В окрестностях Бахчисарая, с восточной стороны «пещерного города» Чуфут-Кале расположен уникальный исторический памятник – караимский некрополь в Иосафатовой долине. На площади 2,3 гектара находятся более семи тысяч надгробных памятников. Таких крупных средневековых иудейских некрополей в мире всего несколько. Естественно, возникает вопрос о датировке самых ранних памятников. Удивительно, но еще сравнительно недавно никто не мог дать однозначного ответа на этот вопрос, хотя первые систематические исследования некрополя начались еще в первой половине XIX в.
Первым исследователем был коллекционер древнееврейских рукописей, караим Авраам Самуилович Фиркович (1787-1874). Изучение некрополя проводилось Фирковичем в несколько этапов, в 1839 г., в 1840-х гг. и в 1860-х гг., и по их результатам в 1872 г. в Вильне (Вильнюс) была издана книга «Авнэ зиккарон» («Камни памяти»), в которую вошли 564 эпитафии кладбища Чуфут-Кале[1]. Фирковичу "удалось" найти на некрополе памятники первых веков нашей эры, а самый ранний из них он датировал 6 г. н.э., однако, как хорошо известно, позже выяснилось, что это была всего лишь фальсификация. Этому вопросу мы посвятим отдельную статью, а, может быть, и не одну.
В 1878 и 1881 гг. эпиграфические изыскания на кладбище проводил российский гебраист Даниил Авраамович Хвольсон. Результаты его исследований были опубликованы в 1884 г. Частично он подтвердил датировки, найденных Фирковичем памятников, однако, он был вынужден признать, что многие даты в надгробных надписях Фирковичем были подделаны[2]. То есть вопрос датировки некрополя остался открытым.
Затем наступил длительный период почти в сто лет, когда караимский некрополь Чуфут-Кале не изучался вплоть до конца 1970-х – начала 1980-х гг. В 1977-1978 гг. работы на некрополе проводил сотрудник Ленинградского отделения Института Востоковедения АН СССР М. М. Елизарова, в 1983 г. – сотрудники того же института Е. Н. Мещерская и А. Л. Хосроев[3]. В это же время эпиграфическим исследованием на некрополе занимался сотрудник Института Востоковедения Академии наук Грузии Нисан Исаакович Бабаликашвили[4].
Установить подлинную датировку некрополя удалось группе российско-израильских ученых (Дан Шапира, Н.В. Кашовская, М.Б. Кизилов, Голда Ахиэзер, Михаэль Эзер, Михаил Носоновский и др.) под руководством директора Международного центра еврейского образования и полевых исследований Артема Федорчука во время объемной фиксации памятника в 2004-2009 гг. В это же время паспортизацию некрополя проводила Ассоциация крымских караимов «Крымкарайлар», однако, из-за отсутствия специалистов, владеющих ивритом, на котором написаны все без исключения эпитафии на памятниках, эти исследования зашли в тупик.
Самым ранним памятником оказалось надгробие Мануш дочери Шаббетая, умершей в 1363/4 г. (Фиркович датирует его 653 г.). Первая публикация о нем была дана в израильском научном издании в 2008 г[5]. До этого времени некрополь датировался только приблизительно.
Памятник вытесан из монолитной известковой глыбы, его длина составляет 168 см. В народной классификации такой тип памятника называется «двурогим», то есть с двумя выступами (один не сохранился). С боковых сторон богато украшен геометрическими орнаментами, что дает повод ученым относить его к так называемому сельджукскому типу. Текст эпитафии находится на торцевой стороне в неглубокой нише, из-за лишайника и выветривания известняка имеет плохую сохранность и читается с трудом. Вот этот текст:
וזה מצבה
של קבורת
מנוש בת
שבתי תהא
נפשה צרורה
בצרור החיים
בשנת ה'ק'
כ'ד' ליצירה
Это памятник
на могиле
Мануш дочери
Шаббетая. Да будет
душа ее завязана
в узле жизни.
В году 5124
от сотворения [мира]
Следует отметить, что имя Мануш к XIX в. вышло из употребления у крымских караимов, поэтому в виду отсутствия гласных в иврите, имеются некоторые сложности в его транслитерации. Например, Хвольсон транслитирует его в форме Меневеш (с переводом "фиалка"). Возможно также прочтение Менуш. В данной статье мы придерживаемся транслитерации Федорчука и Шапиры.
Кем была Мануш, кем был ее отец Шаббетай, мы, конечно же, ничего не знаем. Если судить по дороговизне памятника, она была из состоятельной, а, может быть, и знатной семьи. Интересно, что в 1363 г., то есть приблизительно в год смерти Мануш, аланская крепость Кырк-Йер/Кырк-Ор[6] впервые упоминается как крепость, принадлежавшая татарам[7]. Так совпали эти две исторические даты. Город являлся стратегически важным населенным пунктом, центром крымского улуса Золотой Орды, а позже и первой столицей Крымского ханства. По всей видимости через него проходили торговые пути, а где торговля, там и караимы. Это, конечно, всего лишь наше предположение. К сожалению, в память о караимах Кырк-Ера (Чуфут-Кале) тех времен нам досталась практически только вот эта короткая эпитафия и ничего больше. Так неизвестная нам Мануш дочь Шаббетая навсегда вошла в историю. Ведь это не только старейший памятник на некрополе Чуфут-Кале, но и старейший караимский памятник в Крыму.
За помощь в подготовке данной статьи автор выражает благодарность Н.В. Кашовской и Дану Шапире.
[1] Фиркович А. С. Сефер Авнэ-зиккарон [Камни памяти]. Вильна: Типография С. И. Финна и А. Г. Розенкранца, 1872.
[2] Хвольсон Д. А. Сборник еврейских надгробных надписей, содержащих надписи из Крыма и другие надгробные надписи из иных мест, в древнем еврейском квадратном шрифте, также образцы шрифтов из рукописей от IX XV столетия. СПб.: Типография Императорской Академии наук, 1884. С. VII.
[3] Кашовская Н. В. Из истории изучения некрополя Чуфут-Кале // Вихнович В. Л. Караим Авраам Фиркович: Еврейские рукописи. История. Путешествия. СПб.: Академия исследования культуры, 2012. Приложение 4. С. 336.
[4] Бабаликашвили Н. И. О нескольких еврейскоязычных караимских эпиграфических памятниках из Чуфут-Кале. Семитологические студии. 1987. Т. 3. С. 5-12.
[5] דן שפירא שטח ההדגמה: תיאור השורות Jerusalem 2008. P. 163-165
[6] Историческое название Чуфут-Кале
[7] Герцен А. Г. Могаричев Ю. М. Крепость драгоценностей. Кырк-ор. Чуфут-Кале. Симферополь, 1993. С. 56.