Дима глубоко вздохнул и прошел в комнату, где его, судя по всему, уже очень ждали. Кристина даже не предупредила о том, что собирается вернуться в город. Да при этом, еще и не одна.
- Здравствуйте! – поздоровался Дима, зайдя в комнату.
- О, зятек! Здорова! И где это тебя носит? Мы уж заждались! – встал с дивана несостоявшийся тесть Валерий Иванович, чтобы поприветствовать Диму.
Мужик он был грубоватый, общался обычно так, как будто застрял в девяностых, да и выглядел, в общем-то, тоже. Бритая голова, толстенная цепь на шее, только с тех пор еще и огромный живот прибавился. Он делил людей на своих и не своих.
До сегодняшнего момента Дима был своим. Но, видимо, это ненадолго. По крайней мере, после того, как он объявит о том, что не собирается жениться на Кристине, он рискует стать не своим и за это поплатиться. Не ожидал Дима, что ему придется объясняться с невестой в присутствии ее родителей. Это не так уж просто.
Кристина сидела на диване с вытянутой ногой, которую уложила на подушку. Она старалась изобразить на своем лице улыбку, но что-то у нее не очень получалось. Она выглядела виноватой, почему-то. Неужели это все из-за сорванной свадьбы?
Рядом с ней сидела ее мать Анастасия Сергеевна. Она выглядела тоже как-то странно, неестественно улыбалась.
- Не ожидал. Кристина мне ничего не сказала. – ответил Дима и пожал Валерию Ивановичу руку в знак приветствия.
- Ну, ничего. Все свои. Я просто решил лично тебя поздравить. – улыбался мужик.
- Так. А с чем? – насторожился Дима, что-то ему все это совсем не нравилось.
- Ты скоро станешь папой! Ну, зятек, ну молодец! Вот, порадовал, так порадовал. Ну, ничего, что со свадьбой так. Скоро сыграем. До родов успеем, уж точно. – посмеиваясь, говорил Валерий Иванович и полез к Диме обниматься.
- Папой? – аж обмяк, кажется, Дима о таких новостей, ноги чуть не подкосились.
- Папой, папой! У тебя, что, зятек, от радости слух пропал? – хлопнул Валерий Иванович Диму по спине ладошкой.
- Папа. – не нравился Кристине этот спектакль.
- А что папа? Дочь, не вмешивайся, когда мужики разговаривают. – отмахнулся Валерий Иванович.
- Кристина, почему ты мне ничего не сказала? – был все еще ошарашен Дима и не обращал на тестя уже никакого внимания.
И как теперь ему сказать о том, что он передумал жениться? Такого поворота Дима совсем уж не ожидал. Они с Кристиной, конечно, планировали завести детей, но это было в какой-то отдаленной перспективе, не сейчас.
- Я сама только вчера узнала. – явно, врала Кристина.
- Вчера? Мы вчера с тобой разговаривали по телефону. Ты промолчала.
- Хотела сделать тебе сюрприз.
- Да какая разница, дети? Главное ведь, что у меня будет внук! – как будто старался Валерий Иванович в чем-то убедить Диму, а Анастасия Сергеевна, как болванчик, кивала в такт мужу, соглашаясь со всем, что он скажет.
- У тебя получилось…- ответил Дима и присел на диван.
Он никак не мог прийти в себя. Лицо Леры стояло перед глазами. Как он ей об этом скажет? Как они теперь будут вместе? Смогут ли быть вместе, вообще? Просто уйти от невесты – это одно, а вот уйти от беременной невесты – совсем другое.
Дима не знал, что ему теперь делать. Он был в шоке. Какая-то злая шутка судьбы. Как выпутываться? Он смотрел сейчас на Кристину и совершенно ничего к ней не чувствовал. Абсолютно. Как будто они не были столько времени вместе. Все чувства, как будто, обнулились.
- Ну, ладно. Молодым нужно побыть вместе. Поехали, мать. Зятек, ты уж позаботься о ней. Как только гипс снимут, так свадебку и сыграем.
- Позабочусь… - растерянно ответил Дмитрий.
Тесть и теща быстренько собрались, попрощались и ушли, оставив их с Кристиной наедине. Диме почему-то показалось, что Кристина, явно, чего-то недоговаривает. Но что ее так смущает? Не чувство же вины за сорванную свадьбу и несвоевременное сообщение о беременности? Здесь, явно, что-то другое.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил Дима, когда они остались вдвоем.
- Хорошо.
- Ну и хорошо. Я пойду в душ. Устал с дороги. Тебе что-нибудь нужно?
- Нет. Дим, ты не рад? – спросила Кристина, чуть ли не плача, почему-то.
- Я пока еще в шоке. Ты не такой реакции ожидала, я понимаю. Извини. Просто это, правда, очень неожиданно.
- Я понимаю. – ответила она.
Дима ушел в ванную. Голова разрывалась от мыслей. Что делать? Говорить об этом Лере, или не говорить? Говорить ли теперь Кристине о том, что у него появилась Лера, или уже не стоит? Неужели ему, действительно, теперь придется жениться на Кристине? А ведь счастье было так близко.
Но ему не хватило смелости сказать при родных Кристины о том, что он разрывает с ней отношения и хочет, чтобы она съехала из его квартиры. О том, что он сам собирался завтра собрать все ее вещи и увезти отсюда, чтобы освободить место для другой женщины.
- Ты какой-то не такой. – сказала Кристина, когда Дима вышел из ванной.
- В каком смысле?
- Не знаю. Ты какой-то отстраненный, холодный. Ты меня даже ни разу не поцеловал. Что такого случилось в этой поездке? Или ты на меня злишься из-за свадьбы?
- Нет, Кристина. Я просто очень устал. Еще и такие новости. Я буду папой. Обалдеть! А ты уверена? Ты была у врача?
- Была. Срок уже почти два месяца.
- Да уж. Дела… Главное, чтобы ты поскорее поправилась. Болит? – посмотрел Дима на ее ногу.
- Нет. – ответила Кристина.
Дима потянулся к ней для того, чтобы поцеловать, понимая, что выглядит и ведет себя максимально странно, и замел на лбу какую-то ссадину, которую Кристина прикрыла волосами.
- А это что? – спросил он, отодвинув прядь.
- Да так, ерунда. Ушиблась немного, случайно…
- Что-то в последнее время слишком много случайностей в нашей жизни происходит. Ты не находишь? Ногу сломала случайно, ушиблась. Кстати, ты мне так и не рассказала толком, как ногу сломала.
- Да какая разница, Дим? Скоро заживет. Я не хочу об этом говорить. Я голодная. Сделай мне лучше бутерброд. Хотя, нет. Я хочу мороженого. Точно. Принеси мне мороженого. Моего любимого, с карамелью.
- Я схожу в магазин. – ответил Дима и стал быстро собираться.
Ему невыносимо было сейчас находиться рядом с Кристиной. Сейчас она для него была не любимой женщиной, не той, с кем бы он хотел провести остаток своих дней. Она была угрозой его счастью. Непреодолимым препятствием на пути к Лере.
Дима не знал, что ему теперь делать. Вернее, знал, конечно, но ему это совсем не нравилось. Но мерзавцем он не был никогда, и не будет. Своего ребенка и его мать он никогда не бросит, даже из-за огромной любви. продолжение