Осень. Нью-Йорк.
Полуденное солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, ещё не утративших своей пышности. Его лучи ложились золотыми бликами на массивные лестницы домов, вытянувшихся вдоль улицы. День выдался на редкость тёплым, словно осень решила одарить город последним ласковым прикосновением перед дыханием зимы.
Осень прихотливо рассыпала по серым тротуарам охапки золотых кленовых листьев, превращая их в пёструю мозаику. Легкий ветерок игриво подхватывал листочки, словно кошка, заботливо перетаскивающая котят за холку туда, где теплее. Шелест и хруст сухих листьев под ногами добавляли недостающие нотки в мелодию погожего дня. На душе было светло и спокойно. Хотелось думать о чём-то чистом и добром, мечтать и куда-то бежать, весело и бездумно.
Я решила пройтись до центральной улицы, вглубь деловой части города, где царили вечная суета и нескончаемый шум. По улицам сновали доставщики на мотобайках, нетерпеливо сигналили машины, выстроившиеся в очередь в поисках свободной парковки. У самого края дороги, мерцая огоньками, дожидались клиентов такси. Повсюду кипела жизнь, выплёскиваясь из офисов на тротуары, полные спешащих людей. В воздухе витали цифры, перелистывались бумаги, и в унисон этой круговерти доносились щелчки клавиатур и бесконечные телефонные звонки.
В течение дня офисные работники перелопатят горы информации.
Львиная доля этой работы уйдёт в утиль, растворяясь в небытии — так, что никто и не вспомнит, что она когда-то существовала и имела право на жизнь. Другая часть информации окажется востребованной: её переработают, и она даст жизнь очередному новому проекту, который жадно проглотит ненасытный мегаполис с его многочисленными жителями, ежедневно, ежеминутно ищущими лучшей доли.
На фоне этого бешеного ритма жизни сегодняшний день казался глотком свежего воздуха — и было бы грех не воспользоваться таким моментом.
Дойдя до пересечения двух улиц, где уютные кофейни чередовались с деловыми офисами, я вдруг почувствовала неодолимое желание выпить чашку обжигающе горячего молочного чая с кусочком чизкейка и понаблюдать за прохожими, ощущая себя частичкой этого огромного мегаполиса.
На мой взгляд, самые вкусные чизкейки с той самой коржевой основой, которая почему-то каждый раз возвращает меня в детство, подают в Starbucks. Конечно, в моём детстве не было слов вроде «кофейня», «чизкейк», «ноутбук» и прочих радостей XXI века. Все эти современные слова и сами явления вошли в мою жизнь совсем недавно.
При входе в Starbucks меня с первых секунд окутывает аромат свежемолотого кофе и тёплая, почти домашняя атмосфера, наполненная негромким смехом и приглушёнными разговорами. Помещение небольшое, но уютное: лёгкие столики со светлыми стульями, мягкий свет, рассеянный множеством ламп. Сделав заказ, я выбрала место у окна — оттуда открывался вид на неспешный поток машин и прохожих, спешащих кто куда.
Окна во всю стену сияли чистотой, переливаясь разноцветными бликами, словно кристаллы Сваровски, вкраплённые в монолит офисного здания. На столах лежали беспроводные зарядки, а по краям, в аккуратных отверстиях, торчали кабели — для айфонов и других гаджетов. Подключив к одному из них свой старенький телефон, я уселась ждать заказ, наблюдая за жизнью по ту сторону стекла: за нескончаемыми потоками машин и торопливыми прохожими. Мне нравилось всматриваться в это движение — как будто прикасаться к пульсу нового для меня мира.
Недалеко от меня за отдельным столиком сидела пожилая пара, они тихо
беседовали, возможно, делились впечатлениями о чём-то или просто обсуждали погоду. Я еще плохо понимала по-английски. Но сейчас мне и не нужно было слушать или понимать кого-то. Сегодня выдался чудесный день, и у меня была возможность провести его так, как хочется, ничем себя не загружая. Набраться, как сейчас модно говорить, положительного заряда до следующего моего выходного.
Недалеко от меня за столиком сидела пожилая пара. Они говорили тихо — словно не словами, а воспоминаниями. Я почти не понимала английского, но это и не имело значения. День был ясный и тёплый — как будто создан для того, чтобы просто побыть наедине с собой.
Подобные «вылазки» в большой город, как я их называла, порой были мне просто необходимы. Они приносили впечатления, возвращали вкус к жизни, наполняли душу светлой радостью. В такие дни удавалось по-настоящему выдохнуть, отрешиться от суеты и это наполняло душу ощущением спокойствия и уюта.
Сегодняшний выходной оказался незапланированным. Я работаю продавцом: три дня — по графику, ещё три — подменяя коллег. Работа несложная, вполне посильная и, что немаловажно, не требует свободного английского, с которым у меня пока ещё не всё гладко.
Я наслаждалась редкой передышкой и размышляла о своём пути — о том, как странно и щедро порой распоряжается судьба. Мой счастливый билет в США казался не случайностью, а тихим подтверждением того, что даже у самого большого механизма Жизни есть место для чуда. И пусть я всё ещё оставалась лишь винтиком в его сложной конструкции, мне казалось, что теперь — с пульсом своего выбора, со своим направлением — я жила осознанно.
Иногда удивляешься, насколько причудливо может повернуться судьба. В её непредсказуемости особая прелесть. Переезд в другую страну стало началом нового пути в неизвестность под названием «будущее». И всё же, каково оно — то самое будущее, в которое я ступила?