Утро в квартире Лены началось с привычного шума: будильник на телефоне заиграл мелодию, которую она уже третий месяц собиралась поменять, но всё забывала. Она потянулась, выключила сигнал и, не открывая глаз, нащупала тапочки у кровати. За окном моросил дождь, и свет, пробивавшийся сквозь тонкие шторы, был серым, как асфальт во дворе. Лена встала, накинула старый, но уютный халат и направилась на кухню. Холодильник встретил её пустыми полками — только банка солёных огурцов и полпачки сливочного масла. Надо было вчера зайти в магазин, но после работы сил хватило только на то, чтобы рухнуть на диван и листать ленту в телефоне.
Лена работала в небольшой фирме, которая занималась поставками строительных материалов. Её должность называлась "менеджер по логистике", но на деле она делала всё: от составления маршрутов для грузовиков до улаживания конфликтов с клиентами, которые вечно были чем-то недовольны. Работа не то чтобы нравилась, но платила за аренду квартиры и позволяла пару раз в месяц сходить в кафе или купить что-нибудь из одежды. Сегодня, правда, предстоял тяжёлый день: начальство обещало проверку из головного офиса, а это означало гору отчётов и нервотрёпку.
Она включила плиту, поставила сковороду и бросила на неё кусок масла. Пока оно шипело, Лена достала из шкафа пару яиц и разбила их в миску. Через десять минут она уже сидела за столом, уплетая яичницу и листая новости. В этот момент раздался звонок в дверь. Лена замерла с вилкой в руке. Она никого не ждала, а курьеры обычно звонили по домофону.
Открыв дверь, она увидела тётю Валю, свою дальнюю родственницу, которую не видела года два. За спиной тёти Вали маячила её дочь Света, нагруженная двумя огромными сумками.
— Леночка, здравствуй! — тётя Валя расплылась в улыбке, будто они вчера расстались лучшими подругами. — Мы тут проездом, решили заглянуть. Не прогонишь?
Лена растерялась. Она не любила незваных гостей, но тётя Валя уже протиснулась в прихожую, а Света молча поставила сумки на пол и начала снимать ботинки.
— Проездом? — переспросила Лена, пытаясь сообразить, как вежливо выяснить, надолго ли они. — А куда едете?
— Ой, да в столицу, к сестре моей, — махнула рукой тётя Валя. — Но у нас поезд только завтра вечером, так что мы у тебя перекантуемся, если не против. Ты же одна живёшь, места полно!
Лена почувствовала, как внутри что-то сжалось. Она не была против гостей в целом, но тётя Валя славилась умением устраивать хаос, где бы ни появилась. А Света, её дочь, вообще редко открывала рот, но от этого её присутствие не становилось менее ощутимым.
— Ну, проходите, — выдавила Лена, мысленно подсчитывая, хватит ли яиц на троих.
**
К обеду квартира Лены превратилась в филиал вокзала. Тётя Валя, не спрашивая, переставила цветок с подоконника на стол, заявив, что "так лучше свет падает", и принялась готовить что-то на кухне, используя Ленины кастрюли и сковородки. Света тем временем устроилась на диване с телефоном, изредка бросая взгляды на мать и кивая в ответ на её бесконечный монолог. Лена, пытаясь не потерять самообладание, ушла в спальню под предлогом работы. На самом деле она просто сидела за ноутбуком и отвечала на рабочие письма, чтобы отвлечься.
— Лен, а у тебя пылесос где? — крикнула тётя Валя через полчаса. — Я тут пол протру, а то у тебя пыльно, как в сарае.
Лена закрыла глаза и медленно выдохнула. Пыльно? Она убиралась три дня назад. Но спорить не хотелось, и она просто указала на шкаф в коридоре. Через пять минут пылесос загудел, заглушая голос тёти Вали, которая теперь рассказывала Свете о том, как Лена в детстве любила играть в куклы. Лена почувствовала, как её терпение начинает трещать по швам.
К вечеру ситуация не улучшилась. Тётя Валя, закончив с "уборкой", решила, что Лене нужно "оживить" квартиру. Она переложила книги на полке, переставила вазу и даже попыталась поправить шторы, которые, по её словам, "криво висят". Света, как тень, следовала за матерью, иногда помогая, но чаще просто молча наблюдая. Лена, которая вернулась на кухню, чтобы приготовить ужин, обнаружила, что её продукты почти закончились: тётя Валя использовала всё, что нашла, для какого-то странного блюда, которое пахло чесноком и жжёным луком.
— Ты что, Лен, не готовишь совсем? — удивилась тётя Валя, ставя на стол тарелку с чем-то, напоминающим рагу. — У тебя в холодильнике шаром покати. Надо за собой следить, а то замуж никто не возьмёт.
Лена сжала вилку чуть сильнее, чем нужно, но промолчала. Она не собиралась обсуждать свою личную жизнь с тётей Валей, которая, кажется, считала, что в тридцать лет незамужняя женщина — это почти катастрофа.
**
Ночь прошла беспокойно. Тётя Валя храпела на раскладушке в гостиной, а Света заняла диван. Лена, лёжа в своей кровати, пыталась понять, как дожить до завтрашнего вечера, когда родственники наконец уедут. Она не привыкла делить своё пространство с кем-то, особенно с такими, как тётя Валя, которая, кажется, не знала слова "такт".
Утром Лена решила взять ситуацию в свои руки. Она встала раньше всех, тихо собралась и ушла на работу, оставив записку, что вернётся к шести. На работе день оказался таким, как она и боялась: проверяющие из головного офиса приехали с кучей вопросов, а один из клиентов отказался принимать партию кирпича, утверждая, что "цвет не тот". Лена металась между телефоном, складом и офисом, пытаясь разрулить всё сразу. К обеду она была вымотана, но зато получила похвалу от начальства за то, что быстро нашла замену для клиента.
Вернувшись домой, Лена застала тётю Валю за новым "проектом": та разбирала Ленин шкаф, якобы чтобы "привести в порядок". Половина вещей уже лежала на полу, а тётя Валя с видом эксперта сортировала свитера.
— Леночка, у тебя тут половина вещей — старьё! — заявила она. — Я тебе сложу, что выбросить, а что оставить. И ещё, я Светке сказала, что мы сходим в магазин, купим тебе что-нибудь приличное. А то ходишь, как...
— Тёть Валь, — перебила Лена, стараясь говорить спокойно. — Это мои вещи. Я сама разберусь, что мне носить.
— Ой, да не обижайся, — тётя Валя махнула рукой. — Я же для тебя стараюсь. Ты молодая, красивая, а одеваешься, как будто тебе пятьдесят.
Лена почувствовала, как в груди что-то кольнуло. Она не хотела ссориться, но терпеть это дальше было невозможно. Она глубоко вдохнула и сказала:
— Тётя Валя, Света, я вас очень уважаю, но это мой дом. И я хочу, чтобы вы уважали мои правила. Не трогайте мои вещи, не переставляйте ничего и не готовьте из моих продуктов без спроса.
Тётя Валя замерла, держа в руках Ленин свитер. Света подняла глаза от телефона и посмотрела на мать, словно ожидая её реакции.
— Ну, знаешь ли, Лен, — начала тётя Валя, её голос стал выше. — Я думала, ты будешь рада помощи. Мы же семья!
— Семья не приходит без предупреждения и не устраивает погром в чужом доме, — отрезала Лена. Она сама удивилась, как твёрдо это прозвучало.
**
После этих слов в комнате повисла тишина. Тётя Валя открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала. Света, как обычно, молчала, но её взгляд стал чуть более внимательным. Лена стояла у двери, чувствуя, как сердце стучит быстрее, чем обычно. Она не любила конфликты, но сейчас отступать было некуда.
— Ладно, — наконец сказала тётя Валя, бросив свитер на кровать. — Если мы тебе мешаем, мы уйдём. Пойдём, Света, собирайся.
Света молча поднялась с дивана и начала складывать свои вещи в сумку. Лена смотрела, как родственницы собираются, и чувствовала странную смесь облегчения и вины. Она не хотела их обижать, но и позволять им хозяйничать в своём доме больше не могла.
— Тёть Валь, — сказала Лена, когда они уже стояли в прихожей с сумками. — Я не против гостей. Но в следующий раз предупреждайте. И уважайте мой дом.
Тётя Валя фыркнула, но ничего не ответила. Света коротко кивнула, и они вышли. Лена закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. В квартире было тихо, только дождь стучал по подоконнику. Она прошла на кухню, посмотрела на кастрюли, которые тётя Валя так и не помыла, и решила, что разберётся с этим завтра.
**
На следующий день Лена проснулась с чувством, что гора с плеч свалилась. Она убрала квартиру, вернула цветок на подоконник и даже разобрала шкаф, но уже по-своему, выбросив пару старых футболок, которые действительно давно не носила. На работе день прошёл спокойнее: проверка закончилась, и начальство даже намекнуло на возможную премию.
Вечером Лена решила навести порядок не только в квартире, но и в голове. Она достала ноутбук и начала искать курсы фотографии — не для "нового начала", а просто потому, что всегда хотела попробовать снимать что-то кроме селфи. Она выбрала занятия в местном клубе, которые начинались через неделю, и записалась, не давая себе времени передумать.
Потом она пошла в магазин, купила продуктов и приготовила себе ужин — ничего сложного, просто запечённые овощи с сыром. Сидя за столом, она вдруг поняла, что впервые за долгое время чувствует себя на своём месте. Не потому, что избавилась от незваных гостей, а потому, что начала отстаивать своё пространство — не только в квартире, но и в жизни.
Лена не знала, увидит ли она тётю Валю и Свету снова, но одно она поняла точно: молчать, когда кто-то переходит её границы, она больше не будет. И это чувство было лучше любой премии.