Иногда я смотрю старые фотографии и не верю, что этот светлый мальчишка — теперь такой чужой мне человек.
Звали его Саша. В детстве был он добрым, мягким, таким, что и мухи не обидит. Рос без отца — тот исчез ещё до рождения. Мама моя, его бабушка, помогала нам как могла, а когда Саше стукнуло восемнадцать, она всё твердила: «Мужик должен сам себя прокормить. Пусть едет в город, работу найдёт. Мы же не вечные». Я тогда плакала ночами. Но отпустила — думала, пусть окрепнет, научится стоять на ногах.
Он уехал в большой город по знакомству, устроился в охранную фирму. Первые месяцы звонил часто. Голос всё тот же — добрый, ласковый. Присылал копеечки. Говорил, как скучает по бабушке, как будет стараться, чтобы мы ни в чём не нуждались.
А потом… всё начало меняться.
Сперва перестал звонить. На мои сообщения отвечал коротко. Скидывал деньги всё реже. А однажды и вовсе позвонил, сказал: «Мам, у меня теперь свои планы. Я взрослый. Помощь мне больше не нужна. Сами как-нибудь». Я тогда онемела. Словно мне в грудь нож воткнули.
Прошёл год. Он приехал неожиданно. Привёз какую-то девушку — высокомерную, с надменным взглядом. Бабушку назвал «старой склокой», а меня — «липучкой», потому что я обняла его при встрече.
Он снял комнату в городе, но вещи оставил у нас. Через несколько дней я, не выдержав, стала перебирать его сумку — хотела положить чистую одежду. И нашла там… блокнот. Маленький, с обрывками записей. Ноты, странные стихи, и одна фраза, выведенная твёрдо, с нажимом:
«Там, где любовь — слабость. Там, где слабость — боль. Не привязывайся. Никому. Никогда.»
Я читала это, и у меня руки тряслись. Это не Саша. Не тот, которого я растила. Это кто-то новый — с бронёй на сердце, с холодом в душе. Что же с ним случилось в этом городе?
Вскоре мы окончательно поссорились. Он обвинил нас в том, что мы навешивали на него обязанности, что из-за нас он упустил «большие возможности». Его девушка тогда стояла рядом, сжимала его руку и смотрела на нас с презрением. И я поняла — мой сын больше не живёт здесь, ни телом, ни душой.
Он уехал, и мы не виделись два года. Ни открытки, ни звонка. Только однажды — перевод на карту. 50000 рублей. Без подписи. Без слов.
Теперь я живу одна. Бабушка умерла прошлой зимой. Иногда мне хочется набрать номер сына, сказать: «Сашенька, я всё прощу. Только приезжай, поговорим…» Но потом вспоминаю ту фразу в блокноте. И сжимаю телефон в руках — так и не нажав на звонок.
Я не знаю, что именно сделало его таким. Люди, окружение, разочарования… Может, мы тоже где-то не так поступили. Но одно я знаю точно: любовь — это не слабость. Это то, что делает нас людьми.
Если история отозвалась в душе — поддержите подпиской. Впереди ещё много таких простых, но важных рассказов о жизни.