Холодное ноябрьское утро. Катя проснулась от звука капель дождя за окном. Ноябрьский дождь стучал по подоконнику, как нетерпеливые пальцы по клавишам рояля. Она потянулась за телефоном, но вместо привычного будильника увидела время — 6.47. Мама еще не заходила. — Странно...— Обычно в это время уже раздавался стук ложки о стакан — три четких «тук-тук-тук», мамин сигнал: «Вставай, проспишь». Катя: — Опять. Мама будет ворчать, что я не могу собраться с утра. Хотя сама вечно повторяет: — Не беги, как угорелая! Катя прислушалась. В квартире стояла тишина, прерываемая только шумом дождя и воды в ванной. Она натянула растянутый свитер (мамин, из «комфортного» ящика) и выскользнула в коридор. Из-под двери ванной тянулась полоска света. Она уже взялась за ручку двери, когда сквозь шум воды из крана услышала мамин голос. Тот особенный, сдавленный – какой бывает только в разговорах "по душам".
Мама (устало, в трубку): — Я просто вымоталась, Лен. Всё на мне: работа, дом, Катя... А она... Будто я ей вообще не нужна, она меня просто не замечает, живет в своем мире с телефоном и наушниками. Мама тяжело вздохнула — Всё для неё делаю, а в ответ — равнодушие.
Катя замерла, прижав к груди учебник по биологии. Край обложки впился в ладонь, но она не замечала. Катя (внутренне): — Не нужна?.. Но это же неправда! Мама всегда говорит: — Ты моя радость... Из кухни донеслось: — Вчера опять просидела в телефоне, даже «спокойной ночи» не сказала. Как будто я пустое место. Я понимаю, что все подростки такие, но я так устала...
Сердце Кати заколотилось — Это мама про меня говорит? Катя вдруг осознала – она действительно не помнила, когда в последний раз просто обнимала маму без повода. Катя не стала дослушивать. Она тихо выскользнула из дома, но слова мамы жгли её изнутри.
На уроке литературы Катя уставилась в окно. Дождь теперь шел ровной стеной, заливая асфальт.
— Морозова! — учительница хлопнула книгой. — Ты с нами? Катя вздрогнула — Я... прослушала вопрос. — Класс захихикал. Учительница вздохнула: — Ты в последнее время находишься как будто не в классе. У тебя все в порядке? Катя кивнула, но внутри что-то оборвалось.
Дома пахло жареной картошкой. Катя повесила куртку аккуратно — на вешалку, а не на спинку стула, как обычно.
— Мам?
На кухне гремела посуда. Мама стояла у плиты, помешивая что-то в сковороде. — Обед через десять минут, — бросила она через плечо. Катя прикусила губу: — Я... Я могу помочь. Мама обернулась. На лбу у нее выступили капельки пота: — Ты умеешь жарить картошку? Катя потупилась: — Нет...
— Вот и не мешай.
Катя сжала кулаки. — Я могу хотя бы накрыть на стол!
Мама замерла. Потом медленно кивнула: — Хорошо.
Катя потянулась к шкафу. Тарелки стояли на верхней полке — мама всегда оставляла их там, «чтобы не пылились».
Она встала на цыпочки. Одна тарелка пошатнулась... Звяк! Осколки разлетелись по полу. Катя замерла — Прости... Я не...
Мама опустила ложку: — Ничего страшного, — сказала она тихо. — Просто отойди, я уберу. Катя не двигалась: — Мам...
— Катя, пожалуйста. Голос мамы дрогнул. Катя впервые за долгое время внимательно посмотрела на нее. Темные круги под глазами. Обветренные руки. И эта прядь седых волос у виска, которой раньше не было...
Катя резко наклонилась и начала собирать осколки.
— Нет! Порежешься! — Мама схватила ее за запястье. Их взгляды встретились.
— Я... Я просто хотела помочь, — прошептала Катя.
Мама разжала пальцы: — Я знаю.
Она потянулась к тряпке. Катя заметила, как дрожит мамина рука. — Мам... Ты... Ты плачешь? Мама отвернулась: — Нет. Это от лука. Но луковица лежала целая, на другом конце стола.
Катя осторожно обняла маму за плечи. Та сначала напряглась... потом расслабилась. — Прости, — выдавила Катя. — Я... Я не хотела...
Мама повернулась и прижала ее к себе: — Я тоже.
Они стояли так, пока картошка на плите не начала подгорать.
Катя сидит в комнате. За окном – редкие снежинки, тающие на стекле. Ноутбук светится в темноте: в интернете открыта страница "Как показать маме свою любовь?". Катя скрючилась на кровати, обхватив колени. На груди – камень. Она говорит сама себе, шепотом: — Я не пустое место... Я люблю тебя...
На экране ноутбука Катя читает: "Совет №5 - готовьте завтрак, №12 - оставляйте записки, №17 - делайте то, о чем она просила давно". Катя резко садится. В голове – образ мамы, которая каждое утро ставит перед ней стакан теплого молока ("Чтобы желудок не болел"). Даже в дни, когда они ругались. Катя решительно сказала себе: — С завтрашнего дня – всё по-новому. Она вспомнила, как мама всегда мечтала пить кофе в тишине по утрам.
Раннее утро, 6:30. Мама еще спит. Катя на цыпочках расставляет чашки – дрожащие руки проливают кофе на блюдце. Катя (внутренне, паникуя): — Господи, даже чашку нормально поставить не могу...— Как она все это годами делает?!
Катя взяла лист бумаги, пишет маме, записка получается корявой – буквы размазаны от капель пота. Катя кладет ее рядом с идеально ровным бутербродом (третий по счету – первые два были "некрасивыми"). Текст записки: "Мамуль, это тебе. Не забывай завтракать. Мама, ты - лучшая. Люблю тебя. Целую. Твоя Катя". Она уже стояла у двери, когда слышит шорох. Мама стоит в дверях – спутанные волосы, следы подушки на щеке. Мама (хрипло): — Катя, ты... что это? Катя замирает. В горле – ком, быстро выпаливает: — Я в школу! Она выбегает, не дожидаясь ответа.
Вечером Катя приходит со школы, в прихожей снимает ботинки, и сегодня их не разбросала, как обычно, а аккуратно поставила у стены. Мама на кухне моет ту самую кофейную чашку. Катя замечает – она поставлена отдельно, на салфетку. Как музейный экспонат. Мама (не оборачиваясь): — Суп в кастрюле. Разогрей. — Обычная фраза, но сегодня – без вздоха в конце. Катя подходит ближе. Видит – на холодильнике под магнитом висит ее утренняя записка. Рядом – новая, маминым почерком: "Кофе был вкусным. Спасибо". Всего четыре слова. Но Катя вдруг чувствует, как что-то теплое разливается у нее внутри, она обрадовалась — Мама сохранила записку...
Катя сидела на кухне, склонившись над тетрадью. Мама пила чай напротив.
— Ты... хочешь сахар? — спросила Катя. Мама покачала головой — Только лимон — Катя кивнула и потянулась к фруктам. Лимон оказался твердым, с толстой кожурой. Она сжала его в руке... и вдруг вспомнила: — Мам...
— Да, родная?
— Ты помнишь, как в детстве я называла лимоны «солнечными яйцами»?
Мама улыбнулась: — Помню. А апельсины — «апельсинками».
Катя рассмеялась, Мама протянула руку и поправила Катину прядь: — Ты тогда так смешно морщилась, когда пробовала лимон...
Катя почувствовала, как в груди потеплело.
— Мам...
— Да?
— Завтра... Я разбужу тебя сама.
Мама подняла брови.
— Ты?
— Да. И... я сделаю завтрак.
Мама посмотрела на нее, потом медленно кивнула: — Хорошо.
Катя улыбнулась. За окном дождь стих.
В последующие дни Катя продолжила преподносить маме тайные сюрпризы:
- Вторник. Положила в мамину сумку шоколадку.
- Среда. Помыла посуду до прихода мамы.
- Четверг. Нарисовала открытку и оставила на подушке.
Мама молчала, но Катя заметила, как она дольше обычного смотрела на открытку.
Через неделю мама зашла в комнату Кати.
— Ты это… всё сама делаешь? — спросила она, показывая на очередную записку.
Катя покраснела: — Да… Ты же говорила, что я тебя не ценю…
Мама ахнула: — Ты слышала тот разговор?!
Катя кивнула.— Я просто… не знала, как сказать, что люблю тебя.
Мама обняла её:— Прости, я была не права. Ты самая заботливая дочь.
На следующей неделе уже Катя стала получать знаки внимания от мамы:
- Вторник: Находит в учебнике засушенный цветок. (Это же ромашка с дачи, мама собирала их летом...).
- Среда: Слышит, как мама хвастается подруге по телефону: "Моя сегодня сама посуду вымыла!"
- Четверг: Застает маму за чтением своей детской книги – та быстро закрывает ее, но Катя видит слезы.
С тех пор у них появилась традиция:
- Катя каждое утро оставляет маме маленький сюрприз.
- Мама научилась говорить вслух: «Я тебя люблю». А однажды Катя нашла на столе ответную записку: «Спасибо, что напомнила, как важно говорить о чувствах. Ты — моё счастье».
За окном – первый по-настоящему зимний снег, но в их доме теперь всегда тепло. Иногда самые важные слова звучат не вслух — но, если прислушаться к зову сердца, можно услышать их даже в молчании.