Первый общеизвестный призыв к свободе, равенству и братству заткнулся на гильотине. Теперь каждый младшегруппник знает, что вседозволенность ведет не к светлому будущему, а к психозу, далеко не светлому, если что. Так что ж теперь со всех сторон сплошь вечный мрак? Не все так однозначно.
Сохранить личную свободу от социального, культурного, семейного и прочего контекста практически невозможно. Во-первых, потому что сама личность является продуктом (дурацкое слово, но продукт же) всего этого. Супер Эго там всякое, персона, деятельность, коммуникация и всяческие ее нарушения, куда ж без них. Личность формируется в среде, иначе Маугли, - известное. Без среды не будет четверга и пятницы, а без Пятницы - Робинзона. А без Робинзона Пятница не заговорит по-английски, не наденет камзол и не поплывет в Лондонград оцивилизовываться.
Кадр из мультфильма Маугли. Режиссер Роман Давыдов. 1973 год. Смотрят, как ты идешь на работу.
Французские просветители, типа Руссо, а также первобытные антропологи (то есть, антропологи XIX века) придумали, что примитивные племена Тробрианских островов и прочего Сулавеси жили себе при первобытном коммунизме, равенстве и братстве. И что нам бы тоже такое неплохо. Мда. Это сейчас известно, что Руссо был тот еще псих и что на тропических островах никакого равенства, а только жесткая политика «не высовывайся и будь как все, ибо нефиг». Пару сотен лет назад много чего себе представляли интересного - людей там с песьими головами, город Солнца и всяких разных морских чудищ (рептилоиды отдыхают). Воображение - двигатель прогресса, и регресса, и не двигатель, а само по себе, но иногда материализуется, иногда материализуется наоборот. Пойди разбери, как это работает.
Кадр из фильма Распутник (Le Libertin). Режиссер Габриэль Агийон. 2000 год.
Вернусь к контенту, то есть, к содержанию, то есть к меню. Где найти такой список, в котором свобода была бы среди главных блюд? Или ее лучше на потом? Потому что до нее дорасти надо, предварительно насытиться и разомлеть. Иначе во все тяжкие, смотри первый абзац - там не про абзац, там про психоз от вседозволенности, особенно натощак. Тощак отменяется. Сначала зона комфорта, закрытие базовых потребностей (ну, хотя бы первый миллиард освоить) и чтобы дети выросли уже и не нервировали. Вот тогда заживем.
Кадр из мультфильма Трое из Простоквашино. Режиссер Владимир Попов. 1978 год.
Тогда можно уйти в даосскую философию, которая называется философией 60-летних, или в районную поликлинику - кому что сподручнее, ибо, как вещают мотивационные спикеры, мы получаем не то, что заслуживаем, а то, что нам соответствует. Ну да, надо же как-то объяснить спонтанность, непредсказуемость и непостижимость вселенских процессов. И несправедливость. Иначе вообще непонятно, нахрена все это. Не каждому ведь дано принять Иринейскую теодицею про то, что страдания и бесконечные ограничения нам только на пользу. Может, во втором веке они кому-то и были на пользу, но сие подтвердить или опровергнуть теперь уже проблематично. Хотя от боли и начинаешь видеть дальше, больше и ширше, но это все та же боль, только в профиль.
Восемь Бессмертных (Ba xian).
Бесконечные ограничения - вроде как противоположность свободе. При свободе вроде как все дозволено. А нет, это Ивану Карамазову такое привиделось, он же потом вроде как тоже умом тронулся наподобие Руссо. Я сейчас никому диагнозы не ставлю, не имею на это ни должного образования, ни досконального знания случаев. Нужные ограничения соблюдаю или, по крайней мере, пытаюсь соблюдать, чтобы уж совсем окончательно в психоз не отъехать, рано еще, вроде как. Слова-паразиты сигнализируют об обратном. Поработаем над стилем, урежем и ограничим, чтобы мысли в кучку собрать и не уходить в морализаторство, менторство и резонерство.
Кирилл Лавров в роли Ивана Карамазова в фильме Братья Карамазовы. Режиссер Иван Пырьев. 1968 год.
На старости лет свобода может быть от юношеских фантазий и планов на будущее, еще от здоровья может быть, от родственников, от друзей, от памяти (для кого-то это облегчение и даже счастье), от огромного круга возможностей, который - раньше после 45, теперь чуть позже - начинает предательски сужаться. 90-летние японские деды на спорте - не про свободу, а про одержимость и страх смерти. Но это всего лишь мой хамбл опиньон.
Кадр из мультфильма Сказка о рыбаке и рыбке. Режиссер Михаил Цехановский. 1950 год.
Про свободу для малолетних ничего не знаю, не видела такого. Думаю, сие состояние вообще не зависит от возраста, а зависит от уровня развития сознания. Чуть не написала мозгов. Мозги в юности еще не выросли, в старости уже не выросли, в среднести заняты выживанием и приспособлением. Не до вольностей тут нигде и никак. А вот сознание с возрастом все-таки некоторым образом связано. Если притянуть сюда Дэвида Бома с его разворачивающимся и раскрывающимся скрытым порядком, то можно предположить, что сознание, как свойство вселенского чего-то там, проявляется со временем. Зависит ли это от воспитания, образования, общего культурного и физиологического уровня и финансового благополучия? Зависит. От всего зависит. Оно же проявляется в материальной среде, на материальных носителях, озабоченных материальными проблемами.
Кадр из фильма Космическая Одиссея 2001 (2001: A Space Odyssey). Режиссер Стэнли Кубрик. 1968 год.
Тогда получается, что свобода как субъективное ощущение, является функцией сознания, обнаруживаемого где-то в кожаном мешке с потрохами и, возможно, в его окрестностях. Получается, что бороться и сражаться за это субъективное ощущение толку чуть (хотя кто запретит, за шесть тысяч лет от сотворения мира многие пытались), а вот культивировать и развивать можно. Развивать в первую очередь видение своего сознания. Не осознанность. Я вам здесь не про это, про это много где в других местах понаписано. Я же здесь про непопулярное. Не про ясность (стоячей воды как в дзен), а про очевидность - осталось только глаза разуть.
Кирк Дуглас в роли Спартака в фильме Спартак (Spartacus). Режиссер Стэнли Кубрик. 1960 год.
Словосочетание «свое сознание» мне не нравится, потому что не знаю, свое оно или божественное, космическое, цифровое, информационное, матричное или какое еще. Может, мне удается улавливать только его тень, отголосок, затухающую волну, проекцию, трехмерную или, может быть, даже одномерную. С какого боку тут я и моя личность? Не знаю.
Доктор Манхэттен. Кадр из фильма Хранители (Watchmen). Режиссер Зак Снайдер. 2009 год.
Знаю только, что, по крайней мере для меня, видовая, личная, социальная, материальная, идеологическая (мемская) свобода невозможна. Это как часть не может быть свободной от целого, к которому принадлежит. Принадлежность всегда предполагает несвободу, зависимость, связанность и иногда даже тихое семейное счастье.
Так существует ли меню, где в списке свобода? Для меня - да. Где? В сознании, где ж еще. Если сознание это ведическая Пустота, невыразимая темнота Дао, свойство физического пространства с гравитацией как побочным эффектом информационных вычислений, то чего бы там не поскакать и не попрыгать, не попрятаться и не понаходиться. Главное, периодически в реальность и материальность возвращаться, есть, спать, разговаривать и в туалет ходить, а то обратная крайность имеет под собой все тот же психоз. Не будем так. Будем свободными, по крайней мере, от психоза. От невроза сложнее, невроз пока оставим, как нужный в хозяйстве ограничитель и оберегатель. Всему свое время. И пространство. И меню.
Кадр из фильма Достучаться до небес (Knockin' On Haven's Door). Режиссер Томас Ян, сценарист Тиль Швайгер. 1997 год.
Все фотографии взяты из открытых источников