Каждый год появляются громкие заголовки: «рак побеждён», «новая терапия навсегда изменит медицину», «ИИ поставит точный диагноз за секунду». Но где проходит граница между настоящими прорывами и научным пиаром?
Доктор медицинских наук и онколог Константин Титов объясняет: рак — это не одна болезнь, а целая Вселенная мутаций, сценариев и ловушек. И ждать чудесной таблетки к 2055 году, увы, не стоит.
Что уже изменилось?
Первый настоящий прорыв — расшифровка генома. Благодаря этому стало ясно, какие мутации превращают нормальные клетки в опухолевые, и как они маскируются от иммунитета.
Второй прорыв — таргетная терапия. В отличие от химиотерапии, которая бьёт по всем быстро делящимся клеткам, таргетные препараты действуют прицельно, отключая ключевые мутации опухоли. Это как «перерезать провод» внутри клетки, нарушить систему связи и заставить её погибнуть.
«Мы создаём молекулы, которые входят в опухолевую клетку и нарушают её работу. Но это не значит, что проблема решена», — подчёркивает Титов.
Почему даже таргетная терапия не идеальна?
Потому что рак — умнее, чем мы думали. Клетка способна включить резервные схемы, обойти блокировку, использовать другие пути деления. Как только «перерезан один провод» — активируется запасной.
«Опухоль не хочет умирать. В ней выключена программа самоуничтожения. Это делает её почти неуязвимой», — объясняет онколог.
Даже самые современные лекарства работают лишь для ограниченного числа опухолей. А таких разновидностей рака — десятки и сотни.
А как же наноботы и ИИ?
Идея наноботов — красивая, но далёкая. Чтобы они сработали, нужно точно отличать опухолевую клетку от здоровой. А такой маркер до сих пор не найден.
ИИ в диагностике уже используется: в анализе снимков, цитологии, патанатомии. Он умеет находить паттерны, подсказывать врачу, ускорять анализ данных.
Но ИИ — не лечит. И решение всё равно остаётся за человеком.
«ИИ — это опытный помощник. Он не ставит подпись, не берёт ответственность. Это делает врач», — подчёркивает Титов.
Станет ли рака больше?
Парадоксально, но да. Люди станут жить дольше — и доживать до рака.
«Сейчас человек в 95 лет вызывает удивление. Через 30 лет таких будет много», — говорит врач.
Но возрастной пациент — это всегда сложное лечение: больше хронических заболеваний, меньше ресурса организма, выше риск осложнений.
К тому же в будущем будет больше гиподинамии, ультраобработанной еды, стресса, плохой экологии. Заболеваемость вырастет — и онкология не станет исключением.
Победим ли мы рак до 2055 года?
Титов говорит прямо: нет.
«Химиотерапия достигла потолка. Новые цитостатики не разрабатываются — потому что уже всё изучено», — говорит он.
Таргетная терапия продолжит развиваться, но она эффективна только при специфических мутациях. Это поможет небольшому числу пациентов, но не решит проблему в целом.
Есть надежды на вирусную терапию — перепрограммированные вирусы, которые не вызывают болезнь, а уничтожают опухоль. Сейчас такие методы тестируют в онкоцентре имени Герцена. Но это всё ещё эксперименты.
Значит, надежды нет?
Надежда — есть. Просто она не в чудо-таблетке. А в ранней диагностике, ответственном поведении, науке и врачах, а не хайповых заголовках.
Рак будет чаще диагностироваться — и чаще лечиться успешно. Но это будет борьба. Долгая, сложная, и без гарантированного финала.
«Опухоль — это клетка, которая научилась выживать любой ценой. Пока мы не поймём её до конца — мы не победим», — подводит итог врач.
Полный подкаст можно посмотреть по ссылке
Следите за нами в социальных сетях:
Наши каналы в дзене:
- Про науку
- Про бизнес
- Про здоровье