Арина замерла на ступеньках. После белых больничных коридоров с запахом хлорки и лекарств ее накрыл волшебный аромат весны. В луже у крыльца купались, весело барахтаясь,взъерошенные воробьи. Глядя на эту картину, Арина невольно улыбнулась. Она не спеша спустилась и пошла к ближайшей лавочке, чтобы сесть и вызвать такси. Она специально не сказала Людмиле Петровне день выписки - не хотела, чтобы та беспокоилась. К той же лавочке направилась женщина, которую Арина не могла не узнать.
-Светлана Владимировна, Вы? - от изумления девушка даже открыла рот. -Да, я - женщина улыбнулась и села рядом, испытующе смотря на Арину.
-Но как Вы здесь?
-Случайно, Арина, не поверишь! Мы тут по делам с другом и Светлана кивнула в сторону, где у дерева стоял высокий интересный мужчина средних лет. Он занимается необычными туристическими маршрутами . Ну, и ты понимаешь, Пермский край - это кладезь просто. И представляешь, мы тут подвезли одну пожилую женщину, она подвернула ногу. Ну и слово за слово, она рассказала о тебе
-Ида Марковна? - ошеломлённая, Арина не могла поверить в происходящее.
-Да! И я даже поверила в судьбу! Надо же, встретить тебя там, где меньше всего ожидала.
Арина с недоверием и с изумлением смотрела на Светлану Владимировну.
-Да, но...
-Арина, послушай, только о том, что я здесь , в этом городе, никто не должен знать. Ну, ты понимаешь? Я же официально замужем, и если муж узнает, мне не сдобровать.
Арина от напряжения осознать все сказанное даже свела свои темные брови в одну ломаную линию. Она переводила глаза со Светланы на Макса и, казалось, начала верить в то, что говорила мать ее жениха. Понимание того, что Светлана Владимировна, такая сильная и уверенная раньше, тоже скрывает что то в своей жизни, как и предполагалось, вызвало доверие. Она пробормотала:
-Да, я поняла. И Вы решили поговорить со мной? Вы теперь расскажете Артуру, где я?
-Ох, дорогая моя, он очень переживает. Очень! Но я не буду ему ничего говорить, если ты решишь, что не нужно. Просто, расскажи мне, пожалуйста, что у вас произошло, что ты убежала? Только ради Бога, не нервничай! - Она кивнула головой на живот Арины,- Тебе же нельзя..
В голове Арины за минуту пронеслась тысяча мыслей. Ей очень хотелось все рассказать, но девушка понимала, что нельзя этого делать, не согласовав с Мироном Сергеевичем. И в то же время рассказывать сейчас в лицо несостоявшейся свекрови легенду про Даню совершенно не было сил. Лицо ее от сдерживаемых эмоций и слов пошло красными пятнами.
-Я, я не могу сказать Вам, дала слово, понимаете? И это нельзя сейчас... Но чтобы Вы знали, я очень люблю Артура. И никого больше и никогда не любила! - Голос Арины задрожал, глаза налились слезами, и она закрыла руками лицо.
Светлана Владимировна была потрясена. Она видела, чувствовала, что девушка говорит правду. Значит, кто-то или что-то вынудило Арину скрываться. И она это выяснит, но не сейчас. В настоящую минуту Светлану интересовал только один вопрос, который она задала девушке:
-Саажи только, кивни, ребёнок будет от Артура?
Плечи Арины вздрогнули. Потом онм замерла и, не отрывая ладоней от лица, чуть заметно кивнула. Светлана не выдержала первой и обняла эту напуганную потерявшуюся девочку, по сути - ребёнка, которая должна была стать мамой ее внука. Арина горько заплакала, долго сдерживаемые слезы лились безостановочно, как ни пыталась она их остановить. На дорогом пуховике Светланы уже образовались мокрые пятна, но какое это имело сейчас значение?
Арина внезапно подняла заплаканные глаза, темные и влажные, и тихо прошептала:
-Вы ведь никому не скажете? Это опасно для меня и для ребёнка.
Светлана горячо закивала головой:
-Не скажу, не бойся. Просто сама буду знать. Значит, тебе кто то угрожал?
Арина опять согласно кивнула. Сердце Светланы наполнилось гневом. Она почувствовала себя причастной к судьбе Арины и своего неродившегося еще внука.
-Ну, н чего, вы все у меня ещё попляшете! - решительно подумала женщина, а вслух сказала- :
-Ну что, довезем тебя до Илы Марковны? А то только вышла из больницы, и тут тебе расстроила, а тебе надо беречься!
Арина опять кивнула, она никак не могла успокоиться. Как бы ей хотелось видеть здесь не маму Артура, а его самого!