Наверное, многие мечтают расти в такой семье, как моя. Когда с детства ни в чем не знаешь отказа. Когда тебя одевают и лелеют, как фарфоровую куклу. Исполняя любые капризы и желания. И никто не думает о том, что у всего есть обратная сторона. И в моем случае это жесткий, влиятельный отец, который полностью распоряжается моей жизнью. Да, я могла попросить любой гаджет или игрушку в детстве, любую ювелирку, машину и даже яхту после окончания школы, но в чем-то большем, чем материальные вещи, мое мнение никогда не принималось во внимание. И хуже всего стало, когда я выросла.
Отец воспринимал меня как еще один актив, который надо выгодно пристроить. Конечно, он по-своему заботился обо мне, выбирая достойного мужа. Но считал, что самым лучшим решением будет совместить приятное с полезным. То есть обеспечить мне безбедное будущее рядом с серьезным мужчиной. И одновременно укрепить с моей помощью свои позиции в бизнесе и иерархии. Идеальный тандем, к поиску которого он подходил со всей тщательностью. А что думала об этих планах я, его никогда не интересовало. Скорее всего, считал, что я благодарна ему за заботу.
Почему-то многие, включая собственного отца, и раньше и сейчас воспринимают меня пустоголовой куклой. Не понимаю, откуда берется это убеждение, если учесть, что училась я всегда хорошо. Легко постигала иностранные языки и играючи обыгрывала одноклассников в шахматном кружке. Возможно, причиной всему моя внешность, доставшаяся от мамы. Она и в молодости была красавицей, и сейчас отлично выглядит. Мы очень похожи. Нас иногда даже принимают за сестер. Вот только характеры совершенно разные. Ее устраивает властный муж, который полностью держит ее жизнь под контролем. А меня нет. Правда, мне это не сильно помогло. Замуж меня все-таки выдали.
Как только к нам домой регулярно стал захаживать Борис Казанцев, я сразу поняла, что дело плохо. Масляные взгляды не оставляли сомнений в его интересе. А долгие разговоры с отцом за закрытыми дверями кабинета и покровительственное поведение со мной, словно я уже ему принадлежу, показывало, что они с отцом этот вопрос уладили. В первый же вечер я погуглила информацию о мужчине и ужаснулась. Вереницы моделей из эскорта, постоянно окружающие его, фото пьяных вечеринок с представителями элиты. И это еще самое безобидное из найденного в сети. Я пыталась уговорить отца, хотя понимала, что это бессмысленно. Он лишь отмахивался. Твердил, что женщина создана украшать своим присутствием дом. А лезть в мужские дела у нее не хватит ума.
Как раз умом-то меня природа не обделила. И упрямством тоже. Но вот борцом на баррикадах я никогда не была. И жить в достатке привыкла. Послать все к черту и уйти было страшно. Я только закончила институт. Ни дня нигде не работала. Друзей, к которым можно податься, не имела. И все-таки попробовала сбежать. Слишком уж не хотела ложиться с Казанцевым в постель. Но продержалась на воле недолго, всего лишь до вечера. Даже нашла себе временный ночлег. А потом сильно проголодалась и купила еды, оплатив картой. По ней меня и вычислили. Когда отцовская охрана приехала за мной, я не сопротивлялась. Во-первых, бесполезно. А во-вторых поняла, что допустила стратегическую ошибку. К побегу надо было готовиться. Самое сложное не сбежать, а понять, что делать потом. Где жить, что есть. Откуда брать деньги. И как сделать так, чтобы тебя не искали.
Первые полтора года после замужества я все же пыталась приспособиться. Надеялась, что смогу жить своей жизнью, по-минимуму пересекаясь с мужем. Казалось, это несложно. Борис все время был в делах и разъездах. Дом у нас огромный, спальни разные. А я сделала все, чтобы мою он посещал как можно реже. Причем, играть мне вообще не пришлось. К сексу всегда относилась равнодушно. Я досталась мужу не девственницей. Еще в институте специально избавилась от нее с однокурсником, который не побоялся встречаться со мной. Все знали, кто мой отец. И преподаватели, и студенты. Меня обходили стороной и боялись задевать. В чем-то такое отношение приносило пользу. Но зато лишало подруг и свиданий с парнями. Большинство из них опасались, что им оторвут кое-что важное из-за романа со мной.
На самом деле я никогда не мечтала о большой любви. Даже во времена романтической юности. Мужчины всегда вызывали у меня настороженность. Особенно, наделенные деньгами и властью, как мой отец. Я бы к ним на пушечный выстрел не подошла, если бы могла. Быть может, потому что перед глазами всегда был пример родителей. Не успокаивало даже то, что мама с отцом любят друг друга. Хотя это редкость в семьях, где мужчина по щелчку пальцев может заполучить любую понравившуюся женщину. Маму он так и заполучил, но все же постарался приручить. А потом между ними появились чувства. Ему повезло, что она спокойно подчиняется его власти. Я не такая.
Моими стараниями сейчас Борис не чаще раза в месяц появляется в моей спальне. Во время близости я обычно лежу безучастным бревном. И это не притворство. Именно так себя чувствую. Моя женская природа не успела пробудиться. Ни во время недолгих встреч с однокурсником. Ни тем более, после замужества. В самом начале, когда Борис еще пытался как-то заботиться о моем удовольствии, временами казалось, что мое тело вот-вот откликнется. Но для этого мужу надо было постараться. А он слишком быстро выдыхался и сосредотачивался только на себе. В результате от своих пальцев я получала разрядку сильнее, чем от его вялых колыханий на мне. Но зато моя безучастность быстро отвадила его из супружеской постели. Что меня полностью устраивало.
И можно было бы хоть как-то жить, если бы ситуация не усугублялась наклонностями Бориса и ухудшением здоровья моего отца. Около года назад из-за болезни ему пришлось отойти от дел и передать большую их часть зятю. На мужа это повлияло в худшую сторону. Впрочем, как и любая бесконтрольная власть. Живущая в нем потребность в подавлении и унижении с каждым днем становилась все сильнее. Пока он отыгрывался на эскортницах и подчиненных. Но я чувствовала, что недолог тот час, когда муж захочет поставить на колени меня. Не раз ловила его предвкушающие взгляды, от которых мороз по коже. Чтобы прощупать почву, попробовала заговорить о разводе. И получила предсказуемый ответ, что этого никогда не будет. Пока отец был в силе, его положение хоть как-то защищало меня. Но когда баланс изменился, муж все чаще позволял себе неприятные высказывания в мой адрес. А однажды попробовал ударить. Тогда я не стала терпеть, понимая, что перешагнув эту грань, он уже не остановится…
Когда Борис замахнулся на меня, впервые в жизни, не только супружеской, но и вообще, мне пришлось пойти на открытую агрессию. Я не стала отшатываться, страх жертвы еще больше раззадоривает таких, как он. Наоборот, выпрямилась, заставляя себя оставаться на месте. Схватила с кухонного стола нож. И, глядя ему в глаза, процедила:
— Тронешь меня, вот этим ножом ночью зарежу. Будешь в могиле гнить, а меня папочка вытащит.
Несколько секунд муж ошарашено таращился на меня, явно не ожидая такого отпора. Но разгоравшаяся в его взгляде ярость быстро сменилась странной задумчивостью. Криво усмехнувшись, он попытался обратить все в шутку:
— Наконец-то вижу характер Быстрицкого. А то уже стал забывать, чья ты дочь, — произнес с показным удовлетворением. — Детка, ты меня не так поняла. Я просто немного вышел из себя. Ну давай, девочка, брось нож. Какой у тебя, оказывается, темперамент. А что ж ты его в постели не проявляешь? Пойдем, покажешь мне, какая ты горячая…
Естественно, ничего я ему показывать не стала. Наоборот, еще больше заморозилась. Удостоилась разочарованного «снежная королева». И наша сексуальная жизнь на этом практически умерла. Борис еще изредка предпринимал попытки завести наследника. Но с каждой неудачей его азарт все больше таял. А я регулярно возобновляла тайные уколы противозачаточных, опасаясь держать в доме такие таблетки. Если бы муж их нашел, мне бы не поздоровилось. Но и рожать от морального урода, а главное, давать мужу еще один рычаг управления мной, не собиралась.
Следующие несколько дней после того случая я размышляла, сопоставляла и анализировала. Задумчивые взгляды Бориса со странным, затаенным огнем в глубине не позволяли отпустить ситуацию. Все, что произошло, было серьезным тревожным звонком. Я слишком хорошо понимала, что это пока только первый шаг. Мое сопротивление остудило мужа лишь на время. Но он уже предвкушает полную власть надо мной. И обязательно попытается это желание воплотить. Если я хочу сохранить рассудок и свободу, нужно, чтобы к тому времени меня уже не было в этом доме.
Во мне наконец созрело и оформилось острое и, по сути, единственное желание — самой распоряжаться своей жизнью. Причем, вдали от всех этих властных мужчин, так легко превращающих женщин в свои игрушки. Я начала тщательно и продуманно готовиться к этому. Слишком многое требовалось учесть и принять во внимание. А каждая ошибка в плане могла дорого мне обойтись. Я знала, что идти к отцу бесполезно. Сейчас он уже не решится открыто противостоять Казанцеву, даже ради меня. А если все же попытается, вряд ли это закончится хорошо. Я до сих пор не простила родителям насильного замужества. Но не хотела, чтобы из-за меня их жизни что-нибудь угрожало.
И вот когда я уже близка к воплощению своих планов, когда потрачена куча времени, сил и средств. Почти закончена подготовка, появляется этот тип, и все летит к черту. Очередной властный мужик решает за меня мою судьбу. Мало того, теперь Борис начнет меня искать. И может наткнуться на то, что не предназначено для его глаз. Не зря я так много сил уделяла конспирации. А теперь все это под угрозой. Лишь потому, что еще один хищник из местных джунглей решил, что я — удачный способ пошатнуть моего мужа. Ну так и расправлялся бы с ним своими методами, не втягивая меня в мужские разборки. Да только Глеб Прохоров в этом плане ничем не лучше Бориса или отца.
Конечно, я сразу поняла, к кому меня доставили. Даже раньше, чем увидела. Уж не знаю, почему, но глаза мне не завязывали, волоком не тащили. Только отобрали телефон. А в шикарный кабинет на последнем этаже самой известной в городе высотки привезли на обычном лифте. И по коридору провели. Так что золотую вывеску на входе в офис я увидела. А кто за ней стоит, уже знала. Слышала, как муж, разговаривая с подручными по телефону, не раз упоминал эту фамилию, исключительно вместе с нецензурными оборотами и угрозами. Заинтересовавшись, поискала информацию в сети. И удостоверилась, что этот человек из той же стаи, что и Борис. Даже, помню, помечтала, что они сожрут друг друга. А я стану вдовой. Но никак не предполагала, что мне в этом спектакле уготовят главную роль. Ну да, нашли дурочку.
А сейчас этот Прохоров с видом благодетеля кидает мне, как голодному псу, кость. Возможность отомстить. Он, конечно, правильно рассчитал, что мужа я ненавижу. Так сильно, как никого в жизни. Скорее всего, я себя все же выдала. Видела, как вспыхнули торжеством темно-серые, как омут, глаза. Да, на первый взгляд его предложение мне выгодно. Можно было бы воспользоваться помощью сильного союзника, чтобы избавиться от ненавистного брака и получить свободу. Но дело в том, что я ни на секунду этому мужчине не доверяю. Для таких, как он, я — расходный материал. Никто не помешает ему получить от меня то, что хочет, и тихо избавиться, закопав в ближайшем лесу. Или устроить «случайную» аварию.
Но даже если он не настолько кровожаден в своих планах. И не планирует меня убивать, все равно в его предложении полно белых пятен. Даже не зная всего, я сходу вижу основные. Например, самый банальный: мертвому человеку свобода не нужна. Этот тип всерьез рассчитывает, что муж простит мне участие в его разорении? Похоже, меня считают еще большей дурой, чем ожидала. Но я-то знаю, Борис — крайне мстительный человек. Он ни за что не забудет унижения и предательства. А именно так расценит мое поведение со своей стороны. Значит, мне все равно придется исчезнуть. А тогда зачем мне Прохоров? Чтобы помочь ему получить желаемое и заодно побыть мишенью для мужа? Очень «заманчивая» перспектива!
Вот почему предложение похитившего меня мужчины даже не собираюсь рассматривать. Он явно считает меня пустышкой и особо не скрывает этого. Иначе с чего бы ему думать, что я с удовольствием поменяю одну золотую клетку на другую. Наверняка ведь озаботился изучением моей биографии. Но конечно решил, что красный диплом я получила за красивые глаза. А точнее, за деньги отца. Все окружающие так думают. И этот не исключение. Еще одна причина бежать. Невыносимо надоело быть очаровательно-недалекой дочерью Быстрицкого и женой Казанцева.
Старательно игнорирую попытку откровенного давления нависшего надо мной Прохорова. Делая вид, что наглое вторжение в мое личное пространство нисколько не смущает. И с особым удовольствием бросаю ему в лицо твердое «нет». А потом с затаенным злорадством наблюдаю, как с по-мужски красивого лица исчезает это снисходительное выражение. А в глазах появляется опасный огонек. Но уж лучше пусть злится, чем строит из себя моего благодетеля. Готовлюсь к всплеску гнева. Но мужчина хорошо держит себя в руках. Снова садится за свой стол, складывает на нем крупные ладони с длинными пальцами. Усмехается, глядя мне в глаза. И равнодушно интересуется:
— Ты хорошо подумала?
Говорит вроде бы спокойно. Но это показное равнодушие не обманывает. Я знаю, что сейчас начнется следующий этап «переговоров». Думаю, он будет гораздо более откровенным, чем предыдущий. Изображать из себя радеющего о моем благе человека Прохорову больше нет смысла. А значит, он откроет карты до конца. Даже не сомневаюсь, что у него там еще много чего припрятано. Вопрос лишь в том, какого уровня будут его угрозы. И что делать, если проигнорировать их я не смогу?
Продолжение следует...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод не предусмотрен", Инна Разина❤️
Я читала до утра! Всех Ц.