Найти в Дзене

"Хочу — всё разобью!": Как кутили мальчишки-самодуры в дореволюционной России

Полночь, гостиница, бутылки с алкоголем… Казалось бы, обычный кутеж. Но этим молодым франтам мало просто пить — им нужно крушить всё вокруг. Почему богатые бездельники считают, что им всё дозволено? Петербург, конец 1860-х годов. Мальчишки-самодуры. Полночь. Гостиница «Петергоф» на Загородном проспекте полна посетителей. В угловой комнате, на так называемой «чистой половине», за столом заседает молодежь. Общество невелико, но зато все посетители то и дело обращают свои взгляды на триумвират, состоящий из какого-то гимназиста лет 17, безусого джентльмена в светлом пиджаке с красной физиономией и посоловевшими глазами и известного типа дульцинеи. Стол положительно весь заставлен пивными и винными бутылками, графинами, рюмками, стаканами, тарелками с бифштексом, котлетами, салатом, подносиками с сыром, окурками папирос и прочими кушаньями. Приятели пировали на славу, недоставало только обычного эффекта. — Половой! — загремев тарелками, вдруг крикнул светлый пиджак. Половой почему-то неск

Полночь, гостиница, бутылки с алкоголем… Казалось бы, обычный кутеж. Но этим молодым франтам мало просто пить — им нужно крушить всё вокруг. Почему богатые бездельники считают, что им всё дозволено?

Петербург, конец 1860-х годов.

Мальчишки-самодуры.

Полночь. Гостиница «Петергоф» на Загородном проспекте полна посетителей. В угловой комнате, на так называемой «чистой половине», за столом заседает молодежь. Общество невелико, но зато все посетители то и дело обращают свои взгляды на триумвират, состоящий из какого-то гимназиста лет 17, безусого джентльмена в светлом пиджаке с красной физиономией и посоловевшими глазами и известного типа дульцинеи. Стол положительно весь заставлен пивными и винными бутылками, графинами, рюмками, стаканами, тарелками с бифштексом, котлетами, салатом, подносиками с сыром, окурками папирос и прочими кушаньями.

Приятели пировали на славу, недоставало только обычного эффекта.

— Половой! — загремев тарелками, вдруг крикнул светлый пиджак.

Половой почему-то несколько времени не показывался.

— Человек! Эй, болван, сюда! — еще громче заорал мальчуган.

— Чего изволите? — подбежав, спросил слуга.

— А ты зачем, болван, заставляешь господ кричать тебе по тридцати раз?

— Не досужно было-с.

— Полдюжины пива! — скомандовал снова мальчуган.

Половой искоса взглянул на стоявшие тут же несколько нераскупоренных бутылок пива, но всё-таки отправился исполнять приказание.

— Фи! Что это за общество? — положа одну ногу на стол, чуть не в бифштекс, и опрокинувшись на спинку стула, проговорил молодой франт.

— Да, сивалдаем (дешёвая водка) несёт. Правда, Соня? — обратился к дульцинее 17-летняя личность с синими петлицами.

— Рази нехорошо? Что вы? — спросила в свою очередь дульцинея, наливая себе рюмку чего-то.

— Впрочем, ты, матушка, привыкла.

— Не смейтесь, просмеётесь.

— Зачем это ты, Сонька, штукатуришься?

— Это так от природы, — отвечала дульцинея и залпом выпила рюмку.

— Ишь жрёт-то, — заметил безусый, сам выпивая такую же дозу.

Половой принёс шесть бутылок и кое-как уместил их на стол.

— Откупорь, — скомандовал пиджак.

— Готово-с.

Пиджак попробовал принесённое пиво.

— Эка дрянь!

— Фи, Платоша, разве можно так выражаться? — заметила дульцинея.

Но Платоша ни с того ни с сего вдруг схватил бутылку и швырнул её на пол. За ней полетела другая, третья, четвёртая. Словом, Платоша производил эффект.

Прибежал половой.

— Что вы, господин, бесчинствуете? Нехорошо-с!

— Что-о-о-о?!

— Нехорошо-с, говорю. Тут гости!

— Пошёл, знай своё место!

Не удовлетворившись одним швырянием бутылок, безусый джентльмен дёрнул скатерть, и всё, что было на столе, с громом полетело на пол и разбилось в дребезги.

— Всё моё! — кричал мальчуган, швыряя носками сапогов осколки посуды. — Хочу — всё разобью! Разломаю! Молчать!

Синие петлицы и Соня хохотали.

— Ах, дурно, Платоша, умираю! Стакан коньяку! — нагло пищала последняя, покатываясь со смеху.

Остальная публика смотрела и хохотала, некоторые из гостей поспешили убраться.

— Сколько стоит? — вдоволь натешившись, спросил буян полового.

— Позвольте, узнаю в буфете.

— Ступай, пять минут сроку, слышишь?

Половой скрылся, безусый кутило то и дело топал ногами и поглядывал на часы.

— Раздавлю каналью!

— Расшибем, а? — подзадоривали синие петлицы.

— Платоша, поедем в Екатерингоф? — упрашивало милое создание.

— Едем, пожалуй. Ты, Миша, с нами?

— Пожалуй, только до трёх, не больше. А то, знаешь, батька…

— Эх ты, ребёнок! Батьки боишься! Я так покойного ни в грош, брат, не ставил, ха-ха-ха!

— За посуду с вашей милости 10 рублей 30 копеек. За угощение 6 рублей 10 копеек. За битые бутылки 36 копеек. Всего с вашего сиятельства 16 рублей 76 копеек, — скороговоркой сосчитал вошедший половой.

— Экие скоты! Ну за что, спрашивается, платить-то? — вынимая пачку ассигнаций, картавил Платоша.

— За потеху с вашей милости, опять же за угощение-с.

— Получи, тут семнадцать. Сдачи не надо, хозяину твоему на гроб, да на свечку.

— Платоша, в Екатерингоф! — пищала дульцинея.

— Смотри же, по-товарищески, не долее трёх, — приставал гимназист.

Приятели с шумом и громом вышли из трактира.

По материалам «Петербургской газеты»

А вам встречались такие "Платоши" — те, кто считает, что деньги решают всё?

Друзья, оставляйте ваши комментарии — для нас важно Ваше мнение! ✍️

Не забывайте ставить 👍 или 👎 — так мы поймём, что Вам интересно. Расскажите о канале друзьям (репост приветствуется!) и подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории старого Петербурга.

Спасибо, что Вы с нами! ❤️

#ИсторияПетербурга #СкандалыXIXвека #ЗолотаяМолодежь #ДореволюционнаяРоссия #ЗабытыеНравы