— Юль, ты же только на недельку? — Мария Ивановна держала ключи в руке, как будто это не ключи от дачи, а самое дорогое, что у неё есть.
— Да что вы, тёт Марь, ну конечно! На недельку, ну может, на две… Отдохну, проветрю голову. Мне ж после развода — сами понимаете, тяжело.
Она говорила, потупив глаза, аккуратно теребя замшевую сумку.
Мария глянула на Юрия Викторовича. Тот пожал плечами. Дескать, нам-то что? Всё равно в Сочи едем — к Аленке, внуков нянчить. Пусть поживёт, не чужая ведь.
И они уехали.
В поезде они с мужем вспоминали, что учудили их дочь совсем недавно.
Это произошло почти внезапно, хотя, если честно, Мария Ивановна чувствовала: что-то происходит. Женское сердце, да ещё материнское — оно ведь заранее знает, когда что-то назревает.
Дочь, Алена, в последние месяцы всё чаще появлялась не одна. Сначала — просто «коллега», потом — «знакомый», потом — «ну ты его видела, мама, как ты думаешь, он тебе как?» А потом… А потом — один звонок и один разговор на кухне, который всё расставил по местам.
Алена пришла вечером. Бледная, но в глазах — блеск. Села, руки сложила перед собой.
— Мама, пап… Я снова выхожу замуж.
Мария тогда замерла с кастрюлей в руках. Юрий снял очки.
— За кого? — спросил он удивлённо.
— За Лешу. Ты его знаешь, пап. Он айтишник. У него контракт в Сочи, мы переезжаем. Я… беру с собой детей.
И вот тут Мария почувствовала, как земля ушла из-под ног.
— В Сочи? А мы?.. А как же?..
— Мама, — Алена вздохнула. — Я устала жить в этом городе. Всё время всё по кругу. Работа, садик, школа, разборки с бывшим, эти пробки, вечная усталость… Леша сделал мне предложение. Я, Артём, Полина, мы хотим начать жить по-новому.
— А ты уверена? — голос Юрия был напряжён. — Второй раз — это не шутка. Ты ж с первым-то тоже вначале хорошо жила…
— Лешу я люблю. Он всё делает для нас. Он детей моих как своих любит. Артём его уже папой называет.
Мария села.
— Так ты уезжаешь… совсем?
— Мама… ну да. Мы же будем приезжать. Или вы к нам. У нас там квартира в новостройке, три комнаты, море в двадцати минутах. Полина будет дышать морским воздухом. Артём в хорошую школу пойдёт. Я смогу наконец перестать работать на износ. Там жизнь пойдёт по-другому.
Она говорила, и в её голосе слышалась решимость.
Через две недели они уехали.
Алена прислала фотографии — улыбается, волосы вьются от влажности, лицо — свежее, как будто сбросила пять лет.
А через месяц она позвонила:
— Мам, может, вы с папой к нам летом приедете? На три месяца, а? Поможете с детьми, пока я с Лешей втянусь в работу. У нас тут садик частный, но дорогой, а бабушкины руки, ты же знаешь — бесценны. Родители согласились.
***
Всё лето Мария и Юрий нянчились с удовольствием с внуками. Вернулись в начале сентября и решили посмотреть дачу.
— Не поняла… — Мария Ивановна стояла посреди веранды, морщась. — Это что тут… за прит..н?
На кухонном столе — пластиковые стаканчики, пустая стеклотара, везде мусор.
— У нас тут что, вечеринка была?
И они начали наводить порядок.
Они нашли Юлю только под вечер. Та приехала на такси и шла к дому уверенной походкой деловой дамы. Сумка — дорогая, фирменная, смартфон — новый, «яблочный», и выражение лица — как будто она делает им одолжение.
— Ой, вы уже вернулись? Я думала, позже приедете…
— Ты… что ты тут устроила?! — Мария Ивановна еле держалась. Щёки горели, пальцы дрожали.
— Что? Я просто… пару раз друзьям ключи давала, ну чтобы не пустовало. Дом же стоит, а я людям отдых устроила. Всё культурно!
— Ключи давала?! — Юрий Викторович наступил. — А нас ты спросила?
— Ну… вы же сказали: «Юля, пользуйся». А что вы думали? Я тут картошку сажать буду?
Через неделю пришло письмо. Из налоговой.
Мария Ивановна открывала его с недоумением. Пока читала, губы побелели. Она села прямо на табурет в коридоре, уронив бумагу.
— Юра… Они… Они штраф наложили. Говорят, я предприниматель без регистрации! Я… я кто?! Я? Мария Ивановна? Предприниматель?!
Соседи написали коллективную жалобу — по ночам музыка, крики, брань. Даже вызывали полицию. Участковый, к которому женщина пришла узнать что в их отсутствие происходило на даче, кивал сочувственно, но развёл руками:
— Вы, Мария Ивановна, собственник. Все с вас и спрашивают.
Юрий Викторович хлопал себя по лбу:
— Мы ж только детей повидать хотели! А тут такое — позорище на весь посёлок!
Юля сначала шутила.
— Да ладно вам, штраф! Пару тысяч, не победнеете.
Но это была не пара тысяч. Это была огромная сумма.
Как только Юля узнала сколько, она исчезла.
Мария Ивановна консультировалась с юристом и поняла, что раз она собственник дачи, то доказать, что она не имела отношения к аферам Юли будет сложно. Юля может просто сказать, что все действия совершала по поручению тёти из благих намерений за бесплатно.
Пришлось искать деньги.
Супруги продали дачу и квартиру. Переехали в небольшой посёлок, поближе к детям. Сад и яблони на их бывшей даче остались только во снах.
— Жаль, конечно… — Юрий обернулся, когда уходили.
— Не жаль, — тихо сказала Мария. — Сама судьба распорядилась так, чтобы мы переехали. Всё к лучшему, мы сейчас дочери и внукам нужнее.
А Юля? Связалась с одним молодым и красивым мужчиной. Тот её и обокрал в первую ночь после знакомства. Аферистом оказался. Юля подала заявление в полицию, но его не нашли, ловким был.
Спустя время, Юля поняла, что заслужила такой урок. Но уже ничего не могла исправить. Даже прощения попросить у Марии Ивановны, которая просто не отвечала на её звонки и больше не жила по старому адресу.
Все плохие поступки имеют свойство возвращаться проблемами и неприятностями. Такова жизнь.