— Мама, можешь Рекса взять на недельку? — Лена стояла у меня на пороге с дорожной сумкой. Под левым глазом что-то темнело, но она старалась отвернуться к свету, чтобы я — Галина Петровна — не разглядела.
— А что случилось?
— Да ничего особенного. Дима говорит, собака его раздражает. Лает на него. Не пойму, что с Рексом стало.
Она говорила быстро, поводок дрожал в её руках. Рекс сидел рядом, опустив голову. Обычно он радовался, когда видел меня — прыгал, лизал руки. А сейчас даже не поднимался.
— Лена, а с глазом что?
— Упала вчера. На лестнице поскользнулась.
Она всё ещё не смотрела прямо. Поцеловала меня в щёку и пошла к лифту. Я взяла поводок, а Рекс вдруг резко обернулся и заскулил ей вслед. Тихо, протяжно. Я такого от него не слышала.
В первые дни
Рекс почти не ел. Сухой корм только понюхивал и отходил. Лежал у входной двери, поднимал голову на каждый шорох в подъезде. Я пыталась его развеселить — кидала мячик, звала играть. Он подходил, но без охоты. Делал пару шагов и снова ложился.
На третий день он вздрогнул от звука дрели у соседей. Подбежал ко мне, прижался к ногам. А когда дрель замолкла, всё равно сидел рядом и дрожал.
— Что с тобой, мальчик? — гладила я его по голове.
Он смотрел на меня и тихо поскуливал. Как будто хотел что-то объяснить.
Вечером позвонила Лена:
— Как дела у Рекса?
— Скучает по тебе. Ест плохо. А у вас как?
— Нормально. Дима извинился за тот раз. Сказал, что просто устал, нервы сдали.
— За какой тот раз?
Пауза.
— Мы немного поругались. Но всё хорошо теперь.
Я хотела спросить ещё, но она уже попрощалась и отключилась.
Дима за собакой
Через неделю пришёл зять. Дима работал грузчиком, руки крепкие, всегда был со мной вежлив. На день рождения дарил цветы, помогал мебель переставлять.
— Галина Петровна, здравствуйте. За Рексом пришёл. Ленка дома сидит, плачет. Говорит, скучает по псу.
Я позвала собаку. Рекс вышел из комнаты, увидел Диму и остановился. Шерсть у него на загривке поднялась, он отступил на шаг назад.
— Рекс, иди сюда, — сказал Дима.
Собака не двинулась. Наоборот, села и зарычала. Тихо, но отчётливо.
— Что за чертовщина, — Дима нахмурился. — Дома он на меня вообще кидается. Надоел уже. Думаю, раз он у вас неделю прожил спокойно, может, оставить его тут насовсем? А то Ленка из-за него со мной ругается.
— Нет, — сказала я твёрдо. — Если Лена скучает, пусть собака будет с ней.
— Да какая разница, — Дима шагнул вперёд. — Всё равно я его терпеть не могу. Рекс сразу залаял. Громко, зло. Встал между нами.
— Не знаю, — ответила я, но внутри что-то подсказывало: знаю. Просто не хочу признавать.
Дима взял поводок и резко дёрнул. Рекс попытался вырваться, поводок натянулся, ошейник врезался в шею. Собака захрипела, но не переставала рычать.
— Дима, не тяни так сильно.
— А что, он меня сейчас укусит, что ли?
Тут я заметила на его руке царапины. Три полоски, ещё не зажившие.
— А это что у тебя?
— На работе поцарапался. Вернее, этот пёс меня вчера. Хотел его проучить за лай, а он когтями полоснул.
Он быстро спрятал руку за спину, но я уже видела. Царапины были неглубокие, но ровные. Как от когтей.
У дочери
Дима ушёл с Рексом. Я слышала, как собака скулила в лифте до самого первого этажа. Всю ночь не спала, ворочалась. Утром поехала к Лене.
Она открыла дверь в тёмных очках.
— Мам, ты рано какая.
— В доме темно, зачем очки?
— Глаза болят. Конъюнктивит.
— Сними очки.
— Мам...
— Сними, говорю.
Она сняла. Под левым глазом синяк, уже жёлтый по краям. Значит, не вчерашний. А на переносице — небольшая ссадина.
— Лена, кто тебя ударил?
— Никто. Я же говорила — упала.
— На лестнице не падают переносицей вперёд.
Она отвернулась к окну.
— Где Рекс?
— На балконе сидит. Дима его туда заперт и сказал — сидеть будет, пока не научится молчать.
Я прошла на балкон. Рекс лежал в углу на старом одеяле. Морда на лапах, глаза грустные. Когда увидел меня, хвостом несколько раз ударил по полу, но не встал.
— Мальчик, что с тобой?
Подошла погладить. На ошейнике заметила новые потёртости — кожа под ним покраснела.
— Лена, а ошейник ему зачем так туго затянули?
— Не знаю. Дима говорит, а то убежит.
Я ослабила ремешок. Рекс вздохнул и лизнул мне руку.
— Он защищал тебя, — сказала я дочери.
— О чём ты?
— Собака не лает на хозяев просто так. Он видел, как Дима тебя бьёт. Пытался тебя защитить.
Лена села на диван, закрыла лицо руками.
— Мам, я не знаю, что делать. Квартира его. Работы у меня нет. Куда мне идти? А если заберу Рекса — Дима точно его убьёт. Он уже угрожал выбросить с балкона.
— Ко мне. Вместе с Рексом.
— А если он найдёт?
— Найдёт. Но будет время подумать, что делать дальше.
Сборы
Димы не было — уехал в командировку на пять дней. Хорошо. Времени достаточно, чтобы собраться и скрыться. Мы собрали самое необходимое: документы, лекарства, немного одежды. Рекс всё время крутился рядом, как будто понимал — что-то важное происходит.
В сумку Лена положила его миски, игрушки, корм.
— А вдруг Дима в полицию заявит? Что я собаку украла?
— Рекс на тебя записан, — напомнила я. — В ветпаспорте твоя фамилия.
По дороге домой Рекс сидел на заднем сиденье рядом с Леной. Положил голову ей на плечо и так ехал всю дорогу. Водитель такси в зеркало посматривал:
— Умная собака. Чувствует, что хозяйка расстроена.
Новая жизнь
Первую неделю мы боялись каждого звонка в дверь. Дима вернулся из командировки и названивал по десять раз в день, кричал в трубку, требовал вернуть жену. Потом начал приезжать, стучал в дверь, угрожал. Мы не открывали. Рекс в эти моменты садился у двери и рычал. Тихо, но настойчиво.
Один раз Дима прождал под подъездом до вечера. Мы смотрели в окно — он ходил взад-вперёд, курил, разговаривал по телефону. Рекс подошёл к окну, увидел его и заворчал.
— Мам, а если он сорвётся? Ворвётся?
— Тогда Рекс нас защитит.
И правда, собака словно понимала, что теперь она — наш охранник. Спала у входной двери. Когда я или Лена выходили в магазин, провожала до лифта. Встречала у порога.
Лена устроилась кассиром в продуктовый. Зарплата небольшая, но на еду хватает. По вечерам мы сидим втроём на кухне — пьём чай, делимся новостями за день. Рекс лежит у наших ног, иногда кладёт голову то мне, то Лене на колени.
Через месяц
Дима перестал звонить и приезжать. Лена говорит, что видела его с какой-то девушкой у метро. Молодая, накрашенная. Видимо, нашёл замену.
— Жалко её, — сказала Лена. — Она ещё не знает, какой он.
— Может, с ней будет по-другому.
— Не будет, мам. Такие не меняются.
Рекс постепенно оживал. Снова стал есть с аппетитом, играть с мячиком. Но изменился — стал внимательнее к людям. Когда мы гуляем во дворе, он всех оценивает взглядом. К детям подходит спокойно, хвост виляет. К женщинам — тоже хорошо относится. А вот мужчин изучает сначала. Особенно тех, кто говорит громко или размахивает руками.
На днях к нам в подъезд зашёл пьяный мужик. Начал ругаться, искать свою квартиру. Рекс сразу встал, шерсть дыбом, зарычал предупреждающе. Мужик взглянул на него и быстро вышел обратно на улицу.
— Хороший мальчик, — погладила я собаку по голове. — Теперь ты наш сторож.
Прозрение
Вчера встретила соседку Нину Васильевну в магазине:
— А что, Ленка от мужа ушла?
— Ушла.
— Ой, а он такой приличный казался. Всегда здоровался, помогал сумки носить.
— На людях многие приличными кажутся.
— А как ты поняла, что он её бьёт?
— Собака подсказала.
Нина Васильевна удивилась:
— Собака? Да что они понимают в человеческих отношениях.
— Больше нашего понимают, — ответила я. — Они не умеют врать. Если собака на человека лает — значит, чувствует от него опасность. Надо только уметь слушать.
Дома рассказала об этом разговоре Лене. Она сидела на полу, расчёсывала Рексу шерсть.
— А ведь он пытался мне сказать, — говорила она. — Сначала просто на Диму рычал. Потом стал между нами вставать, когда тот повышал голос. А в последний раз даже царапнул его, когда Дима меня за волосы схватил.
— И что Дима?
— Сказал, что если собака ещё раз тронет его, выбросит с балкона. А я испугалась. За Рекса испугалась больше, чем за себя.
Рекс поднял голову, посмотрел на Лену. Она обняла его за шею:
— Прости меня, мальчик. Я не сразу поняла, что ты хотел мне сказать.
Он лизнул её в щёку и снова улёгся.
Сейчас
Прошло три месяца. Лена оформила развод заочно. Дима не препятствовал — видимо, и правда нашёл кого-то ещё. Мы живём втроём в моей двухкомнатной квартире. Тесновато, но уютно.
Рекс стал спокойнее, но бдительность не теряет. По утрам провожает Лену до остановки, вечером встречает у подъезда. Когда мы идём в магазин, он внимательно смотрит на прохожих, особенно на мужчин. Но не агрессивно — просто оценивает.
На прошлой неделе к нам в гости пришёл мой старый друг Михаил. Рекс сначала насторожился — сел рядом с диваном, наблюдал. Михаил протянул ему руку, дал понюхать. Говорил тихо, спокойно. Через полчаса Рекс подошёл и позволил себя погладить.
— Умная собака, — сказал Михаил. — Людей чувствует.
— Да, чувствует, — согласилась я. — Жаль, что мы не всегда умеем его понимать.
Теперь, когда Рекс на кого-то лает или рычит, я не отмахиваюсь. Смотрю внимательно на того человека, пытаюсь понять — что собака почувствовала. Пока ни разу не ошибся — те люди, на которых он реагирует настороженно, и правда оказываются неприятными.
Вчера Лена сказала:
— Мам, я больше никого не боюсь. Знаю, что Рекс предупредит, если что.
— А я знаю, что ты больше никому не позволишь себя обижать.
Она кивнула и почесала Рекса за ухом. Он довольно вздохнул и улёгся рядом с нами на диван.
За окном начинался дождь, в квартире пахло борщом и собачьей шерстью. Мы сидели втроём и смотрели телевизор. Тихо, спокойно, без страха.
И я поняла — вот оно, счастье. Не обязательно большое и громкое. Достаточно того, что рядом те, кто тебя понимает и защищает. Даже если это лохматый пёс с умными глазами.
Спасибо, что дочитали
Понравился рассказ? Поставьте лайк👍
Не понравился? Напишите в комментариях почему, это поможет мне расти.