Я всегда считала, что зеркала не врут. Ну, может, слегка приукрашивают — добавляют пару лишних килограммов или подчеркивают морщинки, которые ты так старательно маскируешь кремом за пять тысяч. Но чтобы откровенно лгали? Чтобы показывали то, чего не может быть? В тот день я забежала в квартиру, как ураган — сумки с покупками, мокрый от дождя зонт, раздражение из-за сорванных планов. Бросила пакеты в прихожей, скинула туфли на каблуках (те самые, кожаные, с изящным бантиком, которые отдала за них половину зарплаты) и потянулась к зеркалу, чтобы смахнуть подтекшую тушь. И застыла. В отражении я стояла босая. А на полу… на полу были мои туфли. И в них — чьи-то ноги. Сердце упало где-то в районе желудка. Я резко обернулась — за мной никого. Но в зеркале… в зеркале она медленно поднимала голову и смотрела прямо на меня. Та же прическа, та же юбка, даже родинка на шее. Но глаза… Боже, эти глаза были чужими — холодными, словно стекло. — Кто ты? — прошептала я, и мои губы в отражении шевельнул