Ватикан не терял надежды на объединение церквей.
Папа за Папой делали попытки хоть как-то склонить Россию и обратить целую страну в католичество.
Кто бы мог подумать, но когда-то Святой престол всерьез рассчитывал обратить в католичество Ивана Грозного.
Мало того, царь сам спровоцировал такие мысли и обещал серьезно подумать.
Почему Ватикану ничего не обломились тогда в XVI веке, читайте в этой статье!
И вот католики нацелились уже на Петра Первого.
Ну тут надо сказать что с Петром смена веры могла бы и выгореть.
Другое дело, что он предпочел бы видеть вокруг себя протестантов, а не католиков.
Чрезмерная обрядовость русской православной церкви не нравилась царю, поэтому аскетизм протестантов однозначно пришелся БЫ ему по душе.
Да и на Западе схожесть православия и протестантизма признавали.
Православная церковь скорее может вступить в союз с протестантством, чем с католичеством, так как по своему вероучению она ближе к первому, чем к последнему.
В 1717 году Петр был у городе Париже, где мой миленький живёт.
Там сорбонские богословы собрались и написали царю письмецо с просьбой подумать хорошенько и объединить наконец-то западную и восточную церковь.
Россия ответила отказом.
Причем в ответном письме, указывалось только то, что такие вопросы решаются Вселенской церковью, а не царем лично.
С одной стороны дипломатичный ответ, а с другой это и не категоричный отказ о недопустимости таких предложений.
Тем более удивительно, что объяснять, почему русские отказались, кинулись протестанты.
Одной из причин называли желание царя всё-таки самостоятельно разобраться со своим духовенством.
Царю необходимо то, чтобы пребывающее в темном невежестве его духовенство само приобретало надлежащие познания.
С другой стороны было огромное количество вопросов, которые невозможно было решить ни уступками, ни полумерами.
Одним таким принципиальным вопросом был брак священников. И таких принципиальностей найдется воз и маленькая тележка.
Кроме того, православие уже настолько стало родным для простого народа. Эту прочную и глубокую связь сознавали и в Ватикане.
Может быть там надеялись, что очередной царь даст слабину и его возможно продавить. Ну а через царя и на весь народ католичество распространить.
Чтобы хоть как-то себя успокоить, такую глубокую веру народа католики обзывали фанатизмом.
Сам Петр слухи о возможном соединении православия и католичества называл безосновательными. Правда пишут об этом все те же протестанты.
Удивительная кстати ситуация образовалась.
Католики хотели и сами шли навстречу.
Протестанты вроде бы не хотели, но уж если бы пошли, то и в России нашелся бы один или другой государь, который бы тоже двинулся навстречу.
Невестушки для императоров как на подбор были протестантками.
Семейная пара и императоры Петр III и Екатерина II до брака и венчания на царство были протестантами.
Да и в принципе, около русского трона постоянно тёрлись протестанты.
Хотя, в XVIII веке задуматься об объединении двух церквей, которые уже стали настолько разными, могли разве только ... фанатики.
Вера стала частью жизни русского народа. Весь быт крутился вокруг религии, церковных праздников и постов.
У меня уже есть целая подборка о русском религиозном быте в глазах иностранцев.
Католики сами понимали насколько православие прочно вошло в жизнь народа и считали набожность русских чрезмерной.
И в то же время верили в прямом смысле слова в чудо, прямо как в случае с Иваном Грозным.
Вот на что надеялись католики?
И почему протестанты не стремились к объединению церквей? Ведь у них могло бы выгореть, по идее.