Вы думаете, эти люди — это фотографы и писари?
А если завтра их не станет?
Начнётся хаос.
Информация — это безопасность.
Читайте, пока не стало поздно.
Я уже много лет работаю в пресс-службе полиции. Но до сих пор поражаюсь — как мало кто на самом деле понимает, чем мы занимаемся. Нас часто путают с фотографами, видеооператорами или «писарями». Иногда кажется, что даже коллеги из других подразделений убеждены — мы просто фиксируем, к примеру, торжественные собрания, делаем серию фото и выкладываем их в интернет. А дальше, как в сказке: фотографии сами собой появляются в лентах, статьи — в новостях, видео — в эфире. Как листья на деревьях весной.
Но, когда заканчивается официальное мероприятие и все расходятся — кто домой, кто на дежурство — мы идём в кабинет. И начинается настоящая работа: отбор кадров, монтаж видео, написание текстов на двух языках, согласование деталей, публикации, рассылки... Всё это — в условиях нехватки времени. Всё это — под давлением, на нервах, с постоянной ответственностью. Только всё закончили — следующее событие. И снова бег. И снова никто не видит этой части работы.
О нашей работе мы сами почти не говорим. Не потому что нечего сказать, а потому что некогда. Мы в постоянном ритме. И даже если хотим — не успеваем снимать закулисье. Поэтому большинство просто не знает, чем мы занимаемся. Да и в целом — люди слышат и видят чаще всего только себя. Это не упрёк, просто констатация. Так устроена жизнь.
Что произойдет, если завтра в стране вдруг закроют все пресс-службы полиции? Обычные люди почувствуют это очень просто: резко возрастёт количество фейков, а значит, и паники в обществе. Представьте: случилось что-то нестандартное — чем меньше проверенной информации, тем больше слухов. Тех сотрудников, кто ведет оперативно-розыскную деятельность или расследует уголовные дела, нельзя отвлекать от их профильной работы. От них нельзя требовать комментариев журналистам напрямую. Во-первых, им некогда, во-вторых, они могут выдать ненужные сведения. А что более вероятно — вообще ничего не дадут СМИ. Возникнет информационная пустота, а пустота, как известно, не терпит вакуума — она заполнится непроверенными слухами, а не выверенными комментариями. Конечно, снизится и количество имиджевых роликов и фотографий, но, по большому счету, это, как я понимаю, сейчас мало кому нужно.
Пресс-служба не только пишет о происшествиях. Это — своеобразный буфер между системой и обществом. Мы фильтруем, разъясняем, оформляем и доносим. Иначе — хаос.
Как объяснить школьнику, чем мы занимаемся, если убрать слово «информация»? Никак. Это слово — наш кислород. Всё, что мы делаем, так или иначе связано именно с ним: собираем, проверяем, формулируем, публикуем, объясняем. Да и вся жизнь вокруг, если вдуматься, строится на том же.
Самое тяжёлое в этой работе — не беготня с камерой и не ночная работа. Самое тяжёлое — это моральная нагрузка. Быть постоянно на связи, в трезвом рассудке. В праздники, в выходные, в день рождения дочери. Даже когда ничего не происходит — ты в состоянии тревожного ожидания. Готов к вызову, к кризису. Исключение — отпуск. Раз в году, как у всех.
Почему я продолжаю этим заниматься? Потому что есть наработанные навыки, узнаваемость, потому что, по большому счету, сложно менять сферу деятельности, пусть даже такую беспокойную.
Бывают моменты, когда чувствуешь — да, не зря старались. Бывает, по сообщению в direct-сообщения служебного аккаунта поступает тревожный сигнал. Мы разбираемся, передаём коллегам, и удаётся натурально предотвратить беду. Или — выходной день, снимаешь про то, как люди в погонах вытащили людей из огня. И через несколько месяцев этих полицейских награждают. И не только их — но и их родителей. Это приятно. Это — про справедливость.
Иногда задаёшь себе вопрос: где грань между реальной пользой и работой «для галочки»? Ведь медиа легко превращаются в витрину. В обёртку. Но здесь — как с совестью: ты сам знаешь, зачем делаешь. И если честно, не для отчётов. Не для начальства. Мы стараемся делать в первую очередь для людей. Чтобы кто-то увидел, понял, разобрался.
Что бы мы хотели, чтобы поняли о нашей работе люди, которые, возможно, думают: «опять отписка, опять отговорка»? Я бы хотел, чтобы эти люди поняли: не стоит спешить с выводами. Если возможно, всегда нужно брать тактическую паузу. По горячим следам почти никогда ничего не понятно. Нужно разбираться и делать выводы с холодным разумом. К сожалению, сроки у нас почти всегда крайне сжатые.
Если бы мне дали три минуты в эфире на всю страну, я бы сказал одно: если исчезнет пресс-служба полиции — исчезнет и возможность понять, что на самом деле происходит. Имидж ведомства станет карательным. Но это не так. В полиции работают живые люди. Сложные, неидеальные, но старающиеся. Как и все. Просто с другой степенью ответственности.
Что я сам понял о себе благодаря этой работе? И кем бы я стал, если бы не выбрал этот путь? Всё лучшее, что у меня есть сейчас в багаже знаний и умений — я приобрёл благодаря своей работе. Изначально — благодаря старшим товарищам, наставникам. Также очень много хорошего набрался у коллег, с кем бок о бок тружусь все эти годы. Я совершенно не могу представить, кем бы я был, если бы не работал в этой сфере. Вероятно, был журналистом, но ничего бы не понимал в информационной политике и имел зашоренный кругозор. Наша работа трудна, вероятно, не самая очевидно полезная для людей, в сравнении с врачами, учителями, пекарями. Но без этой работы люди всех остальных профессий не чувствовали бы себя в безопасности — это однозначно.