Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Оля Бон

Вышла на пенсию и стала зарабатывать продажей фиалок

В шестьдесят лет жизнь только начинается, говорили они. Ага, как же! Моя жизнь началась с внезапно нахлынувшей свободы и понимания, что я, Галина Петровна, большую часть этой самой жизни посвятила не себе, а супам, носкам и бесконечным родительским собраниям. Не то чтобы я жалела о детях, упаси Боже. Сыновья у меня – золото, оба взрослые, пристроенные, звонят регулярно (ну, как регулярно… раз в неделю, если повезет). Но вот супы… ненавижу! Работа, кстати, тоже не вызывала восторга. Тридцать лет в бухгалтерии – это вам не фунт изюма. Цифры, отчеты, бесконечные проверки. Думала, выйду на пенсию и буду путешествовать. Ну, там, Париж, Рим, может, на худой конец, Сочи… Реальность оказалась прозаичнее. Муж, Анатолий, вечно ворчащий, что в доме нечего делать (хотя я уверена, он ни разу в жизни не пропылесосил ковер), сыновья, занятые своими семьями, и я, Галина Петровна, внезапно никому не нужная. Первые две недели я честно пыталась наслаждаться “свободой”. Спала до обеда, смотрела сериалы, д

В шестьдесят лет жизнь только начинается, говорили они. Ага, как же! Моя жизнь началась с внезапно нахлынувшей свободы и понимания, что я, Галина Петровна, большую часть этой самой жизни посвятила не себе, а супам, носкам и бесконечным родительским собраниям. Не то чтобы я жалела о детях, упаси Боже. Сыновья у меня – золото, оба взрослые, пристроенные, звонят регулярно (ну, как регулярно… раз в неделю, если повезет). Но вот супы… ненавижу!

Работа, кстати, тоже не вызывала восторга. Тридцать лет в бухгалтерии – это вам не фунт изюма. Цифры, отчеты, бесконечные проверки. Думала, выйду на пенсию и буду путешествовать. Ну, там, Париж, Рим, может, на худой конец, Сочи…

Реальность оказалась прозаичнее. Муж, Анатолий, вечно ворчащий, что в доме нечего делать (хотя я уверена, он ни разу в жизни не пропылесосил ковер), сыновья, занятые своими семьями, и я, Галина Петровна, внезапно никому не нужная.

Первые две недели я честно пыталась наслаждаться “свободой”. Спала до обеда, смотрела сериалы, даже пару раз сходила в кино. Но потом меня накрыла тоска. Я чувствовала себя старой, никому не нужной вещью, заброшенной в пыльный чулан.

И вот тут-то и случился мой фиалковый бунт.

На подоконнике в кухне, в старом глиняном горшке, жила одинокая фиалка. Ее когда-то подарила мне коллега на день рождения. Я ее поливала, иногда подкармливала, но особого внимания не обращала. А тут, от нечего делать, начала ее разглядывать. Листья бархатистые, нежные. Цветы – маленькие, лиловые звездочки. И вдруг я поняла, что она прекрасна.

Пошла в интернет. И тут меня понесло. Оказывается, существует целая вселенная фиалок! Сорта, расцветки, формы… Я читала статьи, смотрела видео, изучала форумы. Анатолий поначалу ворчал: “Опять ты в своем интернете! Лучше бы борщ сварила!” Но я отмахивалась. Борщ подождет. У меня тут, между прочим, важные дела – изучение сортовых особенностей африканской фиалки!

Заказала через интернет несколько черенков. Пришли какие-то крошечные листочки, завернутые во влажный мох. Анатолий посмотрел на это со скепсисом: “И что это? Это же мусор какой-то! Только место на подоконнике занимаешь!”

Но я была полна энтузиазма. Посадила черенки в маленькие стаканчики, поставила под лампу. Ждала, как ребенок чуда. И чудо случилось! Через пару недель на листочках появились крошечные розеточки – будущие фиалки.

А дальше – больше. Я заказывала новые черенки, покупала горшки, грунт, удобрения. Мой подоконник превратился в настоящий фиалковый сад. Анатолий уже перестал ворчать, просто вздыхал и обходил мои цветочки стороной, боясь случайно задеть.

Вскоре моя квартира превратилась в филиал ботанического сада. Фиалки росли на подоконниках, на полках, на столах. Они были повсюду!

Конечно, были и неудачи. Какие-то сорта отказывались расти, другие болели, третьи просто не хотели цвести. Но я не сдавалась. Читала, училась, экспериментировала.

И вот однажды, когда я сидела и любовалась своими фиалками, мне пришла в голову мысль: а почему бы не попробовать их продавать?

Анатолий, узнав о моей идее, чуть не подавился чаем: “Ты что, совсем с ума сошла? Кто у тебя эти фиалки покупать будет? Да кому они вообще нужны?”

Но я решила рискнуть. Сделала несколько фотографий своих самых красивых фиалок и разместила объявление на местном форуме. И, к моему удивлению, они начали продаваться!

Первой моей покупательницей была молодая девушка, которая пришла ко мне домой с огромными глазами и восторженно рассматривала мои цветы. Она купила сразу три фиалки и пообещала вернуться еще.

С этого все и началось. Сарафанное радио работало лучше любой рекламы. Ко мне начали приезжать люди со всего города. Одним нравились махровые сорта, другим – пестролистные, третьим – миниатюрные. У каждой фиалки находился свой покупатель.

Анатолий сначала ворчал, что у меня дома проходной двор. Но потом, когда я начала приносить в дом деньги (пусть и небольшие), его ворчание как-то стихло. А однажды я даже увидела, как он с гордостью рассказывал соседке о моих “успехах в фиалководстве”.

Конечно, продажа фиалок – это не золотая жила. Но это дало мне ощущение, что я что-то делаю, что я кому-то нужна. Я перестала чувствовать себя старой и никому не нужной. Я снова почувствовала вкус к жизни.

Иногда, глядя на свои фиалки, я думаю: вот так же и мы, женщины. Вроде бы маленькие, хрупкие, незаметные. Но если создать нам подходящие условия, если окружить заботой и любовью, мы можем расцвести и дарить красоту миру.

Сыновья приезжают теперь чаще. Видят, что у мамы увлечение, она занята делом. Да и фиалку домой увозят – для жены.

Однажды, ко мне пришла женщина, вся такая деловая, в строгом костюме. Она долго выбирала, рассматривала каждый цветок, задавала вопросы. А потом, вдруг, заплакала.

Я испугалась, спросила, что случилось. Она вытерла слезы и сказала: “Простите, я просто вспомнила свою маму. Она тоже любила фиалки. Но ее уже нет в живых”.

Я обняла ее. Мы долго стояли молча, глядя на мои цветы. В этот момент я поняла, что мои фиалки – это не просто цветы. Это память, это любовь, это частичка души.

И вот так, мои фиалки стали моей отдушиной, моим лекарством от скуки и одиночества. Они научили меня видеть красоту в простых вещах, ценить каждый миг жизни и дарить радость другим людям. И, кто знает, может быть, мой фиалковый бунт – это только начало моего нового, интересного и насыщенного жизнью пенсионного этапа.

Анатолий, кстати, стал потихоньку помогать мне. Он переносит горшки с фиалками с места на место, поливает их, когда меня нет дома. А иногда даже покупает мне новые сорта. Недавно принес мне редкую фиалку с махровыми цветами необычного персикового цвета. Сказал, что увидел ее на рынке и не смог удержаться.

“Ну, что, – ворчит он, – будем разводить твою красоту?”

И я улыбаюсь. Потому что знаю, что он, как и я, полюбил эти маленькие, нежные, но такие сильные цветы. И, может быть, мой фиалковый бунт – это не только моя история. Это история о том, как любовь к цветам может изменить жизнь, наполнить ее смыслом и принести счастье в дом.

P.S. А суп я все-таки научилась варить. И даже неплохой! Но фиалки все равно люблю больше.