В Санкт-Петербурге, не столице Российской Империи, а небольшом городке, том, что на реке Миссисипи, живёт, учится и старается стать настоящим человеком мальчик Том Сойер. Он обычный парнишка того времени, когда к рабам обращались на "ты" и могли продавать, в школе за провинность ломали о спину учеников не одну розгу, а мальчики и девочки на уроках сидели по разным рядам. Тома воспитывает тётка, тётя Полли. В доме живут так же его кузина Мэри и сводный брат Сид. Не смотря на баловство и неуёмный характер Томаса, его все любят, а когда с ним происходят настоящие взрослые неприятности, о нём взаправду начинают беспокоиться.
Станислав Сергеевич Говорухин из тех советских режиссёров, которые снимали популярное кино, считающееся и теперь классикой. Надо ли говорить о Место встречи изменить нельзя или Вертикали, Ворошиловском стрелке или Не хлебом единым? Он сравнительно немного поставил картин, однако практически каждую из них видело большинство зрителей старше сорока. И каждая имеет собственные идентификаторы под знаменателем особой манеры Говорухина. Это всегда простой, каким-то образом завораживающий, ряд сцен с прекрасными артистами в каждом кадре, не осуществляющими ничего лишнего, кроме магии на экране. В то же самое время Станислав Сергеевич много сделал для детского кинематографа. В том числе экранизировал великую повесть писателя Твена. Сделал это как всегда лаконично, содержательно и так, что по сию пору дети с восхищением смотрят на Машу Миронову, Федю Стукова и Владика Сухачёва (Галкина).
Говорухин самостоятельно адаптировал литературу американца, сохранив дух того времени, избавившись от некоторых основных персонажей (Джо Гарпер, с ним связано достаточно много приключений Тома, он был третьим на острове и так далее). Тем не менее, основная мысль автора не претерпела никаких изменений. В этом смысле знакомство с трёхсерийным фильмом вполне способно совершить первоначальный ликбез и предоставить ребятам дополнительные стимулы для ознакомления с оригинальным произведением. Тем более, что режиссёр, старался как мог, воссоздал живописную природу юга Соединённых Штатов, без особого ущерба для восприятия картины. Даже переделал грузовую баржу под пароход середины 19 столетия, которая смотрится словно настоящая.
Создатели сжали, и без того очень плотный на действия сюжет, предельно. Можно было бы, конечно снять ещё две серии, и тогда это было бы полноценное перенесение текста на экран. Только, видимо, телевизионный заказ был таков, что не позволял выходить за рамки отснятого материала. И, не смотря на несколько урезанный вид, мы будто не замечая недостающих эпизодов, следуем за Томом и Геком попятам. Будь то их первая встреча перед школой или ночная вылазка на кладбище, бегство на плоту от коварного и жестокого индейца Джо, раздельные приключения (Тома в пещере, Гекльберри по спасению вдовы Дуглас) и их объединение для очередного удивления городской публики. Все эти таинственные детские шалости, переходящие в авантюрные трюки, граничащие с риском для жизни, всё это мы переживаем с ними и как в первый раз умиляемся вместе с тётей Полли.
В то время, когда снималось кино, почти из каждого западного произведения старались выудить какую-нибудь мораль, чинно и благородно ложащуюся на идеологические представления о добре и зле. В данном случае такого нет и в помине. Всё, что сказал писатель Твен, всё нашло отражение без искажений в сторону политической конъюнктуры. Мы смотрим чисто американский быт, с их правилами и традициями, в сущности, не замечаем их, ибо фильм о детях, книга о детях, а они обладают удивительной способностью, растворять в своей непосредственности всякую идеологию. Делают своё дело, не озираясь на политкорректность и прочую чепуху.
Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна важное, очень редкого качества, кино, особенно для 1980-ых годов в нашей стране. Мы, разумеется, сочувствуем всем страждущим фильма, слуге Джиму, Маффу Поттеру, доктору Робинсону, вдове Дуглас и многим прочим во главе с Томасом Сойером и Гекльберри Финном. Здесь нет ничего, что могло бы раздражать или вводить в уныние, того, что способно опечалить или заставить придираться к неточностям пейзажей, текста первоисточника. Мы смотрим, любуемся и с ностальгией завидуем беспечности такого времени, когда сами бегали босыми, испачканными и вечно голодными. Пусть это бывало очень редко и в основном в деревне у тётушки-бабушки, но почему-то такие моменты навсегда сохраняются в памяти и никогда не улетучиваются из неё. И как же здорово, что нынешнее поколение десятилетних воспринимает это произведение ровно так же, как и мы тридцать-сорок лет назад.