День близился к вечеру. Прохладный ветер играл в желтеющей листве берёз, напевая осеннюю песню.
Лариса Васильевна медленно шла по аллее сквера. Она теперь каждый день устраивала себе перед ужином двухчасовой променад. Гуляла, дышала свежим воздухом, вспоминала и мечтала…
Ну и о чём может мечтать женщина, которой уже далеко за семьдесят, спросите вы? Вспоминать…, да, есть о чём, ведь прожита целая жизнь. А мечтать? О чём может она мечтать? Если только о своей…
Глава 17
Ларисе Васильевне было что вспомнить, и о чём мечтать, ей тоже было. Она каждый день мечтала об одном и том же, мечтала о возвращении сына Владимира домой. Она включала всё своё воображение и представляла яркую, со всеми подробностями картину встречи. И она знала, что сегодня вечером перед сном она снова будет стоять на коленях перед иконой и будет просить Всевышнего направить Владимира домой.
**** ****
Тамара, проходя мимо комнаты свекрови, услышала её тихий голос. Она остановилась и прислушалась.
«Опять молится. Какая складная речь…, не жалуется на нас…, просит для себя и для нас, чтоб Володя вернулся», - отметила мысленно Тамара, и отойдя от двери, направилась на кухню. Там она села на стул за стол и обхватив голову двумя руками, возможно впервые за всё это время, дала волю слезам, которые катились по её щекам.
Скрипнула дверь, на кухне появился младший сын Александр.
- Мам, мам, ты что? Что-то узнала о папе? – остановился он возле неё, не зная как сейчас себя вести.
- Нет, сынок, о папе я ничего не узнала, - отрицательно покачала она головой, смахивая слёзы со щёк.
- А чё плачешь?
- Да…, нервы сдали, - призналась мать.
- Не плачь. Справимся. И папа…, папа найдётся, - шестнадцатилетний подросток стоял возле матери и гладил её по голове. - Мне Серёга звонил, - сказал он. – Устроился. Просил тебе передать, чтоб не волновалась. Он устроился в кафешку на полставки. Не плачь. Справимся. Я тоже тебе буду помогать. Деньги у нас будут.
- Деньги будут…, - улыбнулась сыну сквозь слёзы мать, – ты давай учись, чтоб на бюджет…, помощник.
- Мам, ты в полиции давно была? - спросил Александр.
- Заходила недавно. Мне ж по пути, вот и захожу. Саш, у них один ответ. «Ищем», - ответила она.
- А про сумку, что говорят?
- Наша. Обещали позвонить, или повесткой вызвать, когда сумка к ним придёт.
- Они нам её отдадут?
- Не знаю…
**** ****
Вован только что вышел из ванной и зашёл на кухню, где Леха жарил колбасу с яйцами.
- Вован, твой телефон, похоже, сообщение…, посмотри, - кивнул он на его телефон лежащий на столе.
Вован взял в руки телефон, провёл пальцем по экрану, разблокировав его, и открыв сообщение, нахмурился и выругался матом.
- Чё? – уставился Серёга на Вована.
- Да…, эта чёкнутая…
- Стрелку забила? – спросил Лёха.
- Спрашивает, как успехи? - ответил Вован.
- Какая умная нашлась, хочет нас засветить? - выругался Серёга. - Вован, забей ей стрелку на том же месте и в то же время. Пусть сама светится, стерва.
- Точно, при встрече с неё потребуй бабки…, пусть платит…, мы же рискуем…, там звери, - заржал Лёха, ставя на стол сковороду со скворчащей колбасой залитой яйцами.
- Давай, Вован, садись за стол и хавай, потом ответишь. У нас обед! Подождёт…, - Серёга поставил на стол тарелку с нарезанным хлебом.
- Ай, - махнул рукой Вован, - всё верно, пусть ждет…
**** ****
В трёхместной палате суетился Николай. Через два часа за ним приедет супруга, и он вместе с ней поедет домой. Его выписка была уже готова и лежала на столе. Но он должен был ещё сдать нянечке свое место…, тумбочку, постельное бельё и т.д. И вот сейчас он стоял на коленях и выгружал из тумбочки всё своё, и складывал это на кровать.
- Ого, сколько всего у меня накопилось, пока я лежал, поднялся он с колен и выпрямил спину. Вести всё домой не имеет смысла. Вань, ты не обидишься, если я тебе половину всего оставлю, - спросил он.
- Чего половину? Зачем? – не понял Иван Непомнящий.
- Ну, ты остаёшься… тебе пригодится…, вот, туалетная бумага, салфетки простые, салфетки влажные, мыльно-рыльные принадлежности, опять же пригодятся. Голову же мыть надо, - откладывал в сторону то, что решил оставить Николай. Он взял в руки старенькую машинку для стрижки, которой подравнивал каждый день свою бороду, повертел её и перевёл свой взгляд с машинки на Ивана Непомняшего. – Послушай, Вань, а давай мы тут тебе цирюльню устроим, предложил он неожиданно и провёл рукой по своей ухоженной бороде. – Виктор, поможешь?
Виктор согласно кивнул
- Что устроишь? – вытаращил глаза на Николая Иван Непомнящий.
- Да, оброс ты, Вань, сильно, подстричь тебя надо и бороду укоротить.
- Ааа, - протянул Иван. – Ты что ли стричь будешь? – спросил он.
- Я.
- Ты сможешь? – спросил Виктор.
- А то! Конечно, смогу. Ну, если что не так получится, моя приедет, поправит, она в этом деле асс, - ответил Николай.
- Ну, давай, - согласился Иван Непомнящий. – Я действительно оброс, выгляжу как поп, - сказал он.
- Точно, только рясы не хватает, - хохотнул Виктор.
- Я машинку тебе оставлю, научу, как за бородой следить, - говорил Николай, ставя стул посреди палаты. – Давай, Вань, вот, бери шампунь и иди мой голову в ванной…
А через некоторое время Ивана Непомнящего не узнала нянечка, которая пришла менять постельное белье на освободившемся месте.
- А ты кто такой? Почему сидишь на этой кровати? Ивана не выписывали? Откуда ты взялся? – смотрела она на него.
Виктор расхохотался.
- Вань, ты теперь у нас не Непомнящий, ты Неузнаваемым стал. Тебя даже няня Рая не узнала.
- Так ты…, ой, а как вы это его так? Ну, вы даёте…, – няня Рая вытащив из кармана свой телефон и, сделав фотку, вышла из палаты, оставив чистое бельё лежать на освободившейся кровати.