– А как же Маркс? Даже он признавал, что материя первична, а сознание вторично? Да что же, Владимир?!
– Николай, твой Маркс, по сути, аферист, ничего не добился и не доказал! Кинул дрожжей в унитаз, обозлил угнетённые пассионарные массы и склеил ласты накануне великих потрясений.
Под эти кухонные споры в коммунальной квартире на окраине города N наступало утро! Удивлённый Владлен проснулся от непривычных утренних криков Коли Вани, Изольда Станиславовна набиралась храбрости выйти и приготовить завтрак, Айгуль и Валера, лёжа под одеялом, с опаской думали, стоит ли вообще выходить.
Кухонный стол с остатками алкоголя, крошками чёрного хлеба, банками из-под кильки и засохшим сыром был полем битвы. Битвы не физической, а ментальной, хотя и пропитанной густым запахом перегара, невысказанной тоски и верой в свою правоту.
И кто бы мог подумать, что в этой битве сойдутся Коля Ваня и Вован. Николай Иванович не рассчитал объём и вместо обычных 0,5 взял 0,7, поэтому Коля Ваня не уснул. А Вован просто поздно вернулся, заливая печаль от очередного проигрыша любимой команды, и увидел на кухне пьющего человека. Этого было достаточно для начала диалога!
Коля Ваня, с потухшим взглядом, устало потёр переносицу.
– Материя, Владимир, конечно, материя первична. Мозг – это орган, он материален, он производит сознание. Опять же таки, как теория квантовой запутанности? Как же космическая тёмная материя? Она же существует и доказана!
Под эти споры на кухню вошёл улыбающийся Владлен. Появление соседа не угомонило спорщиков, а наоборот, стало шансом для каждого привлечь на свою сторону единомышленника.
– Доброе утро, господа философы. Простым смертным кофе разрешите заварить?
– Вот скажи, Лен, что первично? Твой материальный член, который ты пристраиваешь к вполне материальным бабам, или мысль о том, что она глупенькая, но красивая? – с порога атаковал Коля Ваня.
– Ну, член-то мой вполне материален, но женщин ко мне тянет на уровне их сознания. Я считаю, тут всё дело в импульсе. Все девушки импульсивны. И тут задача – поймать момент импульса на пике!
На кухне воцарилась тишина. Все переваривали глубину мысли. Коля Ваня достал новый стакан, налил и протянул Владлену.
– Вообще нехрен добавить. Пей.
– Утро перестаёт быть томным. Ну, за вышесказанное! – улыбнувшись, сказал Владлен и выпил залпом.
После с тоской посмотрел на часы и понял, что сегодня он опять не напишет курсовую.
Интеллектуальная битва, сдобренная запахом алкоголя и нецензурными эпитетами, приобрела менее эмоциональный и более содержательный окрас.
– Умные вещи говоришь, но не по делу, – подвёл итог Вован.
В дверях появилась робкая фигура Валеры. Его субтильное тело, одетое в розовые шорты и майку очередного модного палёного бренда, тихо мялось в дверях. Ему было страшно, но жутко интересно, что же тут происходит.
– Во, Валера, заходи. Чего ты застыл? Посиди с мужиками. Совсем тебя Айгуль под каблук загнала. Орёшь каждую ночь. Обижает? – поинтересовался Коля Ваня.
– Да что вы, нет. Мы просто...
– Ладно, не оправдывайся. Мы всё понимаем. Бьёт, значит, любит, – перебил его, не дав договорить, Вован.
Коля Ваня достал ещё один стакан, налил и протянул Валере.
– На, вот, выпей. А потом расскажи нам, что же первично, на твой взгляд, сознание или материя?
Валера, побоявшись отказать, маленькими глотками выпил до дна, корча при этом ужасные гримасы. Быстро схватил кусок засохшего сыра и начал жевать, пытаясь перебить вкус. Идея была не лучшая, но было время подумать. Он порадовался, что никто не знает истинную причину ночных криков и как именно и чем его бьют, и решил, что пусть думают, что он каблук.
– Так что первично, Валера? Материя Айгуль, бьющая тебя, или мысль в её мозгу, что тебя нужно наказать? – Вован попытался упростить философскую формулировку до ясельного уровня.
Рюмка смелой воды уже впиталась в слизистую рта Валеры, и он решил заняться саморекламой, не зная, как ответить на заданный вопрос.
– Ну, тут сложно сразу. Я, как лайф-коуч и психолог практики кундалини на фрилансе, конечно, люблю мысли, которыми делятся со мной люди. Люблю бродить по их сознанию. А как ведущий трейдер блокчейн-платформ, хоть криптовалюта и виртуальна, люблю что-то материальное, что можно купить на виртуальные деньги. Даже и не знаю, что первично и что больше я люблю.
– Да хватит уже нас причёсывать, какой ты успешный, Валера. Все знают, как и на что ты живёшь. Ютитесь вдвоём в коммуналке на окраине, иногда последний хрен без соли доедаете и всё пытаетесь быть модными и современными. Валера, тебе уже за тридцать, а ты всё в подкатанных брюках на самокате гоняешь, – не выдержал Вован.
– Ну, просто Айгуль – соулмейт, и мы альтернативно трудолюбивые творческие личности в поиске себя. У нас свой вайб. Мы просто ловим хайп и чилим! А работа на заводе – это кринж! – робко и пьяно оправдывался Валера.
– Что он говорит? Вообще непонятно. Идите уже работать хоть куда-нибудь, кринжеры херовы. А то всё, что вы делаете, альтернативно фекальным получается! – тут уже и Коля Ваня не выдержал.
На кухне воцарилась тишина. Вован пьяно и зло смотрел на потупившего взгляд Валеру. Коля Ваня разливал на четверых остатки огненной воды, Владлен с улыбкой смотрел на всю кампанию.
– Доброе утро, милостивые судари! Судя по пламенным речам и количеству бутылок, тема дебатов весьма захватывающая?! – нарушила молчаливую паузу вошедшая на кухню Изольда Станиславовна.
– Bonjour, Mademoiselle! Извините за шум, мы тут пытаемся найти смысл бытия. Дискутируем, что первично: материя или сознание, – с пьяной улыбкой ответил Владлен.
– Весьма занимательно и неординарно для этого времени и атмосферы. Ну, если вам, милостивые судари, интересно моё мнение, то я придерживаюсь теории госпожи Блаватской: "Мысль есть свойство материи". Естественно, что каждый чувствует это по-своему, отсюда и полемика. Ведь семантика экзистенциального нигилизма неоднозначна: перманентный поиск истины бытия, неопределённое восприятие абсолюта...
Кухня опять погрузилась в тишину. Все переваривали, что сказала Изольда Станиславовна, и пытались понять, насколько им это близко́. Валера вообще пытался вспомнить знакомые слова. Вован с грохотом стукнул кулаком по столу, заставив дрожать стаканы.
– Врёте вы всё! Не может так быть! Если нет сознания, то и материи нет! Кто её тогда увидит, кто её почувствует? А ты, Николай, просто прячешься за бронёй рациональности и цифр!
– Ну вот, Владимир, добро пожаловать в мой мир! Вы, сами не желая того, высказали теорию неопределённости! Моё почтение, мистер Гейзенберг! – неожиданно обрадовался Коля Ваня.
Драка началась после фразы ничего не понимающего Валеры:
– Это факап. Вы как бумеры, такие токсичные. Постоянно хейтите, буллите, харасите, шеймите и абьюзите нас с Айгуль. Это так кринжово...
Полиция приехала достаточно быстро. Дерущихся философов, работников культуры, учёных и праздных бездельников быстро погрузили и отвезли в отделение к дяде Мише. Он построил всех, ходил мимо них и громко отчитывал, не сдерживаясь в выражениях:
– Дамы и господа, #б вашу мать! Вы опять о#уели все! Да что вам спокойно-то не живётся? Ну почему утром в выходной нужно придумывать на свою жопу проблемы? Ну вот как ты, Валера, теперь со сломанным носом будешь видеоблог вести? Ты, Владлен, с разбитым лицом какой бабе теперь нужен будешь? Володя, ну какие теперь тебе драки с вывихами пальцев? Изольда Станиславовна, ну вы-то куда? Почтенная дама, и такой красивый бланш под глазом. Как вы меня все за#бали! Постоянно проблемы и приключения у вас. Ну почему вам спокойно не живётся?
В строю не стоял только Коля Ваня. Он спал. И через пару часов проснувшийся Николай Иванович недоумевал, почему на нём синяки и как он оказался в отделении полиции.
Вдоволь накричавшись, дядя Миша взял со всех объяснения и отпустил домой. У него уже была папка с объяснительными жителей этой коммуналки, и в моменты грусти он её перечитывал, поднимая настроение.
Когда обитатели квартиры №69 вышли из дверей отделения полиции, солнце яркими лучами осветило их серые, помятые и недовольные лица. Утро нового дня, полного тревог и переживаний, плавно перетекало в день.
Дзен: https://dzen.ru/id/66d7d643a6e5a10407b9b08b
Телеграм: https://t.me/hronikineoiver
ВК: https://vk.com/hronikineoiver