Утром дочка позвонила и сразу начала с претензий:
— Мам, ну зачем тебе эти козы? Ты же знаешь, что я против животных на даче. Одни хлопоты от них!
Я молча слушала знакомые аргументы про запах, грязь и лишние заботы. Аня всегда была практичной, даже в детстве предпочитала книжки грязным коленкам во дворе.
— Аннушка, — спокойно ответила я, помешивая створаживающееся молоко, — а ты знаешь, сколько я вчера заработала на сыре?
— Сколько? — недоверчиво протянула она.
— Восемь тысяч рублей. За один день.
В трубке повисла тишина. Потом дочь неуверенно произнесла:
— Мам, ты серьезно?
Я улыбнулась, вспоминая вчерашний день. Началось все полгода назад, когда соседка Марина Петровна предложила мне двух козочек.
— Валя, — сказала она тогда, — они же совсем ручные. И молока дают много. Только мне в городе их держать некуда стало.
Я долго сомневалась. Дача у нас небольшая, участок всего шесть соток. Но пенсия маленькая, а цены на продукты растут каждый месяц. Решилась.
Белочка и Рыжуха оказались настоящими характерами. Белочка — спокойная, рассудительная, а Рыжуха — хитрая проказница, постоянно находила способы сбежать с привязи.
Первые недели действительно были сложными. Я не знала, как правильно доить, корм покупала наугад, сарайчик пришлось переделывать. Аня приехала как раз в этот период и устроила настоящий скандал:
— Мама, что ты делаешь? Вся в навозе ходишь! Соседи жалуются на запах! А эта твоя Рыжуха вчера половину огорода Семёновых вытоптала!
Тогда я почти сдалась. Но старая соседка тетя Шура подсказала:
— Валечка, не слушай никого. У меня тридцать лет козы были. Лучше их нет животины для хозяйства. Только научиться надо.
Она показала мне, как правильно доить, чем кормить, как сыр делать. Оказалось, что бабушкины рецепты никуда не делись, просто все забыли о них.
Через месяц я уже получала по три литра молока в день. Часть пили сами — молоко было удивительно вкусным, ничего общего с магазинным. Остальное перерабатывала в творог и сыр.
Сначала угощала соседей. Марина Петровна попробовала мой сыр и ахнула:
— Валя, да это же настоящий деликатес! Где ты научилась так делать?
А потом подруга её, Людмила Ивановна, робко спросила:
— А вы не продаете случайно? А то в магазине такой гадости полно, а у вас натуральный.
Так началось мое маленькое дело. Сначала продавала знакомым, потом их знакомым. Сарафанное радио работало лучше любой рекламы.
— Представляешь, — рассказывала я Ане по телефону, — вчера приехала машина из города. Женщина заказала десять головок сыра сразу. Говорит, что у них ресторан, и они хотят работать только с натуральными продуктами.
— Мам, а ты уверена, что это законно? — забеспокоилась дочь. — Может, какие-то документы нужны?
Этот вопрос меня тоже волновал. Съездила в администрацию, все выяснила. Оказалось, что для личного подсобного хозяйства особые разрешения не нужны, главное — не превышать определенные объемы.
Вчерашний день запомнился особенно. Утром, как обычно, подоила козочек. Белочка дала полтора литра, Рыжуха — чуть больше литра. Хорошие девочки, старательные.
Пока молоко отстаивалось, покормила их свежей травой. Рыжуха, как всегда, попыталась стащить лакомый кусочек из кормушки Белочки, но та сердито мотнула головой — мол, знаю я тебя, разбойница.
К десяти утра молоко было готово для переработки. Добавила закваску, которую тетя Шура научила делать, и принялась ждать. Через два часа молоко превратилось в нежную простоквашу.
Самый ответственный момент — отжимание сыворотки. Здесь торопиться нельзя. Аккуратно выложила массу в марлю, подвесила над раковиной. Через четыре часа получился молодой творожный сыр — нежный, воздушный, с легкой кислинкой.
Но вчера делала не только творожный. Взяла часть молока, добавила другую закваску — для твердого сыра. Этот процесс сложнее, дольше, но результат того стоит.
Около трех часов дня приехала Елена Михайловна — постоянная покупательница. Она врач, работает в частной клинике, всегда покупает сыр для своих пациентов.
— Валентина Петровна, — сказала она, пробуя свежий творожок, — вы не представляете, какой переполох в нашей клинике! Все спрашивают, где взять такой сыр. У вас есть лишний?
Оказалось, что у меня как раз созрели три головки твердого сыра, которые делала две недели назад. Елена Михайловна купила все и еще заказала на следующую неделю.
Вечером заехали еще двое покупателей. Один — шеф-повар из ресторана, другой — хозяйка кафе. Оба хотели заключить договор на регулярные поставки.
— Понимаете, — объяснял повар, — сейчас люди ценят натуральность. Когда я говорю гостям, что сыр от местной фермерши, которая сама доит коз, — это вызывает восторг.
К вечеру я пересчитала выручку. Восемь тысяч рублей за день работы. Больше, чем моя месячная пенсия.
— Аня, — сказала я дочери, заканчивая рассказ, — понимаешь, эти «хлопотные» козочки дают мне не только доход. Я каждое утро встаю с радостью, знаю, что нужна, что мое дело приносит людям пользу.
— Мам, а сложно ухаживать за ними? — голос дочери стал заинтересованным.
— Первое время — да. Но сейчас это уже привычка. Утром подоила, покормила, вечером то же самое. Убираться приходится каждый день, но это полчаса максимум.
— А зимой?
— Зимой даже проще. Сено заготовила летом, сарай утеплила. Они неприхотливые, козы. Главное — правильно кормить и любить.
Через несколько дней Аня приехала на дачу. Я ждала очередных претензий, но дочь молча обошла хозяйство, погладила Белочку, которая доверчиво потянулась к ней мордочкой.
— Мам, — сказала она наконец, — а можно я попробую подоить?
Мы вместе пошли в сарай. Я показала, как правильно держать руки, как мягко массировать вымя. Аня сначала стеснялась, но Белочка оказалась терпеливой учительницей.
— Ой, получилось! — радостно воскликнула дочь, когда в ведерко зазвенели первые струйки молока.
Потом мы вместе делали сыр. Аня удивлялась, насколько это интересный процесс — наблюдать, как молоко превращается во что-то совершенно другое.
— Знаешь, мам, — сказала она, уезжая, — может, я была не права насчет хлопот. Это скорее... творчество какое-то.
Сейчас прошло уже три месяца с того разговора. Аня часто приезжает на выходные, помогает мне. Даже освоила рецепт сыра с травами — теперь это наш самый популярный сорт.
А вчера она сказала:
— Мам, а может, еще одну козочку купим? А то заказов много, а молока иногда не хватает.
Я засмеялась. Вот так «хлопоты» превратились в семейное дело, которое приносит не только доход, но и радость от совместной работы.
Теперь каждое утро, идя к козочкам с ведром, я думаю: а ведь если бы послушалась дочкины советы тогда, полгода назад, сидела бы сейчас на кухне, считала копейки до следующей пенсии. А так — у меня есть дело, доход и гордость за то, что смогла начать новую жизнь в свои шестьдесят лет.
Рыжуха встречает меня радостным блеянием, Белочка степенно жует сено. Они уже стали частью семьи, эти мои «хлопотные» помощницы.