Дмитрий Соколов, 42-летний архитектор из Санкт-Петербурга, проектировал будущее в прямом и переносном смысле. Его руки превращали эскизы в небоскрёбы, а вечера он посвящал семье: жене Елене, сыну-подростку Артёму и матери Галине Петровне, переехавшей в Германию после смерти мужа. Казалось, судьба благоволит ему — до того дня, когда в дверь постучали... — Дмитрий Игоревич? Вы подозреваетесь в мошенничестве при заключении контракта на реконструкцию исторического здания, — произнёс следователь, протягивая постановление о возбуждении уголовного дела. Обвинение звучало абсурдно: якобы Соколов подделал документы, чтобы выиграть тендер. Мера пресечения — подписка о невыезде. — Это ненадолго, — успокаивал адвокат. — Докажем невиновность. Но «ненадолго» растянулось на 8 лет. Подписка о невыезде стала невидимой клеткой: Самый страшный удар — смерть Галины Петровны. Она так и не дождалась сына в Германии... — Почему вы не приехали? — спрашивали родственники на похоронах.
— Суд запретил покидать