсетях выкладывала.
Марина внутренне сжалась.
– Какое красивое платье! – продолжала Валентина. – Наверное, очень дорогое? Я вот думаю, что надеть, а то неудобно как-то рядом с такими нарядами стоять.
– Обычное платье, – устало повторила Марина заученную фразу.
– Да ладно, скромничаете! – рассмеялась Валентина. – Я в магазинах видела такие – от пятнадцати тысяч начинаются. У меня таких денег на одежду просто нет.
– А кто сказал, что у меня есть? – не выдержала Марина.
– Ну как же, платье-то на вас! – Валентина смотрела на нее с плохо скрываемой завистью. – Значит, есть на что купить.
Вечером Марина долго стояла перед открытым шкафом, глядя на белое платье. Оно висело там, красивое и невинное, а вокруг него кипели страсти, злословие, зависть.
Может, и правда не стоило его покупать? Может, нужно было остаться в своей серой безликости, чтобы не будоражить людские души?
Но ведь она никому зла не желала, никого не обижала. Просто хотела быть красивой на одном единственном вечере.
Марина сняла платье с вешалки и прижала к себе. Завтра встреча одноклассников. Она обязательно его наденет. Пусть говорят что хотят. Пусть завидуют. Она имеет право быть красивой. Она имеет право на это белое платье, даже если оно стало поводом для чужой зависти.
Потому что зависть – это проблема завидующих, а не тех, кому завидуют.