Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

Симптом как сцена невыносимого: о "повторениях" , которые мы не осознаем

Многие клиенты вновь и вновь оказываются в похожих ситуациях: нехватка денег, сложности в отношениях, отсутствие «энергии»…Как будто человек сам создаёт себе страдание. Почему? Эта статья — психоаналитический взгляд на то, как за «повседневными трудностями» может скрываться бессознательное сопротивление прикосновению к более раннему, невыносимому опыту. Будет полезна коллегам, которые хотят взглянуть на привычные жалобы через призму глубинной психодинамики. Введение Многие практикующие психологи сталкиваются с тем, что клиенты, казалось бы, бесконечно воспроизводят одни и те же жизненные сценарии: отсутствие денег, неудовлетворённость в отношениях, трудности с самооценкой, регулярные конфликты. На первый взгляд, эти повторы выглядят как результат привычек, неэффективных стратегий поведения или слабой мотивации. Однако психоаналитическая перспектива предлагает нечто иное: за этими повторениями стоят бессознательные сцены, в которых субъект пытается — в замаскированной форме — не прожить

Многие клиенты вновь и вновь оказываются в похожих ситуациях: нехватка денег, сложности в отношениях, отсутствие «энергии»…Как будто человек сам создаёт себе страдание. Почему?

Эта статья — психоаналитический взгляд на то, как за «повседневными трудностями» может скрываться бессознательное сопротивление прикосновению к более раннему, невыносимому опыту. Будет полезна коллегам, которые хотят взглянуть на привычные жалобы через призму глубинной психодинамики.

Введение

Многие практикующие психологи сталкиваются с тем, что клиенты, казалось бы, бесконечно воспроизводят одни и те же жизненные сценарии: отсутствие денег, неудовлетворённость в отношениях, трудности с самооценкой, регулярные конфликты. На первый взгляд, эти повторы выглядят как результат привычек, неэффективных стратегий поведения или слабой мотивации. Однако психоаналитическая перспектива предлагает нечто иное: за этими повторениями стоят бессознательные сцены, в которых субъект пытается — в замаскированной форме — не прожить травму, а удержаться от её прикосновения.

Это не просто повтор. Это — сопротивление как форма жизни, которую бессознательное выбирает вместо прикосновения к невыносимому. Цель данной статьи — показать, как феномен "простых повседневных трудностей" может быть рассмотрен как навязчивое повторение ранней психической сцены отсутствия, непризнанности, неинвестированности со стороны первичного объекта.

Повторение как форма защиты: фрейдовская модель

В работе "По ту сторону принципа удовольствия" (1920) Зигмунд Фрейд описывает феномен навязчивого повторения (Wiederholungszwang) как бессознательную тягу субъекта возвращаться в травматическую ситуацию. Это возвращение, однако, не является стремлением к удовольствию: напротив, оно удерживает психику в боли, чтобы не пережить разрушение.

Клинически это может проявляться как стабильное проживание в сценарии нехватки — например, отсутствие денег, ощущение постоянной зависимости, невозможность «встать на ноги». На уровне Я человек может рационализировать это как неудачу или "особенности характера". Но с точки зрения бессознательного — это отыгрывание, где субъект бессознательно выбирает оставаться в положении нуждающегося, чтобы не прикоснуться к более раннему, более разрушительному опыту — опыту абсолютного отказа, отсутствия желания Другого, символической ненужности.

Бион: контейнирование и "ужас без имени"

Уилфред Бион, развивая идею альфа-функции, описывает, как младенец проецирует непереносимые аффекты в мать, а она возвращает их в переработанном виде. Это и есть функция контейнирования. Если же мать не способна переработать проекцию младенца, она возвращается к нему в первозданной форме — как nameless dread, "ужас без имени" (Бион "Научение через опыт переживания, 1962).

Субъект, не получивший контейнирующего отклика, оказывается с несимволизированным опытом. В таких случаях психика создаёт вторичные формы удержания — сценарии, в которых всё плохо, но "терпимо плохо". Повторяющееся чувство, что "не хватает денег", "меня не видят", "мне не хватает сил" — это не боль, это способ не попасть в более разрушительное переживание: "меня нет как желанного субъекта".

Андре Грин: мёртвая мать и негатив

Андре Грин добавляет к пониманию защитной функции повторения концепт "мёртвой матери" и "негативной клиники". В таких состояниях пациент может не предъявлять активных жалоб, но живёт в обескровленной, психически обесточенной реальности. Он не депрессивен в классическом смысле — он лишён психического пространства желания.

Это происходит, когда мать эмоционально исчезает (в депрессии, в враждебности, в отстранении), и ребёнок сталкивается не с агрессией, а с отсутствием. В таких случаях формируется то, что А.Грин называет "дыра в психике", и именно её бессознательно старается не почувствовать взрослый человек, воспроизводя привычные, но терпимые страдания.

Клиническое измерение: как повторение проявляется в практике

В практике это может проявляться через кажущиеся мелочи:

  • Пациентка срабатывает с клиентами в убыток себе — снова и снова забывает обсудить оплату, назначает сессии бесплатно, теряет деньги.
  • Мужчина, находясь в партнёрских отношениях, постоянно попадает в роль "лишнего" — его не приглашают, о нём забывают, его включают постфактум.
  • Молодая женщина откладывает устройство на работу — но не из страха провала, а как будто всё в ней сопротивляется быть встроенной в социальную структуру.

Каждый из этих случаев — повторение невыносимой сцены, где субъект не был замечен, не был удержан, не был желанным объектом. Повторяя частичный сценарий, он бессознательно говорит: "я готов страдать, лишь бы не вернуться туда, где меня не было вовсе."

Заключение

То, что на уровне Я воспринимается как обычные сложности (деньги, работа, признание), в аналитическом пространстве может оказаться отыгрыванием первичного отказа — той самой травматической сцены, в которой субъект впервые пережил не символизированную форму отсутствия.

Психоаналитический взгляд позволяет увидеть, что не всякий симптом стремится к исцелению. Некоторые из них - это укрытие, временная структура, форма жизни, которая удерживает от распада. И только там, где появляется возможность удержать бессознательное и назвать его, может начаться другой процесс — процесс возвращения себе своей истории, желания и субъективности.

Иногда одна фраза пациента может сказать больше, чем абзац теории:

Пациентка рассказывает: я всё время чувствую себя лишней. Я смотрю на людей и думаю: они живут, а я — нет. И когда кто-то ко мне приближается, я шепчу внутри: не терпи меня, уйди. Потому что внутри я всё равно знаю — меня не должно было быть." — этот фрагмент из практики не нуждается в интерпретации. Он уже говорит голосом бессознательного. И наша задача — удержать этот голос, а не заглушить его диагнозом.

В завершение хочется оставить не точку, а запятую. Ведь мы, психологи, тоже сталкиваемся с бессознательным сопротивлением — не только у клиентов, но и в себе: в усталости, в повторяющихся паттернах, в желании «ничего не чувствовать».

Что вы сами наблюдали у клиентов, что могло бы быть таким повторением, «отыгрыванием» — но не проблемой поведения?

Поделитесь в комментариях — это поможет нам всем лучше слышать то, что обычно не оформлено словами.

Автор: Пахомова Элина Сергеевна
Психолог, Психоаналитически ориентированный

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru