Александр
— Да ладно тебе, Саш, — недовольно цокает бывший приятель и одногруппник. — Всего одни выходные. Как в старые добрые студенческие годы! — продолжает уговаривать. — Встретимся! Посидим! Поболтаем! На наших глянем и оценим, кто чего добился в жизни.
— Я не могу, — вздыхаю в трубку. — Работа.
— У всех у нас работа, Санек! — восклицает, не унимаясь. — У нас встреча выпускников, Новый год и юбилей нашего любимого куратора! Ты не имеешь права пропустить ее день! Высылаю тебе адрес, и ты приезжаешь! А не приедешь — солью в сеть все твои самые позорные фотографии. И пусть пресса тебя разрывает на куски, — говорит и отключается.
Твою бабушку!
Зачем только трубку поднял?
Чего делать-то? Ехать придется в любом случае. И дело не в шантаже. А в том, что у куратора нашего юбилей. Может, даже последний в ее жизни. Семьдесят пять лет женщине уже.
***
Слушайте аудиокниги неделю за 1 рубль 🎧
***
Выхожу из машины и направляюсь в одну из пекарен нашей сети. Лет десять назад с группой друзей ее открыли. Думали, не выгорит, но все пошло удачно. Сейчас активно развиваемся и открываем точки.
Это уже наша сто тридцатая точка по всей стране за последние три года. А в общей сложности их около четырехсот.
Вхожу внутрь, и в нос сразу ударяет приятный аромат выпечки. Будь моя воля, создал бы такой ароматизатор себе в машину с этим запахом. Но как запечатлеть то, что неуловимо для химии?
— Саша, — Ольга Степановна щелкает пальцами перед моим лицом, — ты чего задумался?
— Да так, — отмахиваюсь от директора данной точки. — Что у вас случилось? Алексей сказал, что у вас проблема какая-то, — напоминаю скорее себе, чем ей.
— Да. Нам поставщики вчера привезли не ту муку, — ведет в кладовую и показывает мешки.
Делаю парочку звонков, и компания поставщиков обещает завтра все заменить.
Ольга Степановна работает в данной точке с момента ее открытия. Когда-то трудилась на моих родителей. Няней.
Сюда ее взял, потому что пенсия у нее маленькая, а жизнь сейчас у всех дорогая.
Но женщина она слишком мягкая. Договариваться с посетителями может, а с поставщиками — не выходит. Те чувствуют ее слабость и давят сразу же. Она уступает.
Приходится мне брать эту часть ее обязанностей на себя. Благо мой дом от данной пекарни всего в пяти минутах езды. По пути на работу заезжаю.
— Садись, — усаживает она меня за столик и, подав знак рукой, просит девочек принести то, что она мне приготовила. Свой фирменный домашний пирог с вишней и чай. — Ешь, Сашенька! Не завтракал, поди, еще! Желудок испортишь!
— Не завтракал, — киваю.
— А смурной чего?
— Одногруппники зовут на встречу выпускников, Новый год и юбилей куратора, — рассказываю, принявшись есть.
Если не поем, то спокойствие сегодня мне будет только сниться. С детства освоил данный урок. Легче поесть, чем с ней спорить.
— Ну, надо ехать, раз зовут, — хмыкает она с улыбкой. — От работы своей, может, на час-другой отдохнешь!
— Да там проблем куча, — бросаю ей, откусывая пирог. — Вы ведь помните моих одногруппниц?
— Помню, — поджимает губы и качает головой. — Особенно одну, которая тебя бросила и всеми плохими словами тебя обозвала. Гадостей таких наговорила! Гадина!
— Не могу я туда поехать, — говорю бывшей няне, раскрываясь перед ней. Отчасти моя бывшая была права. Я не вижу ничего, кроме работы, и к старости останусь один. — Мне почти тридцать пять лет. У меня нет жены, нет детей. У меня ничего нет, кроме бизнеса.
— Беда, — соглашается Ольга Степановна. — А если так явишься к этой змеюке, решит, что ее забыть не можешь, — женщина делает совершенно другой вывод из ситуации.
— Да не в этом дело, — отодвигаю пустую тарелку и чашку. Делаю короткую паузу и продолжаю. — Сам себя чувствую каким-то не таким. Жизнь мимо пролетает словно. У брата вон жена, ребенок уже. У сестры все круто. У другого брата все офигенно, а я словно…
— А ты словно только проснулся, Сашенька, — гладит меня по плечу. — Ничего, главное, проснуться. А семья еще появится!
— Не хочу, чтобы другие знали об этом, — медленно веду женщину к тому, что пришло мне в голову. План, как скрыть свои маленький изъян.
— И что думаешь делать? — спрашивает она и тут же задает следующий вопрос. — Чем я тебе помочь могу?
— У вас нет никакой знакомой, которая могла бы притвориться моей девушкой? — интересуюсь у Ольги Степановны. — На время праздника. Не бесплатно, конечно.
— За деньги любая согласится!
— Мне нужна красивая, — выставляю условия. — Чтобы сразу было понятно, что все это время я искал самую прекрасную и наконец нашел.
— Поняла я тебя! — восклицает она и довольно хлопает в ладоши. — Племянница у меня есть, Саша! Приехала на Новый год ко мне как раз. Но ей всего восемнадцать! Так что аккуратнее с ней! И штаны на себе держи!
— Молодая слишком! — задумчиво тяну, прикидывая такой расклад. — Не поверят. Хотя… может, наоборот, поверят. На молоденьких потянуло якобы?
— Я с ней вечером поговорю, Саша! Но девчонка она болтливая, — предупреждает Ольга Степановна.
— Болтливых не надо лучше! Сболтнет еще не дай бог что-то. Тихая нужна.
— А когда надо? — задает вопрос и перебирает в голове разные варианты. — Я подумаю, поищу.
— Через пять дней, — отвечаю. А что, если поменять стратегию? И якобы жена у меня? Дети уже. Точно, тогда никто и слова не скажет. — А еще… дети чтобы были, — бросаю ей. — Или их отдельно арендовать?
— Балбес ты, Сашенька!
— Чего это?
— Никто не сдаст детей в аренду на несколько дней, — говорит, коротко хохотнув.
— Дома же сдают!
— Сдают, но это же дети, — говорит так, словно есть какая-то разница.
— Ну, значит, нужна симпатичная мамочка с ребенком, — развожу руками.
— У нас новенькая есть, — переходит она на шепот и оглядывается по сторонам. — И двое детей у нее. Видела на телефоне ее. Девочки лет трех. Милые, приятные внешне. И улыбки у вас похожи! Это сразу подметила. Я же с твоего рождения по твоей улыбке сходила с ума!
— Симпатичная новенькая?
— Да! Очень даже, Сашенька! Кондитером у нас работает уже восьмой день.
— Беру! — кидаю пафосно и с улыбкой.
— Так с ней поговорить надо для начала, Саша.
— Договоритесь, — встаю из-за стола, кинув несколько купюр за чай. — Спросите, сколько она сама стоит и ее дети?
— Ты неисправим, Саша!
— Всем правят деньги, Ольга Степановна. Пусть назовет свою цену, — хмыкает он. — А вы процент получите, — подмигиваю и ухожу.
***
Лия
— Сейчас что-то будет, — шепчет мне моя напарница-пекарь, продолжая делать слойки.
— А? — недоумеваю и поднимаю взгляд на нее.
— Говорю, что сейчас что-то будет, — шепчет она, глазами указав куда-то за мою спину. — Ольга Степановна к нам идет, — еще тише оповещает, отчего приходится навострить слух.
— Девочки, — сладко тянет директор пекарни, в которой я уже около недели тружусь. — Как у вас дела? — улыбается, и ее улыбка мне не нравится.
Так мои сестры делают, когда нашкодили и виноватыми себя чувствуют. Но если бы Ольга Степановна нашкодила, то перед нами вины бы точно не чувствовала. Не перед обычными кондитером и пекарем.
— У нас все хорошо, — отвечаю ей с натянутой улыбкой. — Вы как, Ольга Степановна?
Внутри поднимается какая-то непонятная тревога, и появляется предчувствие, что сейчас что-то будет.
Не дай бог!
Я и так еле сюда устроилась! С предыдущего места работы пришлось уволиться из-за маленькой зарплаты, а из дома работать больше не получится. Мне нужно официальное место работы, а не самозанятость.
Ипотека и первоначальный взнос, чтобы его! Почему, если я работаю из дома, то должна тридцать процентов первоначального взноса оплатить? Мне и пятнадцать сложно собрать, а здесь тридцать!
— Лия, дорогая, мы можем поговорить? — спрашивает она меня.
Ну вот! Интуиция никогда меня не обманывала — и в этот раз не подвела. Ольга Степановна по мою душу.
Уволит сейчас! Все из-за вчерашнего! Но я не виновата, что администратор в карточку не внес мак. Я ему передала список ингредиентов.
То, что у покупателя оказалась аллергия на мак, а его не было в карточке состава — не моя вина! Я свою часть выполнила на отлично! Это косяк администратора! Не мой!
Пусть только попробуют уволить! Я им сладкую жизнь устрою!
— Да, можно, — киваю и, отложив нож в сторону, отхожу с ней в сторону.
— Ко мне в кабинет лучше, — бросает она и, оглядываясь по сторонам, затаскивает меня в свой кабинет. — Садись! Чаю? Кофе?
— Говорите уже, — сажусь на диванчик и выжидающе смотрю на нее.
Я своего не упущу. Если попробуют меня уволить — я молчать не буду. Такой скандал им учиню!
Я до начальства дойду! Но свою правду докажу!
Нашли во мне козла отпущения, потому что новенькая?
Пусть даже не думают!
— Подзаработать хочешь? — кидает она, и я на секунду даже застываю. Не к этому разговору я готовилась.
— Я не могу остаться сверхурочно, Ольга Степановна, — аккуратно тяну.
А вдруг они на меня вину за деньги скинуть хотят?
— Да нет же! — восклицает. — Я о другом заработке! — дарит улыбку.
— Каком?
Ну точно — взять вину за деньги на себя!
— Нашему шефу нужна компания на один вечер, — говорит тихо, чтобы другие не слышали, хоть мы и у нее в кабинете. — Чисто сопроводить его и сыграть роль его любимой жены. Детей твоих маленьких с собой можешь взять. Они якобы его дочерьми будут.
Чего?!
А как же мак? Аллергия и увольнение?
Не поняла совсем!
Какая роль?! Что вообще происходит?
— Зачем ему это надо? — прищуриваюсь.
— Нужно, Лия! — лишь тянет она. — Согласна?
— Не могу, — мотаю головой.
Бред какой-то! Точно подстава какая-то!
— Он заплатит хорошо! — растягивает губы в милой улыбке. — Купишь детям что-то хорошее и интересное на Новый год. Побалуешь чем-то. Он деньгами не обидит. Плюс запомнит тебя, и повышения быстрее добьешься.
— Не могу я! — восклицаю.
— Лия, — прикрикивает она на меня. — Я тебя сюда когда брала, то тоже закрыла глаза, что у тебя детей двое! Что болеть будете часто! Я и начальство пошли тебе навстречу при принятии решения! Пойди и ты нам на уступки! Всего пара дней!
— Я подумаю, — скалюсь в улыбке.
Не собираюсь я соглашаться. У меня мама в больнице. У меня детей полон дом!
Как я оставлю братьев и сестер без присмотра? А вдруг на Новый год выпадут эти ее пара дней?
— Не думай, а решайся! Шефу твоя помощь нужна! Очень сильно! Повторяю: от этой подработки есть много плюсов! К тому же Саша неплохой мужчина. Со странностями, конечно, но ого-го какой! А вдруг что-то выйдет? Тебе, как матери-одиночке, связи нужны, особенно с такими людьми! Ты знаешь, какая у него семья влиятельная!
Тут она права. Связи в наше время важны.
Но с другой стороны, можно ведь все обсудить с шефом. Сказать, что Новый год я праздную дома. И не смогу остаться с ним.
Да и повышение в какой-то степени не помешало бы. Работаю я в пекарне всего с трех часов дня. Получаю неплохо. Даже остается время на частные заказы дома.
Если повышение произойдет, и зарплата станет больше, то на первоначальный взнос быстрее накоплю.
— Приглашайте своего шефа, — вздыхаю. — Гляну на него. Обсудим все то, что меня смущает.
— И правильно! Вечером заедет! — расплывается в улыбке. — Только ты с ним понежнее. Хорошо?
— Говорите так, словно он ваш сын, — прищуриваюсь. — Он же не ваш сын.
— Почти, — бросает, оставляя без ответа. — А теперь иди работай! На твои тортики ягодные такой спрос последние три дня! Даже заказали один целый на послезавтра.
— Мне передал администратор. Делаю сегодня на них упор!
***
— Так, бросай свои дела, и пошли, — Ольга Степановна, приобняв меня за талию, ведет в сторону зала. Отрывает от темперирования шоколада, которым я лепестки на торте сделать должна была.
— Но там же… шоколад… — тяну и рвусь обратно к плите. Но директор явно где-то служила, потому что все мои попытки сбежать пресекает.
А она, случаем, в прошлом не полицейский какой-то?
— Я прослежу, — одними губами говорит напарница, и я посылаю ей массу благодарностей взглядом.
Если шоколад перегреть, может ничего не выйти! Разве Ольга Степановна этого не понимает? Испорчу шоколад!
— Да подождите вы, — не выдержав, рявкаю на нее прямо у выхода в зал. — Дайте хоть колпак, перчатки и фартук снять, — прошу, и она, оглядев меня, кивает.
Откладываю вещи в сторону и следую за женщиной к нужному столику.
Шеф сидит в одном из дальних уголков, чтобы не мешать посетителям.
Отчего-то сердце с каждым шагом начинает биться так сильно, что дыхание перехватывает. Знакомый аромат и макушка навевают воспоминания, но я тут же их отсеиваю.
Это не может быть он!
Такие, как Солнцев, не ходят в пекарни. Фигуру берегут, а этот явно ее прокачивает.
К тому же Александр, которого я знаю, не может владеть пекарней. Он сын владельцев строительного магазина. У них семейная строительная империя!
Не может он пекарней владеть!
Слишком незначительная отрасль для такой важной персоны.
Но если это он, даже не подумаю соглашаться на спектакль!
Пошлю его! Далеко и надолго!
Получу тогда люто, но выдержу! Все выдержу!
Я еще и за прошлую выходку получить могу.
О боже! Надеюсь, это не он!
До сих пор вину чувствую за то, что сделала.
— Сашенька, а вот наша красавица, — директор толкает меня в сторону столика шефа, как бы я ни сопротивлялась.
Мужчина оборачивается к нам, являя свое лицо. И…
Черт!
Это он!
Ну зачем ему пекарня?!
Что, семейный бизнес не понравился?!
Зачем сюда полез?
— Александр Артемович Солнцев, — представляется он, будто я этого не знала. Встает и подает руку.
Но у меня же трудовой договор с каким-то Гринбергом! Зачем нам еще какой-то там Солнцев? Нам что, живется плохо?
— Лия, — толкает меня в бок Ольга Степановна, — представься, — шепчет через зубы.
— Лия Олеговна Широкова, — бурчу и смотрю на него.
Сейчас устроит мне!
Уволит и втык даст!
— Лия, повернись, — командует он мной. — Я тебя осмотрю.
— Меня осмотрите? — недоверчиво переспрашиваю и бросаю удивленный взгляд на директора. Она кивает, как бы говоря, чтобы не сопротивлялась.
— Да, — кивает сухо. — Я должен знать, что покупаю.
— Покупаете?! — восклицаю. — Я вам что, кобыла на торгах?!
— Ты услуга, которую я покупаю, — поправляет он меня.
— В прошлый раз не разглядели? — фыркаю на него.
Он что, издевается?! Решил перед втыком поиздеваться?!
Идиот какой-то!
— В прошлый раз? — переспрашивает и на секунду на меня глаза поднимает. — Девушка, мы разве знакомы? Я не нанимал вас на работу. Не думаю, что мы могли быть знакомы.
Да ладно!
То есть детей я от тебя воображаемого родила?!
До чего же технологии дошли! Или святой дух?
— Ну ладно. Вроде ничего такая. Сойдет, Ольга Степановна, — обсуждает он меня в открытую. — Цена какая?
Ничему дурак не выучился!
Плохо, видимо, в прошлый раз урок преподала.
Думает, со мной так можно?!
Ничего! Значит, приступим к следующему уроку.
— Полмиллиона за одни сутки, — бросаю ему. — И это выгодное предложение, Александр Артемович! Потому что за эту цену сразу троих берете!
— В своем уме? — округляет глаза. Что, денег мало стало, дорогой? В прошлый раз ты все за них покупал. Растратил все? — То есть за трое суток полтора миллиона?
— Ну да.
— Дороговато, девушка, — взглядом меня прожигает. — Пожалуй, откажусь.
— Не выйдет, — вздыхаю с фальшивым сожалением. — Понимаете, я в курсе ваших планов и с легкостью вас могу сдать.
— Не посмеешь, — выгибает одну бровь. — Я уволю тебе тогда. Оно тебе надо? Такие проблемы на твою прекрасную блондинистую головку?
— И тогда я к прессе еще пойду, — парирую с прежним настроем. — Оно вам надо, господин Солнцев?
— Лия, что ты устраиваешь? — восклицает Ольга Степановна.
— Справедливость восстанавливаю, — отвечаю ей, не сводя мстительного взгляда с “покупателя”. — Разговариваю с этим человеком на его языке. На языке денег и грязи.
— Ладно, — тянет Александр. — Так и быть! Но миллион за трое суток.
— По рукам! — быстро соглашаюсь. — И все расходы на вас!
— По рукам!
— Тогда поехали, — кивает взглядом на дверь. — Осмотрю еще товары.
— Какие еще товары?
— Твоих детей.
Пф-ф, господин Солнцев, наших детей!
Если хотите продолжение, пишите в комментариях. Буду рада, если рассказ вам понравился...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Дядя шеф, ты наш папулик?", Анна Лапина❤️
Я читала до утра! Всех Ц.